К.Маркс, Ф.Энгельс. Сочинения, том 35


Содержание тома 35

ПЕЧАТАЕТСЯ
ПО ПОСТАНОВЛЕНИЮ
ЦЕНТРАЛЬНОГО КОМИТЕТА
КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ
СОВЕТСКОГО СОЮЗА


Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

ИНСТИТУТ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА ПРИ ЦК КПСС

К. МАРКС
и
Ф. ЭНГЕЛЬС

СОЧИНЕНИЯ

Издание второе ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Москва 1964

К. МАРКС
и
Ф. ЭНГЕЛЬС

ТОМ
35



V

ПРЕДИСЛОВИЕ

Тридцать пятый том Сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса содержит письма, написанные Марксом и Энгельсом с января 1881 по март 1883 года.

Эти годы составляли один из небольших отрезков того периода всемирной истории, который наступил после подавления Парижской Коммуны и продолжался до начала первой русской революции. В. И. Ленин в следующих словах определил самые существенные черты этого периода: «Учение Маркса одерживает полную победу и - идет вширь. Медленно, но неуклонно идет вперед процесс подбирания и собирания сил пролетариата, подготовки его к грядущим битвам» (В. И. Ленин. Полное собрание сочинений, т. 23, стр. 3). Вместе с развитием капитализма рос и его могильщик - рабочий класс. Положение пролетариата в этот период делало насущно необходимой борьбу за организацию и упрочение массовых социалистических рабочих партий в отдельных странах. Основоположники марксизма борются в эти годы против антипролетарских влияний в рядах международного рабочего класса, отстаивают чистоту идей научного коммунизма, содействуют распространению их в широких пролетарских массах, продолжают дальнейшую разработку революционной теории.

В центре внимания Маркса почти до последних дней жизни остаются вопросы экономической теории. После выхода в свет французского перевода I тома «Капитала» (1875 г.) Маркс для третьего немецкого издания этого тома, подготовку которого он начал в конце 1881 г., сначала предполагал переработать большую часть текста, отчетливее сформулировать некоторые теоретические положения, присоединить к ним новые,



ПРЕДИСЛОВИЕ VI

дополнить исторический и статистический материал новыми данными. Однако тяжелое состояние здоровья, особенно после смерти в 1881 г. преданного друга и любимой жены, - не позволило Марксу полностью осуществить это намерение. Он вынужден был ограничиться лишь самыми необходимыми поправками и дополнениями. По той же причине в последние годы своей жизни Маркс не смог подготовить к печати рукописи последующих томов «Капитала», для которых он непрерывно накапливал новые данные.

Вместе с тем Маркс внимательно следит в это время за социально-экономическим развитием европейских стран и США, успевая, наряду с прочими делами, просматривать «уйму Синих книг» (см. настоящий том, стр. 126), знакомиться с новейшей американской литературой. В письмах к американским деятелям Маркс показывает теоретическую несостоятельность популярных в то время в США взглядов американского экономиста Генри Джорджа, объявившего национализацию земли при сохранении буржуазного государства панацеей от всех зол капитализма. Маркс оценивал взгляды Генри Джорджа как последнюю попытку «спасти капиталистический строй» (см. настоящий том, стр. 157). Ценные высказывания по широкому кругу социальных и экономических проблем: об особенностях кризисов, о роли биржи, о денежном обращении и т. д. - содержатся и в ряде писем Энгельса.

В эти последние два года своей жизни Маркс много занимается также изучением всемирной истории: читает работы по истории первобытной культуры, исследует проблемы первобытнообщинного строя. Он подробно конспектирует книгу Моргана «Древнее общество», сопровождая выписки из нее собственными замечаниями и выводами о характере первобытнообщинного строя (см. «Архив Маркса и Энгельса», т. IX). В эти же годы он создает обширную рукопись, известную под названием «Хронологические выписки» (см. «Архив Маркса и Энгельса», т. V, VI, VII, VIII) с собственными замечаниями, которые имеют важное значение для понимания взглядов Маркса на историю. Маркс продолжает уделять самое пристальное внимание вопросам русской истории, изучает материалы о пореформенных социально-экономических отношениях России, о состоянии русской крестьянской общины и т. д., пишет «Заметки о реформе 1861 г. и пореформенном развитии России» (см. настоящее издание, т. 19, стр. 422-441); много времени посвящает занятиям высшей математикой.

Энгельс предпринимает в этот период серьезное исследование аграрных отношений в Германии. Плодом этих научных заня-



ПРЕДИСЛОВИЕ VII

тий явились его рукописи «К истории древних германцев», «Франкский период» (см. настоящее издание, т. 19, стр. 442- 494, 495-546) и опубликованный в 1882 г. очерк о марке - древнегерманской форме общинного землевладения (см. там же, стр. 327-345), где в общих чертах анализируется история возникновения и развития в Германии земельной собственности и немецкого крестьянства. В «Марке» Энгельс еще раз обосновал необходимость перехода к коллективной собственности на землю и к коллективному производству в сельском хозяйстве, как основного условия кардинального решения аграрного вопроса. Изучение Энгельсом аграрных отношений в Германии было продиктовано в тот период насущной потребностью обратить внимание германских социал-демократов на важность привлечения на сторону партии сельскохозяйственных рабочих и крестьян, еще раз подчеркнуть первостепенное значение для победы пролетарской революции правильного решения партией вопроса о союзе рабочего класса и крестьянства.

В 1882 г. Энгельс готовит первое немецкое отдельное издание своей работы «Развитие социализма от утопии к науке», в которое с целью сделать брошюру «общедоступной, пропагандистской» он вносит целый ряд существенных изменений и дополнений.

Большое место в научных занятиях Энгельса занимают естественные науки, философия естествознания. Именно в это время он интенсивно работает над начатым им еще в 1873 г. большим произведением «Диалектика природы» (см. настоящее издание, т. 20, стр. 339- 626).

Осуществляя идейное руководство международным рабочим движением на этом этапе, Маркс и Энгельс своими советами и указаниями помогают пролетариату правильно определить политику и тактику, отвечающую его классовым интересам, обобщают и пропагандируют опыт его борьбы, всемерно содействуют уже существующим социалистическим рабочим партиям в выработке революционной тактики и марксистской программы. В целом ряде писем к социалистам разных стран Маркс и Энгельс отмечают постепенные революционные сдвиги в странах Европы, повсеместный рост революционных сил. Главную опасность для развития революционного движения основоположники марксизма видели в войне, которую готовились развязать реакционные европейские правительства. «Европейскую войну я считал бы несчастьем, - писал Энгельс Бебелю 22 декабря 1882 года. - ... Война на долгие годы разожгла бы повсюду шовинизм, так как каждый народ боролся бы за свое существование. Вся работа русских революционеров, которые уже



ПРЕДИСЛОВИЕ VIII

находятся накануне победы, оказалась бы бесполезной, пошла бы насмарку; нашу партию в Германии сразу же захлестнул и расколол бы поток шовинизма, и то же самое произошло бы во Франции» (см. настоящий том, стр. 348). Маркс и Энгельс неоднократно предостерегали руководителей социалистических партий от возможных ошибок в создавшейся сложной обстановке. В частности, они требовали, чтобы социалисты при определении своего отношения к национально-освободительному движению различных народов исходили прежде всего из интересов пролетарской революции. Они подчеркивали, что главная задача социалистических партий - это борьба за освобождение пролетариата; этой цели следует «подчинить все остальное», писал Энгельс Бернштейну (см. настоящий том, стр. 230).

Из публикуемых в томе писем наглядно видно, что главное внимание основоположников марксизма было сосредоточено в это время на деятельности двух крупнейших социалистических рабочих партий в Европе - Социалистической рабочей партии Германии и французской Рабочей партии.

80-е годы были сложным периодом в жизни Социалистической рабочей партии Германии, деятельность которой протекала в это десятилетие в тяжелых условиях исключительного закона против социалистов. Подвергаясь постоянным правительственным преследованиям, лишенная возможности легальной деятельности, партия сумела тем не менее сохранить и укрепить свои ряды, перестроить свою организацию, установить связь с широкими массами и все эти годы имела свой боевой нелегальный печатный орган - газету «Sozialdemokrat». Огромную роль в выработке правильной политики и тактической линии партии сыграли критика, советы и указания Маркса и Энгельса.

Важнейшей задачей германской рабочей партии в годы исключительного закона против социалистов Маркс и Энгельс считали постоянную, последовательную и непримиримую борьбу с правыми элементами в партии, с тем «мелкобуржуазным, мещанско-филистерским духом», который сторонники правого направления насаждали в партии. Частично представленные бывшими лассальянскими вожаками, вошедшими в партию при объединении эйзенахцев и лассальянцев в 1875 г., частично являясь выходцами из буржуазных и буржуазноинтеллигентских кругов, принятыми в ряды партии накануне введения исключительного закона, представители правого направления, составлявшие большинство в социалдемократической фракции рейхстага, выступали против революционной тактики партии, проповедовали оппортунизм и соглашательство. Против этого



ПРЕДИСЛОВИЕ IX

направления, указывал Энгельс, «должна вестись решительная борьба» (см. настоящий том, стр. 217). В своих письмах Бебелю и редактору газеты «Sozialdemokrat» Бернштейну, который стоял в эти годы еще на марксистских позициях, а также в письмах социалистическим деятелям других стран Энгельс подвергал беспощадной критике политическую трусость, малодушие, ограниченность и неустойчивость лидеров правого крыла. Он рекомендовал зорко следить за этими «господами партийными литераторами», «образованными» (как он иронически называл их за высокомерное отношение к простым рабочим), оберегать широкие массы рабочих от их тлетворного влияния, разоблачать их трусливые выступления в рейхстаге и печати. Все помыслы этих лидеров сосредоточились, писал Энгельс, на том, чтобы «во что бы то ни стало выклянчить с помощью кротости и смирения, подлизывания и покорности отмену закона против социалистов», ибо этот закон лишил их постоянного литературного заработка (см. настоящий том, стр. 276). Энгельс указывал, что путем унизительного попрошайничества партии менее всего удастся избавиться от закона против социалистов, что он будет отменен только под давлением массового рабочего движения.

Энгельс и в условиях действия исключительного закона требовал от партии боевой тактики: бичевать всех тех, кто стремился заслужить похвалу врагов, «не извиваться и не изворачиваться под ударами противника», «не выть, не хныкать и не лепетать извинения», а «отвечать ударом на удар, на каждый удар врага - двумя, тремя ударами. Такова, - писал он, - издавна наша тактика» (см. настоящий том, стр. 356-357).

В борьбе с филистерскими элементами в партии Энгельс призывал германских социалдемократов смело опираться на широкие рабочие массы, не бояться выдвигать простых рабочих в депутаты рейхстага, больше привлекать рабочих корреспондентов к участию в газете «Sozialdemokrat». «Я никогда не скрывал, - писал Энгельс, - что, на мой взгляд, массы в Германии гораздо лучше, чем господа вожди» (см. настоящий том, стр. 216); вместо того чтобы вести массы, эти люди с самого начала «сами шли вперед только под нажимом масс» (см. настоящий том, стр. 228).

Письма Энгельса деятелям германской рабочей партии проникнуты глубокой верой в революционные возможности немецкого рабочего класса, широких масс немецких трудящихся. Малодушию «господ вождей» из правого крыла Энгельс противопоставлял свойственные немецким пролетариям «широту взглядов, энергию, юмор и упорство в борьбе» (см. настоящий том,



ПРЕДИСЛОВИЕ X

стр. 373). Он настойчиво советовал революционным лидерам партии решительно пресекать какие бы то ни было попытки искусственно привить рабочему классу - «этому здоровому - и в Германии единственному здоровому - классу старый наследственный яд филистерской ограниченности и филистерской дряблости» (см. там же).

Столкновение с оппортунистическими элементами, размежевание с ними по принципиальным и тактическим вопросам и неизбежный разрыв между правым и левым крылом в партии Маркс и Энгельс предсказывали уже сразу после введения исключительного закона, изложив свое мнение по этому вопросу в знаменитом «Циркулярном письме» Бебелю, Либкнехту, Бракке и др. от 17-18 сентября 1879 года (см. настоящее издание, т. 19, стр. 161- 175, т. 34, стр. 308-323). Маркс и Энгельс считали такой разрыв в принципе желательным, ибо организационное размежевание с оппортунистами и их изоляция обеспечивали идейное единство и чистоту рядов партии. «... Путем разрыва мы добьемся ясности и освободимся от совершенно чуждых нам элементов», - писал Энгельс Бебелю 21 июня 1882 года (см. настоящий том, стр. 278). Однако в условиях исключительного закона Энгельс советовал без нужды не спешить с разрывом и не поддаваться провокациям тех, кто искусственно форсировал раскол, ибо в сложившейся обстановке он мог быть использован правыми для усиления своего влияния на рабочий класс. Задача состояла в том, чтобы, следуя принципам революционной тактики, проявлять в этих условиях максимум выдержки, осторожности и осмотрительности. Энгельс решительно осуждал ошибочную, авантюристическую тенденцию у некоторых членов партии - превратить ее в тайную организацию; он призывал к умелому сочетанию возможных легальных и нелегальных средств борьбы, к тесной связи с широкими массами. В то же время Маркс и Энгельс обещали революционным лидерам партии свою полную и безусловную поддержку в случае, если бы раскол был спровоцирован даже и в это тяжелое для партии время. Если правые элементы принудят партию к расколу раньше, писал Энгельс в упомянутом письме Бебелю, «если дело дойдет до столкновения с этими господами и левое крыло партии открыто выступит против них, то мы при всех обстоятельствах пойдем с вами, при этом действуя активно и с поднятым забралом» (см. настоящий том, стр.

279).

В переписке находит отражение высокая оценка Марксом и Энгельсом политической деятельности Августа Бебеля. Бебель «представлял собой исключительное явление в немецком (можно



ПРЕДИСЛОВИЕ XI

сказать в «европейском») рабочем классе», - писал Маркс Энгельсу в письме от 16 сентября 1882 года. Столь же высокую характеристику Бебелю давал Энгельс, говоря о нем, как о талантливейшем из вождей германской рабочей партии, обладавшем «ясным умом, политической дальновидностью», необходимой энергией (см. письмо Энгельса Бернштейну от 25, 31 января 1882 года).

Ряд писем, публикуемых в томе, раскрывает огромную роль Маркса и Энгельса в идейном руководстве печатным органом партии - газетой «Sozialdemokrat». Они приветствуют каждое ее смелое выступление против оппортунистической позиции правых депутатов из социал-демократической фракции рейхстага, дают указания и советы для разоблачения реакционной, демагогической политики Бисмарка, его государственного лжесоциализма и показных «социальных мероприятий». Маркс и Энгельс советуют при этом больше опираться на конкретный материал о жестоком обращении с рабочими в прусских государственных рудниках (см. письмо Маркса Энгельсу от 8 декабря 1882 г. и ответ Энгельса Марксу от 8 декабря 1882 года). Основоположники марксизма разъясняют деятелям германской рабочей партии, что так называемые «социальные мероприятия» Бисмарка - введение покровительственных пошлин, огосударствление железных дорог и другие подобные меры - не имеют ничего общего с социализмом и вполне укладываются в рамки классовой политики буржуазного государства (см. настоящий том, стр. 140, 267-268). В письме редактору «Sozialdemokrat » от 13 сентября 1882 г. Энгельс излагает подробный план задуманной им, но, к сожалению, неосуществленной работы, в которой он намеревался выступить с разоблачением «государственного социализма» Бисмарка и имевших еще хождение вредных, антинаучных взглядов Лассаля, его незаслуженной славы в определенных кругах как самобытного теоретика. «... Мне придется все же, - писал Энгельс Бернштейну 22 сентября 1882 г., - положить конец иллюзии, будто Лассаль в экономической области (да и во всех других) был оригинальным мыслителем» (см. настоящий том, стр. 304).

Вместе с тем Маркс и Энгельс незамедлительно реагируют на каждый неправильный шаг редакции, на каждую ошибку, допущенную газетой, в частности ее главным редактором Берн-штейном. «Ты прав насчет того недомыслия, которое иногда позволяет себе Бернштейн», - пишет Энгельс Марксу 22 декабря 1882 г. (см. настоящий том, стр. 112). В ряде писем Энгельс предлагает редакции «Sozialdemokrat» не заострять внимания на тех вопросах, которые в условиях исключительного



ПРЕДИСЛОВИЕ XII

закона партия не могла делать предметом открытой дискуссии. Так, Энгельс выступает категорически против проектируемой Бернштейном кампании за пересмотр программы, принятой на объединительном съезде в Готе в 1875 г., ибо это способствовало бы усилению раздоров в партии.

Публикуемые в томе письма являются также ценным источником по истории формирования и становления французской Рабочей партии. Они содержат богатейший материал об участии основоположников марксизма во французском рабочем движении, раскрывают их активную роль в политическом просвещении французской Рабочей партии, в идейном отмежевании ее от мелкобуржуазного социализма и оппортунизма.

В эти годы во французской Рабочей партии продолжалась ожесточенная борьба вокруг революционной марксистской программы, выработанной при участии Маркса и Энгельса.

Борьба шла между марксистским (или, как его называли во Франции, - коллективистским) направлением, возглавлявшимся Жюлем Гедом и Полем Лафаргом, сторонники которых группировались вокруг газеты «Egalite», и оппортунистическим (поссибилистским) направлением во главе с Малоном и Бруссом.

Энгельс в своих письмах подробно разъяснял социалистам разных стран причины этой борьбы, подчеркивая ее сугубо принципиальный характер. Спор шел, указывал он, о диаметрально противоположном отношении к характеру борьбы и к политической программе партии: должна ли борьба вестись как классовая борьба пролетариата против буржуазии или же допустим оппортунистический отказ от классового характера движения и от революционной программы во всех тех случаях, когда благодаря этому отказу можно заполучить больше сторонников, следовательно, больше голосов на выборах. Высказавшись за последнее, поссибилисты тем самым «пожертвовали пролетарским, классовым характером движения» (см. настоящий том, стр. 319).

В борьбе двух направлений во французской Рабочей партии вожди международного пролетариата стояли всецело на стороне гедистов. Письма Маркса и Энгельса за рассматриваемый период проникнуты глубокой симпатией к гедистам как к честным и убежденным пролетарским революционерам. В самый разгар острой внутрипартийной борьбы между гедистами и поссибилистами Энгельс писал немецким социал-демократам от своего имени и от имени Маркса: «все наши симпатии, конечно, на стороне Геда и его друзей» (см. настоящий том, стр. 210).

Для более эффективной борьбы с французскими оппортунистами и воспитания рабочих в духе пролетарского интерна-



ПРЕДИСЛОВИЕ XIII

ционализма Энгельс стремится установить регулярную деловую связь между марксистским руководством германской и французской рабочих партий. В письме П. Лафаргу от 30 октября 1882 г. и Бернштейну от 2-3 ноября 1882 г. он настоятельно рекомендовал французским и немецким социалистам регулярно обмениваться их печатными партийными органами - газетами «Egalite» и «Sozialdemokrat». Он советовал также Лафаргу установить более тесный личный контакт с деятелями германской рабочей партии с тем, чтобы снабжать их достоверной информацией о положении дел во французской Рабочей партии. В то же время Энгельс сам систематически давал подробный критический анализ внутрипартийной борьбы во Франции в своих многочисленных письмах редактору «Sozialdemokrat». Он предостерегал редакцию газеты от слишком доверчивого отношения к «перепевам Малона» в отношении политики гедистов, осуждал тенденцию к поддержке политики и тактики поссибилистов, решительно протестовал против появления на страницах «Sozialdemokrat» статей, фальсифицирующих историю французской Рабочей партии, и тому подобного материала (см. письма Энгельса Бернштейну от 2-3 и 28 ноября 1882 г. и другие).

Оказывая всемерную поддержку гедистам своими советами и указаниями, Маркс и Энгельс вместе с тем строго критиковали грубые ошибки и промахи, которые Гед и его сторонники допускали, особенно в тактике. В ряде писем Энгельс отмечал, что эти ошибки временами делали для него и Маркса невозможным публичное выступление в защиту гедистов.

Основоположники марксизма сурово и справедливо порицали Геда и Лафарга за отсутствие у них должной выдержки и терпения, за недостаточно продуманную, нередко носившую чересчур личный характер полемику со своими политическими противниками и т. д. (см. письма Энгельса Бебелю от 25 августа 1881 г., Каутскому от 27 августа 1881 г., И. Ф. Беккеру от 10 февраля 1882 г. и Бернштейну от 22 сентября 1882 г. и другие).

Резкому осуждению со стороны Маркса и Энгельса подвергалась проявленная гедистами склонность к доктринерству, к подражанию «догматизму ученых оракулов», к злоупотреблению ультрареволюционной фразеологией, которую Маркс, по его словам, всегда рассматривал как «пустозвонство» (см. письмо Маркса Лауре Лафарг от 14 декабря 1882 года). «Они слишком часто одержимы революционной фразой», - писал о гедистах Энгельс в письме Бернштейну от 20 октября 1882 года.

Полное организационное размежевание марксистов с поссибилистами в результате раскола в рядах французской Рабочей



ПРЕДИСЛОВИЕ XIV

партии на Сент-Этьеннском съезде в сентябре 1882 г. Маркс и Энгельс считали назревшим и необходимым. Их отношение к этому вопросу подробно изложено в публикуемых в томе письмах Энгельса Марксу от 23 ноября 1882 г., Энгельса Бернштейну от 20 октября 1882 г. и Бебелю от 28 октября 1882 года. «Во Франции произошел давно ожидаемый раскол», - сообщал Энгельс в упомянутом письме Бебелю. Энгельс подчеркивал, что ни он, ни Маркс никогда не заблуждались насчет политического лица вожаков поссибилистов и «никогда не питали иллюзий» относительно долговечности союза между марксистской группой Геда и оппортунистической кликой «мнимых социалистов» Малона и Брусса.

В письмах содержится уничтожающая критика поссибилистских вожаков и их сторонников, как клики прожженных политических карьеристов и интриганов. В целом ряде писем Маркс и Энгельс отмечают, что в борьбе против марксистского крыла в партии эти люди не гнушались прибегать к таким неблаговидным приемам, как тайные интриги, бесстыдный обман, ложь и клевета на своих политических противников, вплоть до апелляции к шовинистическому германофобству отсталых французских рабочих и обвинения гедистов в измене отечеству на том только основании, что они являлись сторонниками «немца-пруссака» Маркса.

В связи с критикой партии поссибилистов, образовавшейся после раскола, Энгельс формулирует ряд важных положений, являющихся ценным вкладом в учение основоположников научного коммунизма о пролетарской партии.

Поссибилисты, указывал Энгельс, по существу отреклись от марксистской партийной программы, лишив ее пролетарского классового характера и отказались от коммунистических идеалов, которые были одобрены в 1880 г. на Гаврском съезде партии. «... Слыхано ли что-нибудь подобное, - писал Энгельс, - партия без программы, партия, за расплывчатыми мотивировочными положениями которой... следует заключение о том, что каждая группа фабрикует свою собственную частную программу!» (см. настоящий том, стр. 337-338). Энгельс называл поэтому партию поссибилистов «мнимой» партией. «... Это вообще не партия, - писал он, - потому что у нее в действительности нет никакой программы» (см. настоящий том, стр. 311) и уж меньше всего эти люди, по словам Энгельса, составляли «рабочую партию». Ссылаясь на тот факт, что поссибилисты широко открыли двери буржуазным и мелкобуржуазным элементам, в том числе реформистски настроенным аполитичным синдикальным камерам (профессиональным союзам) и т. п.,



ПРЕДИСЛОВИЕ XV

Энгельс подчеркивал, что при таком беспринципном отношении к членству в партии в действительности должна получиться партия, «стоящая за сохранение наемного труда, а не за его уничтожение» (см. настоящий том, стр. 337).

Выступая против проповеди единства любой ценой, Энгельс учил, что рабочая партия становится подлинно пролетарской классовой партией только в процессе острой идейной борьбы с оппортунистическими элементами. Он отмечал, что кажущаяся сила поссибилистов, на стороне которых после раскола оказалось временно большинство, была в действительности их слабостью. «Быть временно в меньшинстве - организационно - с правильной программой, - писал Энгельс, - все же лучше, чем иметь без программы большой, но при этом почти номинальный круг мнимых сторонников» (см. настоящий том, стр. 338). Ориентируя пролетарские партии на размежевание с оппортунистами, Маркс и Энгельс указывали им путь к достижению подлинного идейного и организационного единства рядов пролетариата.

В публикуемой переписке содержится оценка Марксом и Энгельсом состояния рабочего и зарождавшегося социалистического движения в Англии. 80-е годы открыли собой тот период в истории Англии, в течение которого она стала постепенно утрачивать свою былую промышленную монополию; но с другой стороны, в эти годы завершался двадцатилетний период наиболее интенсивных колониальных захватов Англии, обеспечивших ей колониальную монополию. Именно колониальная монополия, доставлявшая баснословные сверхприбыли английскому капитализму, являлась на этом этапе одной из главных причин засилия оппортунизма в английском рабочем движении, слабости революционного направления в нем, отсутствия в Англии массовой политической рабочей партии.

Великие вожди и учители пролетариата подвергают в своих письмах заслуженной критике соглашательские настроения привилегированных слоев английских рабочих и их реформистских вождей, полностью превратившихся к этому времени, по словам Энгельса, в придаток «радикальной буржуазной партии». «Единственное, что их связывает, -писал Энгельс об этой категории рабочих, - это буржуазный радикализм, - ведь рабочей программы у них никакой нет. И рабочие вожди, которые берутся поставлять для радикалов это стадо рабочих избирателей, совершают, на мой взгляд, прямое предательство» (см. настоящий том, стр.

338). Письма Энгельса И. Ф. Беккеру от 10 февраля 1882 г., Зорге от 20 июня 1882 г. и другие, раскрывающие историю сотрудничества Энгельса в 1881 г. в тред-юнио-



ПРЕДИСЛОВИЕ XVI

нистской газете «Labour Standard», свидетельствуют о его попытке обратиться через головы реформистских вождей непосредственно к массе английских рабочих с пропагандой идей научного коммунизма и призывом к организации в Англии самостоятельной политической пролетарской партии.

В начале 1882 г. пролетарские вожди отмечают некоторые признаки оживления среди промышленных рабочих Англии и как следствие этого пробуждение в рядах радикальной английской интеллигенции интереса к социализму. Ряд писем Маркса и Энгельса, касающихся Англии, содержит критическую характеристику некоторых буржуазных демократов, в том числе одного из будущих лидеров английских социалистов - Гайндмана.

Не отказывая этим деятелям «в добрых намерениях», Маркс и Энгельс, однако, отмечали их полный отрыв от масс, их сектантскую тактику, видя в этом одну из причин отсутствия у них на данном этапе какого бы то ни было политического влияния. «Никто не идет за этими людишками, - писал Энгельс, - они поддерживают лишь друг друга. Они разделяются на разнообразные секты, к которым примыкает несектантское общедемократическое болото» (см. настоящий том, стр. 317). Маркс и Энгельс вскрыли политическую непоследовательность английских буржуазных демократов в их критике английского капитализма, особенно в критике колониальной политики Англии. Яркий материал в этом отношении содержит впервые публикуемое на русском языке письмо Маркса своей дочери Элеоноре Маркс от 9 января 1883 года. Касаясь выступления о Египте радикального члена парламента Джозефа Коуэна, бывшего чартиста, которого Энгельс называл «наполовину, если не целиком» коммунистом (см. письмо Энгельса Берн-штейну от 12 марта 1881 г.), Маркс замечал, что в вопросе о колониях даже и этот «лучший» из парламентариев вел себя как подлинный буржуа.

Осуждая парламентский карьеризм, честолюбивое стремление к популярности со стороны таких деятелей, как Гайндман, претендовавших на роль вождей английского рабочего движения, классики марксизма вместе с тем отмечали их теоретическую незрелость, а также склонность к вульгаризации научного социализма. Характерны с этой точки зрения письма, раскрывающие взаимоотношения Маркса с Гайндманом: письмо Маркса Зорге от 15 декабря 1881 г., письмо Энгельса Гайндману от 31 марта 1882 г. и особенно впервые полностью публикуемое на русском языке письмо Маркса Гайндману от 2 июля 1881 года. Как видно из этого письма, решающей причиной разрыва Маркса с Гайндманом яви-



ПРЕДИСЛОВИЕ XVII

лась попытка последнего приспособить заимствованные из «Капитала» положения научного социализма к программе руководимой им полубуржуазной Демократической федерации, цели которой, по словам Маркса, не имели «ничего общего» с научными открытиями «Капитала» (см. настоящий том, стр. 166).

В письмах Маркса Энгельсу от 5 января 1882 г., Энгельса Женни Лонге от 24 февраля 1881 г., Бернштейну от 3 мая и 11 июля 1882 г. классики марксизма разоблачают колонизаторскую сущность политики либерального правительства Глад-стона в отношении Ирландии. С одной стороны, английские либералы, стремясь ослабить все возраставшее массовое движение ирландских крестьян-арендаторов, провели в 1881 г. так называемый Земельный акт для Ирландии, несколько ограничивавший произвол английских лендлордов, но, с другой стороны, они перед этим ввели в стране осадное положение, наводнив ее войсками и приостановив в ней действие конституционных гарантий. Характеризуя земельный билль 1881 г., как «чистейшее надувательство», Маркс высказывался за поддержку требования самоуправления для Ирландии с тем, чтобы дать возможность ирландцам самим разрешить земельную проблему в своей стране (см. письма Маркса к его дочери Женни Лонге от 11 и 29 апреля 1881 года).

В томе публикуется ряд писем, в которых нашли отражение взгляды классиков марксизма на национально-колониальный вопрос, их живейший интерес к положению зависимых и колониальных народов стран Восточной и Южной Азии и Африки. В письмах из Алжира, где Маркс находился на излечении в начале 1882 г., он клеймит позором систему и практику колониального угнетения местного населения этой французской колонии. С возмущением Маркс пишет о существовании в судебной практике французских колониальных властей в Алжире жестоких пыток, а также групповых казней неповинных людей. Сами же европейские колонисты, замечает Маркс, обыкновенно считают себя среди «низшей расы» абсолютно неприкосновенными, проявляя бессовестное высокомерие, спесивость и жестокость по отношению к коренному населению страны. В ряде писем Маркс с большой теплотой отзывается о народе Алжира, сумевшем сохранить, несмотря на вековое угнетение, большое чувство собственного достоинства и стремление к свободе. Маркс, однако, предсказывал, что порабощенные народы этой страны ничего не добьются «без революционного движения» (см. настоящий том, стр. 258).

Значительное внимание в письмах Маркса и Энгельса этих лет уделено египетскому вопросу, который возник в связи



ПРЕДИСЛОВИЕ XVIII

с вооруженной агрессией и захватом Англией Египта в 1882 году. Маркс писал с возмущением: «... Может ли быть более бесстыдное и лицемерно-ханжеское «завоевание», чем завоевание Египта, - завоевание, когда царит глубокий мир!» (см. настоящий том, стр. 353).

В письме Даниельсону 19 февраля 1881 г. Маркс отмечает нарастающее недовольство населения Индии, которую нещадно грабили британские колонизаторы.

Важные высказывания содержит публикуемое в томе письмо Энгельса Каутскому от 12 сентября 1882 года. Энгельс рассматривает здесь позицию привилегированных английских рабочих в отношении колониальной политики, показывает значение колониальных сверхприбылей, используемых господствующими классами для подкупа верхушки рабочего класса метрополии. «Вы спрашиваете меня, - писал Энгельс, - что думают английские рабочие о колониальной политике? То же самое, что они думают о политике вообще: то же самое, что думают о ней буржуа. Здесь нет рабочей партии, есть только консервативная и либеральнорадикальная, а рабочие преспокойно пользуются вместе с ними колониальной монополией Англии и ее монополией на всемирном рынке» (см. настоящий том, стр. 297). Высказывая свою точку зрения об отношении победившего пролетариата к колониальным странам, которые могли достаться ему в наследство от буржуазного мира, Энгельс прежде всего ставил перед пролетариатом задачу - как можно быстрее привести эти страны к самостоятельности, предоставить им самим решать свою судьбу. «... Освобождающийся пролетариат, - писал Энгельс, - не может вести колониальных войн» (см. настоящий том, стр. 297); он «не может никакому чужому народу навязывать никакого осчастливления, не подрывая этим своей собственной победы» (см. настоящий том, стр. 298). Пророчески предсказывая возможность революции в Индии, Алжире, Египте и других странах, Энгельс выдвигает в этом письме важное теоретическое положение о том, что социалистические преобразования, которые пролетариат, завоевавший власть, будет осуществлять в европейских странах, неизбежно окажут огромное революционизирующее воздействие на колониальные и зависимые страны (см. там же).

Огромный научный и политический интерес представляют письма, раскрывающие связи основоположников марксизма с русскими революционными и общественными деятелями - П. Лавровым, Л. Гартманом, Н. Даниельсоном, Верой Засулич и другими. По просьбе Лаврова Маркс и Энгельс пишут в начале 1882 г. предисловие к предпринятому Плехановым второму



ПРЕДИСЛОВИЕ XIX

изданию «Манифеста Коммунистической партии» (см. письма Маркса Лаврову от 23 января 1882 г. и Энгельса Лаврову от 10 апреля 1882 года). 8 марта 1881 г. Маркс в письме к Вере Засулич высказывается о судьбах русской крестьянской общины, волновавших в то время умы многих русских революционеров. В противовес взглядам русских либералов, считавших необходимым уничтожение крестьянской общины для беспрепятственного развития капитализма в России, и в противовес взглядам народников, которые мечтали о том, что с помощью общины, минуя развитие крупной капиталистической промышленности, Россия прямо перейдет к социалистическому общественному строю, Маркс увязывал историческую роль русской крестьянской общины с перспективой народной революции в России, поддержанной пролетарской революцией на Западе. Он писал Вере Засулич, что русская община могла бы быть «точкой опоры социального возрождения России», но только при условии, если бы были устранены «тлетворные влияния, которым она подвергается со всех сторон», иными словами, свергнуты самодержавие в России и капитализм на Западе. В публикуемом впервые письме своей дочери Лауре Лафарг от 14 декабря 1882 г. Маркс выражает глубокое удовлетворение быстрым распространением марксистской революционной теории в пределах царской России. «Нигде мой успех, - пишет он, - не мог бы быть для меня более приятен; он дает мне удовлетворение в том, что я наношу удар державе, которая наряду с Англией является подлинным оплотом старого общества» (см. настоящий том, стр. 342). В письме Женни Лонге от 11 апреля 1881 г. Маркс высоко отзывается о русских революционных народниках.

«Это действительно дельные люди, - писал он, - без мелодраматической позы, простые, деловые, героические» (см. настоящий том, стр. 147). В ряде писем Энгельс высказывал мысль о том, что в России назревала революционная ситуация и что именно в ней должен был вступить «в бой» авангард европейской революции. В ожидании скорой революции в России Маркс советовал своим соратникам поддерживать и укреплять связи с вероятным центром будущей русской революции - Петербургом. В письме Лауре Лафарг от 13-14 апреля 1882 г. Маркс, рекомендуя Лафаргу не прерывать его работы в качестве корреспондента одного из русских журналов, писал: «Очень важно не потерять такой пункт, как Петербург; важность его будет ежедневно возрастать!» (см. настоящий том, стр. 256).

Прочитав на русском языке «Очерки нашего пореформенного общественного хозяйства»

Даниельсона, Маркс в письме



ПРЕДИСЛОВИЕ XX

к нему от 19 февраля 1881 г. отмечает особенности развития сельского хозяйства в России, показывает зависимость сельского хозяйства от природных и климатических условий, подчеркивает необходимость внесения в почву минеральных удобрений.

Тяжелая болезнь Маркса, а также смерть жены и старшей дочери окончательно подорвали его силы: 14 марта 1883 г. Маркс скончался.

В связи со смертью Маркса Энгельс в телеграммах и письмах ближайшим друзьям и соратникам с огромной любовью говорит о Марксе как гениальном теоретике и вожде международного пролетариата. «Величайший ум второй половины нашего века перестал мыслить», - писал Энгельс Либкнехту 14 марта 1883 года. «... Этот гениальный ум перестал обогащать своей мощной мыслью пролетарское движение обоих полушарий. Ему мы обязаны всем тем, чем мы стали; и всем, чего теперь достигло современное движение, оно обязано его теоретической и практической деятельности; без него мы до сих пор блуждали бы еще в потемках» (см. настоящий том, стр. 383). Высказывая глубокую скорбь по поводу тяжелой утраты, которую понесли пролетарская партия и весь международный рабочий класс, Энгельс призывал соратников к мужеству и выражал горячую уверенность в конечной победе великого учения, созданного Марксом.

После смерти своего великого друга Энгельс с честью продолжал выполнять роль вождя и учителя пролетариата, приняв на себя всю огромную ответственность и титанический труд по воспитанию и руководству рабочего класса всех стран мира.

* * *

В настоящий том включено 32 письма Маркса и Энгельса, не входившие в состав первого издания Сочинений. Из них 17 писем уже были опубликованы в различных зарубежных изданиях, 2 письма - в советских изданиях, 13 писем вообще публикуются впервые по рукописям, хранящимся в Институте марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. Все эти письма существенно дополняют биографические сведения о Марксе и Энгельсе, содержат ценные мысли основоположников марксизма по различным вопросам теории и практики международного рабочего движения.

Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС К. МАРКС и Ф. ЭНГЕЛЬС ПИСЬМА ЯНВАРЬ 1881-МАРТ 1883


1

Часть первая ПЕРЕПИСКА МЕЖДУ К. МАРКСОМ и Ф. ЭНГЕЛЬСОМ ИЮЛЬ 1881 - ЯНВАРЬ 1883


3
3

1881 год 1

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ИСТБОРН [Лондон], 7 июля 1881 г.

122, Regent's Park Road, N. W.*

Дорогой Мавр!

В предыдущем письме я совсем забыл написать о деньгах; присутствие Шорлеммера несколько ограничивает мою свободу передвижения. Ты можешь получить теперь от 100 до 120 ф. ст., и спрашивается только, желаешь ли ты получить их все сразу и сколько отослать вам и сколько оставить здесь. Когда получишь это письмо, решай сразу, чтобы уже завтра я получил ответ. Шорлеммер и Пумпс как раз завтра вечером идут в театр, а я остаюсь дома; я смогу тогда выписать чек на имя Ленхен и отнести его ей; твоя жена или ты можете решить, как поступить с деньгами.

Тусси и Д. Мейтленд обе играли очень хорошо; маленькая проявила очень много самообладания и выглядела на сцене очень мило. Тусси была очень хороша в страстных сценах, но было заметно, что она взяла себе за образец Эллен Терри, как Редфорд - Ирвинга, но от этого она скоро отвыкнет; если она хочет производить впечатление, она, безусловно, должна выработать собственную манеру игры, и она это, конечно, сделает.

Я слышал, что морской воздух до сих пор не оказал на твою жену ожидаемого действия; это иногда бывает в первое время; будем надеяться, что это еще придет.

Пумпс отправляется в понедельник** с Шорлеммером в Манчестер отвезти назад маленькую Лидию. Я слышал, вы


* - 122, Риджентс-парк-род, Норд-Уэст (по этому адресу Энгельс жил в Лондоне с сентября 1870 по начало октября 1894 года). Ред.

** - 11 июля. Ред.

1


4
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 7 ИЮЛЯ 1881 г.

написали Тусси, чтобы она приехала к вам; в таком случае я, вероятно, приеду позже, когда вернется сюда Пумпс. Мы, должно быть, скоро отправимся в Бридлингтон Ки, а позднее, когда Шорлеммер вернется из Германии, - вместе с ним на Джерси; по крайней мере, таковы пока планы.

Сердечный привет от всех нас твоей жене и тебе.

Твой Ф. Э.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 2

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН Аржантёй, 27 июля 1881 г.

11, Boulevard Thiers Дорогой Энгельс!

Не могу сегодня писать подробнее, ибо мне надо отправить массу писем, а малыши* по праву завладели мной в первый день.

Путешествие от Лондона до Дувра протекало так хорошо, как только можно было ожидать; это значит, что моя жена, чувствовавшая себя очень неважно, когда мы отправились с Maitland Park**, не заметила никакого ухудшения в результате поездки. На пароходе она сейчас же отправилась в дамскую каюту, где нашла великолепный диван для лежания. Море было абсолютно спокойно при прекраснейшей погоде. В Кале она сошла на берег в лучшем состоянии, чем покинула Лондон, и решила ехать дальше. Единственными станциями, где согласно нашим билетам мы могли прервать наше путешествие в Париж, были Кале и Амьен. Этот последний пункт (около двух часов пути до Парижа) она сочла слишком близким, чтобы останавливаться. Между Амьеном и Креем она почувствовала приближение диареи, и боли внутри тоже стали сильнее. В Крее поезд стоит только три минуты, но все же ей удалось использовать это время. В Париже, куда мы прибыли вечером в половине восьмого, нас на вокзале встретил Лонге. Однако прямой поезд в Аржантёй отходил с этого вокзала слишком поздно, чтобы дожидаться его. А потому, после осмотра багажа


* - внуки Маркса: Жан, Анри, Эдгар и Марсель Лонге. Ред.

** - Мейтленд-парк-род, 41 (по этому адресу Маркс со своей семьей жил в Лондоне с марта 1875 г. до конца своей жизни). Ред.

2


5
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 29 ИЮЛЯ 1881 г.

таможенными чиновниками, мы отправились кебом на вокзал Сен-Лазар, откуда, после некоторого ожидания, - железной дорогой на место назначения, куда, впрочем, мы прибыли только около десяти часов. Ей было очень плохо, но сегодня утром (по крайней мере сейчас, около десяти часов) она чувствует себя лучше, чем это обыкновенно бывало в Лондоне в это же время. Во всяком случае, обратный путь надо будет проделать с более частыми остановками.

Лонге представит меня сегодня своему доктору*, так что в случае повторения диареи можно будет немедленно принять меры.

Мы нашли здесь всех в добром здравии. Только Джонни и Гарри немного простужены вследствие перемены температуры (страшно жаркие дни сильно изнурили всех детей и особенно Джонни). Помещение как летнее помещение великолепно, служило, очевидно, некогда в качестве такового какому-нибудь богачу.

Наилучшие пожелания Пумпс.

Твой Мавр Тусси, по-видимому, написала своему парижскому корреспонденту** о моем прибытии, так что, как рассказывает мне Лонге, оно стало уже секретом полишинеля. «Анархисты», говорит он, будут приписывать мне злостные намерения в связи с избирательной кампанией3.

Клемансо сказал ему, что мне абсолютно нечего опасаться полиции.


* - Дурлену. Ред.

** - Карлу Гиршу. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 3

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В АРЖАНТЁЙ Бридлингтон Ки, Йоркшир, 29 июля 1881 г. 1, Sea View Дорогой Мавр!

Я получил твое письмо вчера утром еще до нашего отъезда4 и был очень рад узнать, что в дороге у вас все обошлось еще сравнительно хорошо. Но ты прав, намереваясь на обратном


6
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 29 ИЮЛЯ 1881 г.

пути делать остановки: слишком рискованно оставлять на ногах в течение двенадцати часов такую больную. Надеюсь только, что перемена воздуха и обстановки дадут желаемый результат.

Мы выехали в 10.30, прибыли сюда в 5.05 без моего чемодана, который где-то запропастился, но уже вечером нашелся. После приблизительно пятнадцатиминутных поисков мы нашли великолепное и не слишком дорогое жилье (два дома типа прошлогодних, но гораздо лучше во всех отношениях). Вчера шел небольшой дождь, но сегодня, кажется, постепенно проясняется. Чтобы быть обеспеченным на случай дождливой погоды, ставшей для нас снова привычной последнее время в Лондоне, я позавчера взял у Тусси Скалдина и два первых тома Маурера о господских дворах5.

Мы думаем пока пробыть здесь три недели, может быть четыре, в зависимости от погоды и прочих обстоятельств. Чековая книжка со мной; если тебе что-нибудь нужно, не стесняйся и укажи приблизительно сумму, какая тебе нужна. Твоя жена ни в чем не должна себе отказывать; она должна иметь все, чего ей захочется или что, по вашему мнению, доставляет ей радость.

Тусси еще позавчера была у нас, и я отправился с ней, чтобы забрать книги и выпить с ней неизбежного пильзенского. Тут можно обойтись без немецкого пива. Горький эль в маленьком кафе у пристани превосходен и пенится, как немецкое пиво.

Напиши поскорее, как дела.

Сердечный привет от всех нас твоей жене и Женни. Пумпс велит особо кланяться Джонни, я присоединяюсь. Передай также привет Лонге.

Твой Ф. Э.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 4

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В БРИДЛИНГТОН КИ Аржантёй, 3 августа 1881 г.

11, Boulevard Thiers Дорогой Фред!

Мне очень тяжело, что приходится так нажимать на тебя в финансовом отношении, но из за анархии, установившейся


7
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 3 АВГУСТА 1881 г.

в течение последних двух лет в нашем домашнем хозяйстве, возникли всевозможные долги; все это давно уже тяготит меня. 15-го сего месяца я должен уплатить в Лондоне 30 ф. ст., и это угнетало меня со дня нашего отъезда оттуда.

Когда мы вернемся, совершенно неясно. Мы переживаем здесь изо дня в день те же превратности, что и в Истборне1, с той только разницей, что вдруг наступают ужасные боли, как, например, вчера. Наш доктор Дурлен, превосходный врач, к счастью живущий совсем близко от нас, сразу вмешался и применил одно из героических опиумных лекарств, которые Донкин сознательно держал в резерве. После этого она* провела ночь хорошо и сегодня чувствует себя так хорошо, что против обыкновения встала уже в 11 часов утра и развлекается в обществе Женни и детей**. (Диарея была остановлена на второй день после нашего приезда.

Дурлен сказал с самого начала: если это всего лишь случайность, то ничего; но это может быть также симптомом того, что поражены внутренние органы. К счастью, это оказалось не так.)

Временные «улучшения», разумеется, не мешают естественному развитию болезни, но они вводят в заблуждение мою жену и укрепляют уверенность в Женни - несмотря на мои возражения - в том, что надо по возможности дольше оставаться в Аржантёе. Я знаю дело лучше и тем более опасаюсь. Вчера ночью я фактически в первый раз снова проспал сравнительно прилично. Так от всего я одурел, как словно б в голове кто жернов завертел***. Поэтому я до сих пор оставался исключительно в Аржантёе и не посещал Парижа, а также ни строчкой не поощрял никого из парижан посетить меня. Гирш уже высказал Лонге в редакции «Justice» вполне оправданное удивление по поводу этого «воздержания».

Вдобавок ко всему в течение последних пяти дней здесь разыгрывалась драма в стиле Коцебу.

У Женни была кухаркой очень живая молодая девушка из деревни, которой она была во всех отношениях довольна, так как та и с детьми обращалась очень ласково. От своей последней хозяйки, жены д-ра Рено (тоже врач в Аржантёе), она имела лишь «отрицательное» свидетельство, что оставила место по своему желанию. Старая мать Лонге, которая стремится, насколько это возможно, осуществлять диктатуру над Женни, отнюдь не удовлетворилась этим и сочла самым неотложным делом по собственному почину написать г-же Рено.


* - Женни Маркс. Ред.

** - Женни Лонге и ее детей: Жана, Анри, Эдгара и Марселя. Ред.

*** Гёте. «Фауст», часть I, сцена четвертая («Кабинет Фауста»). Ред.


8
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 3 АВГУСТА 1881 г.

Мадам Рено - хорошенькая кокетка, а ее муж непроходимый дурак. В доме этой четы происходят, таким образом, вещи, о которых много судачат в Аржантёе. Они не знали, что их бывшая прислуга снова нашла себе работу в этом же самом городе, да еще у г-на Лонге, интимного друга д-ра Дурлена, чья жена является интимным недругом мадам Рено! Об этом следовало позаботиться.

И вот в одно прекрасное утро является мадам Рено - до того лично не знакомая с Женничкой, - рассказывает ей, что девушка имела нечистые дела с мужчинами (а мадам?), но, что хуже, она, кроме того, воровка, так как она украла у нее самой золотое кольцо; она уверяет Женни, что хочет уладить дело en famille*, не прибегая к «властям» и т. д. Одним словом, Женничка вызывает девушку, мадам Рено уговаривает ее и в то же время угрожает, девушка сознается, возвращает ей кольцо... и тогда д-р Рено доносит на несчастную мировому судье. Развязка: вчера она отправлена в Версаль к судебному следователю! Ты знаешь, что в виде остатка римского права, где familia = servi**, кодекс*** передает суду присяжных те мелкие преступления, которые обыкновенно подлежат рассмотрению суда исправительной полиции.

Женни между тем предприняла все возможные шаги у мирового судьи, очень славного человека, но дело уже не зависело от него, поскольку на нее официально поступила жалоба.

Все же девушке помогут показания Женни, которые он записал, а также приобщенные им к протоколу указания на юридически недопустимую процедуру, которую применила Рено.

Защита девушки со стороны Женни удивила мирового судью, но все же он отнесся ко всему весьма юмористически. Он спросил ее: «Но ведь вы не станете защищать воровство?» - «Конечно нет, мосьё, но начните с того, что арестуйте всех крупных воров Аржантёя и Парижа в придачу!»

Ближайший результат тот, что она осталась без кухарки. Глупая девушка из Лондона - сестра бывшей у нас раньше Карри - в этом отношении никуда не годится, кроме того, у нее достаточно хлопот с четырьмя детьми.

Кстати. Нордау - который занял место Гирша в «Vossische Zeitung» - получил французский орден! В связи с этим Гирш разоблачил его в «Justice». Последняя выступает с нападками на министерство, которое награждает орденом человека, клевещущего на Францию (Нордау - немецко-венгерский еврей,


* - по-семейному. Ред.

** - семья = рабы. Ред.

*** - Code penal (французский уголовный кодекс). Ред.


9
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 6 АВГУСТА 1881 г.

писал в защиту Бисмарка против книг Тиссо о «подлинной стране миллиардов»6), так же как и Блейхрёдера, который хотел наложить на прекрасную Францию десятимиллиардную, вместо пятимиллиардной, контрибуцию7.

Осел Нордау, находящийся в настоящее время в Париже, ответил письмом в «Justice», в котором выставляет себя защитником Франции, но он был тут же разоблачен в «Justice» и на следующий день в «Republique Francaise».

Привет.

Твой Мавр Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 5

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В АРЖАНТЁЙ Бридлингтон Ки, Йоркшир, 6 августа 1881 г. 1, Sea View Дорогой Мавр!

Твое письмо из-за конверта пришло сюда позавчера вечером почти открытым. На вчера была назначена прогулка на мыс Фламборо-Хед, так что я собрался ответить только сегодня.

По поводу жалких 30 ф. ст. не расстраивайся. Если не получу от тебя других распоряжений, то я заблаговременно пошлю чек на них Тусси, которой ты дашь нужные инструкции.

Но если тебе нужно больше, дай мне знать, и тогда я выпишу чек на большую сумму. Я захватил с собой только несколько чековых бланков и должен обойтись ими.

Большое спасибо за сведения о больной*. На твоем месте я выдержал бы установленный Донкином срок с возможной точностью, ваш тамошний врач** несомненно поможет тебе в этом. Если боли усилятся, то ведь они могут начаться и в пути и причинить большие страдания.


* - Женни Маркс. Ред.

** - Дурлен. Ред.


10
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 6 АВГУСТА 1881 г.

История с прислугой для нас, во всяком случае, представляется в более смешном виде, чем для бедной Женнички; какое счастье, что сейчас она имеет там по крайней мере Ленхен.

Неизвестно, кому из французских буржуа мы должны удивляться больше: старой матери Лонге, которая под предлогом доставления Женни нравственной прислуги заботится о том, чтобы она постоянно оставалась без прислуги, или же честнейшей докторской жене*, которая нарушает данное ею слово (без которого она ни за что не получила бы обратно своего кольца) в интересах общественной нравственности, как только кольцо было получено обратно.

Здесь все идет как обычно на морском курорте, довольно скучно; только, к сожалению, я должен прекратить купание, ибо оно всегда усиливает мою глухоту. Это для меня весьма прискорбно, но иначе нельзя, если я не хочу преждевременно оглохнуть подобно Олсопу. Я пишу сегодня Лауре и приглашаю ее приехать сюда на некоторое время. Она сможет тогда устроить так, что снова будет в Лондоне к моменту вашего возвращения или вскоре после этого.

Прилагаю письмо Гумперта, которое тебя поразит. Мне нечего говорить тебе, что речь идет о живущей в Манчестере сестре лондонской Берты Бёккер**.

Факт награждения орденом Нордау действительно непонятен. Еще совсем недавно я читал очень одобрительный отзыв «Kolnische Zeitung» о его наглой книге «Из подлинной страны миллиардов»8. Сопоставление с Блейхрёдером, однако, верно постольку, поскольку и Нордау приходит к тому заключению, что из этой страны можно еще очень много выкачать.

Это, конечно, намотают себе на ус голодающие прусские юнкеры.

У меня кончаются чернила, остается ровно столько, чтобы написать Лауре, а потому заканчиваю сердечным приветом вам всем.

Твой Ф. Э.

Ты вполне прав, когда, несмотря на всех этих Гиршей и т. д., не уделяешь Парижу внимания больше, чем ты это считаешь нужным.


* - Рено. Ред.

** См. настоящий том, стр. 12-13. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса. 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого


11
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 9 АВГУСТА 1881 г.

6

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В БРИДЛИНГТОН КИ [Аржантёй], 9 августа 1881 г.

Дорогой Фред!

Только что получил твое письмо. Посылаю это заказным; о вскрытии писем, говорит Лонге, не приходится думать; но заказные письма, в особенности в таких второстепенных пунктах, как Аржантёй, отправляются быстрее.

В субботу* мы возили мою жену в Париж, который она наблюдала из открытого экипажа; он ей очень понравился (на меня производит впечатление непрерывной ярмарки). Конечно, делали при этом несколько остановок и отдыхали на террасах перед кафе. Один раз на обратном пути ей стало нехорошо. тем не менее она снова хочет туда.

Состояние ее, как обычно, то невыносимо, то целыми часами лучше. При продолжающемся исхудании - усиление слабости. Вчера небольшое кровотечение, которое доктор** рассматривает как симптом слабости. Я сказал ему, что нам надо серьезно подумать о возвращении; он говорит, что можно еще несколько дней выждать, прежде чем принимать окончательное решение. Она сама меня подвела: я говорил ей об отъезде в конце этой недели, а она отдала в стирку массу белья, которое не будет готово до начала следующей недели. Я во всяком случае протелеграфирую тебе, когда мы выезжаем (если не будет времени заранее известить об этом просто письмом). Удивительно, что, хотя я чертовски мало сплю по ночам, а в течение дня имею немало забот и волнений, все говорят о моем хорошем виде, и это соответствует действительности.

Женничка сильно страдает астмой, так как в доме очень сквозит, но девочка держится, как всегда, героически.

В воскресенье я должен был показать Елене*** Париж, поэтому заранее написал Гиршу, и как раз вовремя. Он уже собирался выезжать (к большому сожалению Кауба и огорчению его жены) в Германию. Он хочет показать партийным руководителям в Германии, что нет ничего особенного, если подвергаешься полицейской опасности. Вчера он укатил.


* - 6 августа. Ред.

** - Дурлен. Ред.

*** - Демут. Ред.


12
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 9 АВГУСТА 1881 г.

Вчера к завтраку был здесь Жаклар со своей русской женой*, милая пара. Сегодня та же церемония: ожидаются Лиссагаре и жена нашего доктора (вместе с сестрой).

От Жаклара мы узнали, что он присутствовал на предвыборном собрании в Батиньоле3, где в качестве кандидатов выступали: Анри Маре, наш д-р Реньяр и... Пиа, который вдруг, - само собой разумеется, с полицейского разрешения - неожиданно там появился. Пиа был жалко высмеян. Когда он заговорил о Коммуне, поднялся всеобщий крик: «Вы ее предали!».

Не больше успех Реньяра. Чтобы показаться парадоксальным и глубоким, этот дурень начал с заявления: «Я против свободы!». Всеобщий крик. Ему не помогло последующее объяснение, что он имеет в виду «свободу конгрегации». Борец против мракобесия провалился, также и Анри Маре.

Возможно, что крайняя левая несколько увеличится в числе, но главным результатом, вероятно, будет победа Гамбетты. Короткий срок выборов при французских условиях дает перевес дельцам, имеющим в своих руках многочисленные «позиции», - тем, кто, очевидно, сможет раздавать места в правительственной машине и распоряжаться «государственной казной» и т. д. «Гревисты»** могли бы побить Гамбетту, если бы проявили энергию и после его последних провалов выбросили из кабинета его сторонников: Казо, Констана и Фарра.

«Раз они этого не сделали, - говорят себе охотники за местами, биржевые спекулянты и т. д. и т. д., - значит, Гамбетта настоящий человек! Они не посмели атаковать его позиции, на них нельзя положиться». Ежедневные всеобщие нападки на него в радикальной и реакционной прессе только укрепляют его положение, несмотря на все его дурачества. К тому же крестьянин смотрит на Гамбетту как на nec plus ultra*** возможного республиканизма.

Одновременно с этим к Туссиньке идет письмо с необходимыми инструкциями. Мне понадобится еще немного денег, так как на этот раз путешествие обойдется дороже (доктор, кроме того, думает, что несколько дней в Булони, благодаря морскому воздуху, могут благотворно повлиять на больную), надо оплатить значительный счет доктора и некоторым образом возместить Женничке расходы, которыми мы ее обременили.

Итак, Гумперт обзаводится третьей (или второй) семьей. В добрый час! Для доктора этот шаг разумен. О г-же Бёккер


* - А. В. Корвин-Круковской. Ред.

** - сторонники Жюля Греви. Ред.

*** - самое крайнее выражение. Ред.


13
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 11 АВГУСТА 1881 г.

моя жена слышала в Манчестере с разных сторон лестные отзывы.

Привет.

Твой Мавр Бизли ставит себя во все более и более смешное положение. Вейлер должен был бы не допускать прославления Макса Гирша в «Labour Standard»9.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 7

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В АРЖАНТЁЙ Бридлингтон Ки, Йоркшир, 11 августа 1881 г. 1, Sea View Дорогой Мавр!

Твое заказное письмо получено вчера вечером, но тоже вскрытым, и на этот раз совсем.

Прилагаю тебе конверт, чтобы ты видел, что он не был даже заклеен.

Только что послал Тусси заказным чек на 50 фунтов стерлингов. Если ты хочешь, чтобы из остающихся 20 ф. ст. (сверх 30, о которых ты писал) часть или все было послано в Париж, то Тусси может выполнить это скорее, чем ты смог бы реализовать посланный непосредственно тебе чек на Лондон. Перевод на Париж она легко может получить.

По поводу французских выборов я вполне согласен с тобой. Долго эта палата, впрочем, заседать не будет: как только будет проведена система выборов по спискам, она будет скоро опять распущена.

Вчера утром я известил г-на Шиптона*, что он больше не получит от меня передовых статей. Каутский прислал мне слабую вещь о международном фабричном законодательстве в плохом переводе, который я поправил и отослал Шиптону10. Вчера приходит корректура и письмо от Шиптона, которому


* См. настоящий том, стр. 170-171. Ред.


14
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 11 АВГУСТА 1881 г.

два места показались слишком «сильными» и одно из которых он к тому же неправильно понял; спрашивает, не согласен ли я смягчить их. Я сделал это и ответил: 1) что это значит, предлагать мне во вторник* (в среду письмо было здесь), чтобы я внес изменения, тогда как мой ответ может быть получен в Лондоне только в четверг, после выхода газеты**?

2) если это для него слишком сильно, то тем более должны будут ему показаться таковыми мои, значительно более сильные статьи; поэтому для нас обоих лучше, если я перестану писать; 3) мое время не позволяет дальше регулярно писать каждую неделю передовую статью, и я уже имел в виду заявить ему об этом после конгресса тред-юнионов (в сентябре)11. Но при данных обстоятельствах, пожалуй, его положение к этому конгрессу улучшится, если я прекращу писать уже теперь; 4) он был бесспорно обязан показать мне статью о Максе Гирше до напечатания9. Я не могу оставаться «в числе сотрудников газеты, занимающейся восхвалением тех немецких профессиональных союзов, которые можно сравнить только с самыми худшими английскими тред-юнионами, позволяющими руководить собой людям, купленным буржуазией или по крайней мере оплачиваемым ею». Впрочем, желаю ему всякого счастья и т. д. Письмо это он получил сегодня утром.

Самую главную причину я ему не сообщил: это то, что мои статьи не оказывают абсолютно никакого влияния на остальные материалы газеты и на публику. Если они сколько-нибудь влияют, то это проявляется в скрытой реакции со стороны тайных апостолов свободной торговли. Газета по-прежнему остается мешаниной всевозможных и невозможных фантазий, а в конкретной политике более или менее, и скорее более, склоняется к Гладстону. Отклик, который, казалось бы, появился в одном или двух номерах, снова заглох. Британский рабочий совсем не хочет идти дальше, его должны встряхнуть события, утрата промышленной монополии. En attendant, habeat sibi***.

Сегодня уже две недели, как мы живем здесь, при переменчивой, большей частью холодной и часто пасмурной погоде; однако дождей было не так много. Мы остаемся здесь еще по меньшей мере одну, может быть две недели, но ни в коем случае не дольше.

С тех пор как я здесь, я читаю «Daily News» вместо «Standard». Эта газета еще глупее, если это вообще мыслимо: пропо-


* - 9 августа. Ред.

** - «Labour Standard». Ред.

*** - А пока - так ему и надо. Ред.


15
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 17 АВГУСТА 1881 г.

веди против вивисекции! В отношении информации она столь же скудна, как и «Standard».

Увеселительная поездка Гирша* может для него плохо кончиться; но с ним ничего не поделаешь.

Сердечный привет всем.

Твой Ф. Э.


* См. настоящий том, стр. 11. Ред.

** - Женни Маркс. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 8

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В БРИДЛИНГТОН КИ [Аржантёй], 16 августа 1881 г.

Дорогой Энгельс!

Завтра мы должны ехать, так как я получил письмо от мисс Мейтленд, что Тусси очень больна, не позволяет больше мисс Мейтленд ухаживать за ней, не обращается к доктору и т. д. Может быть, и даже вероятно, что Ленхен должна будет проводить маму** в Лондон, а я должен сейчас же (то есть завтра) ехать туда.

Твой К. М.

Я тотчас же написал д-ру Донкину относительно Тусси, но возможно, что его уже нет в Лондоне.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 9

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН Бридлингтон Ки, Йоркшир, 17 августа 1881 г.

1, Sea View Дорогой Мавр!

Только что получил твою телеграмму. Надеюсь, твоя жена хорошо перенесла путешествие, и заключаю это из того, что вы,


16
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 17 АВГУСТА 1881 г.

по-видимому, прибыли ночным пароходом. Напиши мне несколько строк, как обстоят дела.

Относительно срока нашего отъезда мы сами ничего определенного не знали; ввиду различных обстоятельств мы не могли быть готовы к завтрашнему дню, когда заканчивается наша неделя. По получении твоей телеграммы мы договорились с пашей хозяйкой о плате за следующие полнедели и, если ничего не случится, вернемся в Лондон в понедельник* вечером. Погода почти все время пасмурная, переменчивая и холодная, со вчерашнего дня определенно дождливая, и Бридлингтон Ки при таких условиях поистине скучен.

Гамбетта в Шаронне освистан очень хорошо!12

Твой Ф. Э.


* - 22 августа. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 10

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН Бридлингтон Ки, 18 августа 1881 г.

1, Sea View Дорогой Мавр!

Только вчера вечером получил твое письмо из Аржантёя, объясняющее твой внезапный приезд. Надеюсь, нездоровье Тусси в действительности не серьезно, - она еще позавчера написала мне веселое письмо; как бы то ни было, надеюсь сегодня вечером или завтра утром иметь подробности, а также узнать, ехала ли твоя жена с тобой до Булони или Кале и не осталась ли она там.

Вчера, наконец, я набрался храбрости проштудировать без пособий твои математические рукописи и был рад убедиться, что не нуждаюсь в книгах. Прими по этому поводу мои комплименты. Вещь ясна, как солнце, так что, право, диву даешься,


17
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 18 АВГУСТА 1881 г.

почему математики так упорно настаивают на том, чтобы окутывать ее тайной. Но это происходит из-за односторонности мышления этих господ. Решительно и без обиняков признать, что 0 = 0 dx dy это не укладывается у них в черепе. И однако ясно, что dx dy лишь тогда может быть чистым выражением происходящего с x и у процесса, если исчезли даже последние следы количеств x и y осталось лишь выражение происходящего процесса их изменения без всякого количества.

Тебе нечего опасаться, что в этом тебя опередил какой-нибудь математик. Этот способ дифференцирования в самом деле много проще, чем все остальные, так что я только что сам применил его, чтобы вывести формулу, в данный момент ускользнувшую у меня из памяти, и затем проверил ее обычным путем. Этот способ заслуживает величайшего внимания, в особенности потому, что он ясно показывает, что обычный метод, при котором пренебрегают dxdy и т. д., положительно неправилен. Особенно великолепно при этом то, что только когда 0 = 0 dx dy и только тогда, операция является математически абсолютно правильной.

Старик Гегель, таким образом, вполне правильно угадал, говоря, что дифференцирование в качестве основного условия требует, чтобы обе переменные имели различные степени и чтобы по меньшей мере одна из них была во второй или 1/2-й степени13. Теперь мы уже знаем, почему.

Когда мы говорим, что в формуле у = f(x) - x и y являются переменными, то это, пока мы не идем дальше, является утверждением, не имеющим никаких дальнейших последствий, а х и у все еще остаются, pro tempore*, фактически постоянными величинами. Только тогда, когда они действительно изменяются, то есть изменяются внутри функции, они становятся на деле переменными, и только тогда может проявиться скрытое еще в первоначальном уравнении отношение не двух величин как таковых, а их изменяемости. Первоначальная производная x y . . показывает это отношение, каким оно является в ходе действительного изменения, то есть в каждом данном изменении; конечная производная dx dy показывает это отношение в его всеобщности, в чистом виде, и поэтому мы можем от dx dy прийти


* - пока что. Ред.


18
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, АВГУСТА81 г.

к какому угодно x y . . , тогда как эта последняя формула всегда соответствует лишь отдельному случаю. Но чтобы от отдельного случая прийти к общему отношению, отдельный случай должен быть «снят» как таковой. Итак, после того, как функция проделала со всеми его последствиями процесс от x к x1, можно спокойно дать х1 превратиться опять в x; это уже не прежнее, лишь по названию переменное х, оно претерпело действительное изменение, и результат изменения остается, даже если мы снова его «снимем».

Наконец, здесь впервые становится ясным то, что многие математики давно уже утверждали, но в защиту чего они не могли привести рациональных доводов, а именно - что дифференциальное частное является первоначальным, а дифференциалы dx и dy - производны: самое выведение формулы требует того, чтобы оба так называемых иррациональных фактора составляли первоначально одну сторону уравнения, и только после того, как уравнение приведено к этой его первоначальной форме f (x) dx dy = , с ним можно что-нибудь делать, устраняется иррациональное и на его место ставится его рациональное выражение.

Эта штука так меня захватила, что я не только весь день думал о ней, но и во сне: в прошлую ночь мне приснилось, что я дал одному парню свои запонки для дифференцирования, а он с ними удрал.

Твой Ф. Э.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 11

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В БРИДЛИНГТОН КИ [Лондон], 18 августа 1881 г.

Дорогой Фред!

Ты теперь, наверно, получил мои несколько строк, которые я написал тебе позавчера из Аржантёя, и из них узнал, что я


19
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 18 АВГУСТА 1881 г.

приехал сюда без моей жены (а не с нею, как ты, естественно, предполагаешь в своем письме).

Получив известие о плохом состоянии Тусси, я решил выехать по возможности в тот же день; а моя жена должна выехать с Еленой* сегодня, и притом первым классом, сначала в Амьен и там переночевать; затем через день в Булонь и там отдохнуть по крайней мере один день, а если ей захочется, то и два или три дня; оттуда в Фолкстон и в зависимости от ее состояния затем прямо в Лондон или же с любым следующим поездом (и последнее казалось мне наилучшим). Мне, разумеется, было тяжело оставить ее, но настоящей поддержкой для нее является Елена, мое собственное присутствие не было абсолютно необходимым. К тому же мой отъезд вынуждает ее решиться, наконец, расстаться с Аржантёем, что в конце концов было необходимо ввиду увеличивавшейся слабости.

Итак, во вторник** я покинул Париж в 7.45 вечера с экспрессом через Кале и прибыл в Лондон около 6 утра.

Я сейчас же телеграфировал д-ру Донкину, который действительно явился уже к 11 часам утра и долго исследовал Тусси. У нее состояние крайней нервной подавленности; уже несколько недель она почти ничего не ест, ест меньше, чем д-р Таннер во время своего опыта14.

Донкин говорит, что налицо нет никакого органического заболевания, сердце здоровое, легкие здоровые и т. д.; причиной всего этого состояния является полное расстройство деятельности желудка, который отвык от пищи (дело ухудшается обильным потреблением чая; он немедленно совершенно запретил ей чай), и опасное переутомление нервной системы. Отсюда бессонница, невралгические судороги и т. д. Удивительно, что такой упадок сил не наступил еще раньше. Он сейчас же смело взялся за дело и - что очень важно для такой упрямицы - сказал ей: если она будет послушной пациенткой, то никакой опасности не будет; но если она будет продолжать упрямиться, то все пропало (в чем он действительно убежден).

К счастью, она обещала слушаться, а она держит слово, раз обещает. После, говорит Донкин, ей надо уехать, чтобы развлечься.

Я ускорил свой отъезд еще и потому, что знал, что Донкин после 17 августа хочет уехать на Гебридские острова, чтобы провести там свой отпуск. Ради Тусси он остается здесь до субботы и оставит затем заместителя для наблюдения за Тусси и моей женой.


* - Демут. Ред.

** - 16 августа. Ред.


20
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 18 АВГУСТА 1881 г.

Последнее собрание избирателей, где г-н Гамбетта в самом помещении собрания узнал то, о чем во время первого бельвильского собрания узнал лишь от толпы вне зала15, тоже состояло только из людей, которых пригласил его собственный комитет и которые оказались допущены только после двойной чистки, произведенной назначенными комитетом комиссарами. Тем серьезней скандал. Оба раза доминировал крик: Галиффе! Гамбетта, таким образом, получил урок, что в Париже приемы итальянского бесстыдства не так легко сходят с рук. Если бы Рошфор мог выступать публично и мог быть прямо выставлен как конкурирующий кандидат, то Гамбетта несомненно провалился бы. Рабочее население Бельвиля уменьшилось вследствие событий Коммуны приблизительно на 20000 человек, места которых большей частью заняли мелкие буржуа. При этом как оставшееся, так и новое население Бельвиля (обоих округов) является одним из наиболее отсталых; его идеалом, если он идет дальше Гамбетты, остается в лучшем случае Рошфор; оба были выбраны там депутатами в 1869 году.

Что касается состояния рабочей партии в Париже, то один человек, в этом отношении совершенно беспристрастный, а именно Лиссагаре, признался, что хотя она существует еще только в зародыше, но она лишь одна имеет какое-либо значение против буржуазных партий всех оттенков. Ее организация, хотя еще слабая и более или менее фиктивная, все же достаточно дисциплинирована, чтобы иметь возможность выставить во всех округах своих кандидатов, дать о себе знать на всех собраниях и причинять неприятность господам из официального мира. Я сам следил с этой точки зрения за парижскими газетами всех оттенков, и нет ни одной, которая не была бы раздражена против этого всеобщего бича - коллективистской рабочей партии16.

О последних расколах среди вождей рабочей партии лучше расскажу тебе потом устно.

Сердечный привет Пумпс и миссис Рендстон.

Твой Мавр Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого


21
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 19 АВГУСТА 1881 г.

12

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В БРИДЛИНГТОН КИ [Лондон], 19 августа 1881 г.

11 с половиной часов вечера Мама* и Елена** только что приехали через Фолкстон, они сделали остановку в Булони.

Я тебе не писал, что Лонге и маленький Гарри очень больны. Одни лишь несчастья в семье в данный момент.

Привет.

К. М.


* - Женни Маркс. Ред.

** - Демут. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с французского


22

1882 год 13

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН Вентнор, 5 января 1882 г.

1, St. Boniface Gardens Дорогой Фред!

Холод и дождь днем, шквальный ветер ночью - таков в общем характер погоды и климата, с которым мы сталкивались здесь вплоть до настоящего времени17. - Исключением явился лишь вчерашний день, когда ярко светило солнце и стояла сухая погода. - Судя по письмам, полученным Тусси, то же самое на всем южном побережье Англии; всюду разочарование довольно многочисленной выздоравливающей и пр. публики. Поживем - увидим.

Может быть, погода изменится к лучшему.

Я ношу теперь также (когда требуется) «намордник», другими словами - респиратор; это делает меня менее зависимым во время необходимых прогулок от случайностей погоды.

Кашель или катар бронхов все еще упорный и тягостный, но улучшение, пожалуй, в том, что по ночам на несколько часов удается задремать без применения искусственных средств, и это несмотря на рев ветра и близость моря; напротив, этот шум помогает заснуть.

Мой спутник - Тусси - сильно мучается от нервного тика, бессонницы и пр. Однако я надеюсь, что частые прогулки на чистом воздухе - поскольку ей каждый день приходится ходить за чем-нибудь в «город» - подействуют на нее благотворно.

Меня весьма позабавило сообщение Либеральной ассоциации - не знаю уж, Бирмингема или другого города18 - о том, что на праздновании какой-то годовщины выступят не только старый Брайт и знаменитый член приходского управления и знаток в области избирательных махинаций Чемберлен, но что его почтят своим присутствием также «сын»


23
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 8 ЯНВАРЯ 1882 г.

старого Обадийи*, г-н Джон** Брайт младший, и несколько «мисс» Кобден. Не сказано, одну ли из «мисс» Кобден или всех их отдадут молодому Обадийе, чтобы наиболее подобающим и надежным способом увековечить род Брайтов - Кобденов. Другую картину представляет собой трехтысячный митинг лендлордов в Дублине под предводительством Аберкорна19, единственная цель которых «сохранять в силе... контракты и свободу в отношениях между людьми в этом королевстве». Бешенство этих парней по поводу помощников комиссаров комично. Впрочем, они вполне правы в своей полемике против Гладстона; однако лишь его исключительные меры и его 50000 солдат20, не говоря уже о полиции, позволяют этим господам выступать против него с такой критикой и с такими угрозами. Весь шум должен, естественно, лишь подготовить Джона Буля к уплате «компенсационных издержек». Поделом ему.

Из прилагаемого письма Дицгена ты увидишь, что несчастный «развился» вспять и благополучно «добрался» до «Феноменологии»***. Считаю этот случай неизлечимым.

Я получил еще очень любезное соболезнующее письмо от Рейнхардта в Париже, который, между прочим, просит также кланяться тебе. Он всегда питал особенную симпатию к моей подруге жизни****.

Хотелось бы снова быть работоспособным; к сожалению, до этого еще далеко.

Сердечный привет от Тусси.

Твой Мавр


* Обадийя (Obadiah) -старое английское прозвище квакера (по имени легендарного древнееврейского пророка). Ред.

** В оригинале описка: Джейкоб. Ред.

*** Г. В. Ф. Гегель. «Феноменология духа». Ред.

**** - Женни Маркс. Ред.

***** - Маркса и Элеоноры Маркс. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 14

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ВЕНТНОР Лондон, 8 января 1882 г.

Дорогой Мавр!

Мы обрадовались, узнав, что ваше***** молчание ничем особенным не вызвано и что если даже при неблагоприятной погоде не приходится ждать серьезного улучшения твоего здоровья,


24
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 8 ЯНВАРЯ 1882 г.

то все же имеется то достижение, что почти полностью исчезла опасность рецидива, а это ведь была главная причина, почему тебя отправили в Вентнор.

Завтра кончаются здесь праздники, Шорлеммер отправляется назад в Манчестер, и снова начинается усердная работа; я рад этому, а то становилось уж чересчур. Во вторник у Ленхен, в пятницу у Пумпс, вчера у Лафаргов, сегодня у меня - и по утрам вечное пильзенское, - это не может вечно продолжаться. Ленхен была, и конечно, и теперь всегда бывает с нами, так что не очень чувствует свое одиночество.

Еще до получения этих строк ты, вероятно, насладишься великолепной прокламацией старого Вильгельма*, в которой он заявляет о своей солидарности с Бисмарком и утверждает, что все это - его свободное волеизъявление21. Недурное также место о существующей с незапамятных времен в Пруссии неприкосновенности личности короля. Особенно против дроби Нобилинга!22 Прекрасное утешение для Александра II и III, что их личность неприкосновенна! Когда читаешь подобную ерунду. кажется, впрочем, будто переживаешь пародию на времена Карла X.

В «Standard» опять помещена любопытная статья - письмо одного русского генерала об общем положении и нигилистах, совсем как писали и говорили прусские генералы в 1845 г. о демагогах23, либералах, евреях, скверных французских принципах и вечной всеобщей верности королю со стороны здорового народного ядра, что, разумеется, ни на один день не задержало революции. Ты читал, как земства бунтуют против Игнатьева, отчасти в форме петиций, отчасти в форме прямого отказа собираться24. Это весьма серьезный шаг, первый со стороны официальных корпораций при Александре III.

Вам, как и нам, желаю лучшей погоды. Вчера было очень хорошо при норд-весте, от которого вы защищены. Шорлеммер и я шатались весь день и около половины первого проводили еще Ленхен от Лауры домой, проделав весь путь пешком. Сегодня гнусный дождь, тем не менее мы с Сэмом Муром, который вернулся сюда третьего дня, прогулялись с часок, воспользовавшись временным улучшением. Сейчас на улице опять сильный ветер. Как, собственно, здоровье Тусси? Приветы ей и тебе от нас всех.

Твой Ф. Э.


* - Вильгельма I. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого


25
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 12 ЯНВАРЯ 1882 г.

15

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН Вентнор, 12 января 1882 г.

1, St. Boniface Gardens Дорогой Энгельс!

Я останусь здесь в виде опыта еще на неделю (с сегодняшнего дня началась третья); до сих пор нет ни малейшего изменения погоды к лучшему, скорее обратное. Тусси отправляется в понедельник в Лондон из-за одного театрального представления, в котором она принимает участие, затем снова вернется сюда.

Покидая Лондон, я вынужден был из данных мне тобой 40 ф. ст. истратить что-то около 20 на неотложные нужды. Здесь квартира стоит мне 2 гинеи в неделю, а с углем и газом, не считая других экстренных расходов, около 2 ф. ст. 15 шиллингов; прочие расходы в течение недели - около 4 гиней. Так высоко ценятся климатические достоинства этой дыры. Вместе с расходами на поездку я издержал около 17 ф. ст., и у меня остается еще 5. Этого не хватит на последнюю неделю (считая дополнительную поездку Тусси в Лондон и наш вероятный общий отъезд на будущей неделе). Поэтому буду благодарен, если к следующему понедельнику ты найдешь возможным прислать мне несколько фунтов стерлингов.

Что же касается дальнейших планов, то надо прежде всего освободить Тусси от роли моей спутницы (вообще я обойдусь без спутника, если снова поеду). Дитя находится в подавленном состоянии духа, которое совершенно подтачивает ее здоровье. Ни путешествия, ни перемена климата, ни врачи ничем в данном случае не помогут. Единственное, что можно сделать для нее, это уступить ее желанию и позволить ей закончить свои уроки театрального искусства у г-жи Юнг. Она сгорает от желания начать тем самым, как она надеется, самостоятельную активную артистическую карьеру, и если на это согласиться, то она, во всяком случае, права, что в ее возрасте нельзя больше терять времени. Я ни за что на свете не хотел бы, чтобы дитя вообразило, будто ее приносят в жертву на семейный алтарь, превратив в «сиделку» при старике. В самом деле, я убежден, что pro nunc* только г-жа Юнг может быть врачом для нее. Она скрытная: то, что я говорю, основано на наблюдении, а не на ее


* - в настоящий момент. Ред.


26
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 12 ЯНВАРЯ 1882 г.

собственных признаниях. Только что сказанное отнюдь не противоречит тому, что наиболее тревожные симптомы, которые особенно ужасны ночью, как рассказала мне мисс Мейтленд (она провела здесь два дня), носят характер истерии. Но и против этого нет пока другого средства, кроме деятельности, которая нравится ей и захватывает ее. У меня имеются некоторые соображения насчет ее «сердечных» дел, но это слишком деликатная тема, чтобы касаться ее в письме.

Я получил письмо от семьи Зорге, написанное стариком*, подписанное также г-жой Зорге и Зорге младшим**, в котором они предлагают мне начать новую жизнь, иначе говоря, поселиться у них в Нью-Йорке. Во всяком случае мысль не плохая!

В «Arbeiterstimme», где К. Шрамм обрушился на Карла Бюркли, ссылаясь на меня25, Бюркли теперь обрушивается на Шрамма, доказывая ему, что все его ссылки не имеют никакого отношения к делу, поскольку я нигде не говорю о том роде денег, который предлагает он, Бюркли, а именно о «приносящих проценты ипотечных банковых квитанциях». Правда, Бюркли удивляется, что я нигде не упоминаю поляка Августа Цешковского («О кредите и обращении», Париж, 1839), хотя «суровый Прудон» в «Системе экономических противоречий» много, но почтительно полемизирует с Цешковским («первооткрывателем» банковых квитанций Бюркли). Этот Цешковский - граф, как замечает швейцарский уроженец Бюркли, и в придачу «доктор философии»***, «гегельянец»*** и даже «земляк Маркса», а именно как «депутат от Познани» в «прусском» Национальном собрании, - так вот этот граф и т. д. однажды действительно посетил меня в Париже (во времена «Deutsch-Franzosische Jahrbucher ») и так меня извел, что я не захотел да и не смог прочесть абсолютно ничего из его мазни. Примечательно, что изобретатели «реальных» кредитных денег, призванных одновременно служить средством обращения, в противоположность тому, что они называют «персональными» кредитными деньгами (как современные банкноты), пытали счастье, но тщетно, уже во времена основания Английского банка в интересах и по поручению земельной аристократии. Во всяком случае, Бюркли сильно ошибается относительно «исторической» даты рождения вновь им самостоятельно открытой «идеи» Цешковского!


* - Фридрихом Адольфом Зорге. Ред.

** - Адольфом Зорге. Ред.

*** В этом месте рукопись повреждена. Ред.


27
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 13 ЯНВАРЯ 1882 г.

Что меня поразило в первый момент в бисмарковском манифесте Вильгельма*, так это смешение прусского короля с германским императором! В качестве последнего этот молодец не имеет ведь даже никакого исторического прошлого, никаких гогенцоллернских традиций (в первом ряду которых теперь красуется путешествие - конституционно-познавательное путешествие «принца Прусского» в Англию!26). То, что Бисмарк - хотя и нелепым образом - пошел с этой карты, прелестно после тошнотворных, преисполненных верноподданнической любви заверений Моммзенов, Рихтеров, Хенелей27 и tutti quanti**. Надо надеяться, мы еще кое до чего доживем.

Твой К. М.


* См. настоящий том, стр. 24. Ред.

** - им подобных. Ред.

*** См. настоящий том, стр. 26. Ред.

**** По-видимому, имеется в виду книга А. Цешковского «Пролегомены к историософии». Ред.

***** - «Deutsche Jahrbucher fur Wissenschaft und Kunst» и «Hallsche Jahrbucher fur deutsche Wissenschaft und Kunst». Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 16

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ВЕНТНОР Лондон, 13 января 1882 г.

Дорогой Мавр!

Прежде всего прилагаю 20 ф. ст. в четырех банковых билетах по 5 фунтов: G/K 53969. 70.

71. 72. London, 7 октября 1881 года. Кроме того, я дал 10 ф. ст. Ленхен, чтобы она смогла уплатить налоги и чтобы у нее осталось немного денег на руках. Наконец, на следующей неделе я буду иметь более крупные суммы наличными, и тогда мы сможем при твоем возвращении составить дальнейшие планы.

Очень рад, что ты чувствуешь себя достаточно сильным, чтобы быть в состоянии в дальнейшем путешествовать одному.

Полемику Шрамма с Бюркли*** я частично пробежал и очень смеялся над ней. Цешковский еще до 1842 г. написал натурфилософскую ботаническую книгу**** и, если я не ошибаюсь, сотрудничал также в «Deutsche» или уже в «Hallische Jahrbucher»*****.


28
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 13 ЯНВАРЯ 1882 г.

Наши парижские друзья пожали теперь то, что они посеяли. Сбылось буквально все, что мы оба им предсказывали. Своим нетерпением они испортили себе превосходное положение, которое можно было использовать, как раз только проявив сдержанность и умение выжидать. Они, как школьники (с Лафаргом во главе), попали в ловушку, поставленную им Малоном и Бруссом, - которые совсем на манер старого Альянса28 клевещут лишь намеками, никогда не называя публично имен и раскрывая эти намеки по секрету устно, - попали в нее, ответив открытым нападением с указанием имен, и теперь будут опорочены как нарушители мира. К тому же и полемика их наивна; это сразу обнаруживается, как только читаешь ответ противника. Гед, например, опускает существенные, важные места у Жофрена, потому что они ему неприятны, и замалчивает тот факт, что, несмотря на его оппозицию, Национальный комитет29 постановил, что программа Жофрена радикальнее, чем программа-минимум30.

Жофрен, следовательно, имел полномочия партии. На что Жофрен, естественно, с триумфом указывает Геду31. Лафарг же составляет свои статьи так, что Малон имеет возможность ответить ему: мы ничего другого не утверждали, как то, что борьба граждан средневековых коммун против феодального дворянства являлась классовой борьбой, - и вы это оспариваете, г-н Лафарг? А теперь приходят из Парижа одно за другим жалостные письма о том, что они безнадежно побиты и что их еще и физически побьют на ближайшем заседании Национального комитета; отчаяние Геда так же велико, как велика была месяц тому назад его самоуверенность, и он не видит другого спасения для меньшинства, кроме раскола. И теперь, когда они с изумлением замечают, что им приходится расхлебывать то, что они заварили, теперь они приходят к похвальному решению оставить все личные счеты в стороне!

Посылаю тебе один старый, но содержащий очень интересную статью о России номер «Kolnische Zeitung»32.

Впрочем, изготовленная Малоном и Бруссом и подписанная Жофреном полемическая статья в «Proletaire» (против Геда) является прекрасным образцом бакунистской полемики и выдержана всецело в стиле Сонвильерского циркуляра33, только грубее.

Итак, издан указ о понижении выкупных* платежей34. Много же будут значить несколько процентиков при колоссальных недоимках*! Но для русской казны имеет значение каждый недополученный миллион.


* В оригинале русское слово, написанное латинскими буквами. Ред.


29
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 15 ЯНВАРЯ 1882 г.

Бисмарку, однако, везет больше, чем можно было ожидать: рейхстаг большинством в две трети голосов покрывает его паломничество в Каноссу!35 Но это и все, на чем может объединиться нынешний рейхстаг. Великолепное большинство: феодалы, ультрамонтаны, партикуляристы, поляки, датчане, эльзасцы, несколько прогрессистов36, горе-демократы и социалисты!

Ad vocem* паломничества: сегодня утром встретился мне Фёрнивелл в синем, туго подпоясанном демисезонном пальто и широкополой шляпе, - он выглядел точь-в-точь как паломник на пути в святую землю в поисках бороды святого Антония.

Наилучшие приветы Тусси.

Твой Ф. Э.


* - По поводу. Ред.

** См. настоящий том, стр. 28. Ред.

*** - «Egalite» и «Citoyen». Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса. 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 17

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН [Вентнор], 15 января 1882 г.

Дорогой Фред!

Большое спасибо за 20 фунтов стерлингов.

Я решил уехать уже завтра, так как погода все более «охлаждается», что действует отнюдь не благотворно на опухшую щеку. Я теряю, таким образом, лишь два дня, а благодаря этому станет излишним приезд сюда и обратный отъезд Тусси.

Наши люди, несмотря на все предостережения, основательно влопались в Париже** (поделом Лафаргу и Геду); однако поскольку они имеют в своих руках две газеты***, они могут все же при известной ловкости удержать за собой поле сражения.

Большой победой не только непосредственно в Германии, но и в отношении заграницы вообще я считаю признание Бисмарка в рейхстаге, что немецкие рабочие «наплевали»-таки


30
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 15 ЯНВАРЯ 1882 г.

на его государственный социализм37. Паршивая лондонская буржуазная пресса постоянно старалась доказать противоположное.

Я получил в высшей степени любезное письмо от старого Франкеля из «государственной тюрьмы», а также письмо от Врублевского, написанное, очевидно, по поручению его польской партии в Женеве38; однако в своем усердии он забыл подписаться не только от ее, но и от своего имени.

Если Жофрен, как рассказывается в полемической статье в «Proletaire»39, демонстративно выступил в свое время в защиту Геда в Лондоне против тамошнего «Интернационала», то во всяком случае эта демонстрация была так платонична, что никто ничего не знал о ней, кроме самого Жофрена и разве что его ближайших товарищей, следовательно, она была осуществлена совершенно «приватно».

Привет.

Твой Мавр Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 18

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН Марсель, 17 февраля 1882 г.

Hotel au petit Louvre, Rue de Cannebiere Дорогой Фред!

Тусси, наверно, послала тебе вчера несколько строк. Первоначально я хотел покинуть Париж лишь в будущий понедельник, но поскольку состояние моего здоровья отнюдь не улучшалось, я принял решение немедля поехать в Марсель, а оттуда сразу же, в субботу, отплыть в Алжир40.

В Париже, в сопровождении моего Джонни, я посетил лишь одного смертного, а именно Меса. (В результате он - Меса - заставил меня много болтать, и, кроме того, я несколько поздно, около 7 часов вечера, вернулся в Аржантёй. Всю ночь провел без сна.) Я старался убедить Меса, чтобы друзья, в особенности Гед, соблаговолили отложить свидание до моего возвращения


31
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 17 ФЕВРАЛЯ 1882 г.

из Алжира. Но все напрасно. В самом деле, как раз теперь на Геда так сильно нападают со всех сторон, что для него было важно иметь «официальную» встречу со мной. На такую уступку надо было все же пойти в интересах партии. Я назначил им поэтому свидание, на которое Гед и Девиль с Меса прибыли приблизительно после пяти часов пополудни в «Hotel de Lyon et de Mulhouse», 8 Boulevard Beaumarchais. Я их принял сначала внизу, в зале ресторана, где находились Тусси и Женничка, проводившие меня туда из Аржантёя (в среду после обеда). Гед был немного смущен присутствием Женнички, ибо он только что написал едкую статью против Лонге, хотя она (Женничка) не обратила никакого внимания на этот инцидент. Как только наши дамы удалились, я повел их сперва в мою комнату, где мы болтали около часа, затем вниз в ресторан (Меса, однако, воспользовался этим моментом, чтобы улизнуть), где они еще успели опустошить со мной бутылку бона. В семь часов они «улетучились». Ко всему прочему, хотя я уже в 9 часов вечера был в постели, до часу не прекращался дьявольский шум экипажей; в это время (приблизительно в час) у меня была рвота: я опять слишком много болтал.

Пока не проехали Лион, путешествие в Марсель проходило благополучно и при хорошей погоде. Первая задержка на 11/2 часа в Шассе из-за порчи локомотива; опять та же беда с машиной в Валансе, хотя на этот раз задержка была не столь продолжительной. Тем временем стало очень холодно и подул злой, резкий ветер. Вместо того чтобы прибыть [в Марсель] незадолго до полуночи, мы приехали лишь после 2 часов, ранним утром; несмотря на всякого рода одеяния, я все-таки несколько продрог и находил средство против этого только в «алкоголе», то и дело прибегая к нему. Последнее неприятное испытание было в последнюю четверть часа (или больше) на марсельском вокзале: со всех сторон открыто, холодный ветер, весьма длительная процедура с получением багажа.

Сегодня в Марселе солнечно, но ветер сам по себе еще не теплый. Д-р Дурлен посоветовал мне остановиться в вышеназванной гостинице, откуда я завтра (в субботу) в 5 часов дня отправляюсь в Алжир. Бюро «Пароходной конторы французских почтовых линий» помещается тут же, в той самой гостинице, где я поселился, так что я сейчас же купил здесь билет (за 80 франков в первом классе) на пароход «Саид»; багаж сдается здесь же, в гостинице; таким образом, все в высшей степени удобно.

Кстати. Я поймал здесь номер «Proletaire» («L'Egalite» тут тоже продается). Лафарг, как мне кажется, все увеличивает


32
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 17 ФЕВРАЛЯ 1882 г.

количество новых ненужных инцидентов, да и детали, быть может, далеки от истины. Что касается его характеристики Фурье как «коммуниста», то теперь, когда они* высмеивают его за это, ему приходится объяснять, в каком смысле он имел право называть Фурье «коммунистом». От подобных «смелых утверждений» можно отмахиваться, их можно «растолковывать» или «истолковывать»**; хуже всего то, что вообще приходится выпутываться из таких мелочей. Я нахожу, что он слишком много пророчествует.

Сердечный привет Лауре; я напишу ей из Алжира. В качестве покровителя достаточно одного человека. Лонге написал длинное письмо своему другу Ферме, который сумел подняться из положения бывшего ссыльного в Алжире (при Наполеоне III) до звания судьи по апелляционным делам в Алжире. О паспорте и тому подобном нет и речи. На билете пассажиров не вписывается ничего, кроме имени и фамилии.

Приветы также Ленхен и другим друзьям.

Прощай!

Старый Мавр


* - то есть редакция «Proletaire». Ред.

** Игра слов, основанная на созвучии глаголов: «weglegen» - «откладывать в сторону», «отмахнуться», «auslegen» - «растолковывать», «unterlegen» - «истолковывать». Ред.

*** Письмо написано на почтовой открытке без подписи. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 19

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН***

Алжир, 21 февраля 1882 г.

Hotel d'Orient Дорогой Фред!

Марсель я покинул в субботу, 18 февраля, в 5 часов пополудни на «Саиде», отличном пароходе; переезд совершился быстро, так что уже в 31/2 часа утра в понедельник (20 февраля) я прибыл в Алжир40. Однако во время поездки по морю было


33
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 1 МАРТА 1882 г.

холодно, и, несмотря на весь комфорт судна, я провел две бессонных ночи из-за дьявольского шума машины, ветра и пр., беспокоивших меня в каюте.

Здесь мне опять уготовано mutatis mutandis* то же самое quid pro quo**, что и на острове Уайт!17 А именно, на этот раз сезон в Алжире против обыкновения холодный и сырой, тогда как Ницца и Ментона, напротив, переманивают теперь у Алжира большую часть посетителей! Во всяком случае, у меня было некоторое предубеждение, и я несколько раз намекал на то, чтобы сперва начать с Ривьеры. По-видимому, такова уж судьба! Бравый судья*** принял меня вчера самым приветливым образом; письмом Лонге он был предупрежден за день до моего прибытия; посетит меня сегодня, чтобы обсудить дальнейшие планы. Тогда напишу подробнее. Всем сердечные приветы. Письма во Францию и Англию идут не каждый день.

Пиши мне на мое имя, добавив: через г-на Ферме, судью гражданского суда, № 37, Route Mustapha Superieur, Алжир. [Надпись Маркса на оборотной стороне открытки]

Фр. Энгельсу, эсквайру, 122, Regent's Park Road, Londres, N. W., Angleterre.


* - с соответствующими изменениями. Ред.

** - смешение понятий, одно вместо другого. Ред.

*** - Ферме. Ред.

**** См. настоящий том, стр. 32-33. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 20

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН Алжир, 1 марта 1882 г.

Hotel «Pension Victoria», Mustapha Superieur, Boulevard Bon Acceuil (Теперь можно адресовать письма прямо мне по вышеозначенному адресу)

Дорогой Фред!

Посланная тебе телеграмма должна была опередить открытку****, ибо последняя могла вызвать ненужную тревогу. Факт тот, что благодаря нагромождению ряда мелких


34
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 1 МАРТА 1882 г.

неблагоприятных обстоятельств (включая поездку по морю) я, гонимый своим corpus delicti*, высадился в Алжире 20 февраля промерзшим до самых костей.

Декабрь в Алжире был отвратительным, в январе - благоприятная погода, февраль холодный, а также сравнительно дождливый. Я еще захватил три дня - 20, 21, 22 февраля - самые холодные в этом последнем из упомянутых месяцев. У меня бессонница, нет аппетита, сильный кашель, некоторая растерянность не без приступов временами prorunda melancolia**, подобно великому Дон-Кихоту. Итак, ехать сейчас же назад в Европу, не добившись результатов, напрасно израсходовав деньги, притом с перспективой снова провести две ночи в одной из кают, где голову терзает ужасный шум машины? Или же наверняка избавиться от quid pro quo***, немедленно уехав в Бискру, совсем близко от пустыни Сахары? Учитывая, однако, соответствующие средства сообщения или передвижения, требующие семивосьмидневного нового путешествия, это тяжело, да и по отзывам людей, знакомых с местными условиями, для человека, являющегося pro nunc**** инвалидом, - отнюдь не безопасно ввиду возможных случайностей по дороге в Бискру!

Так как термометр после полудня 22 февраля и без того предсказывал мне благоприятную погоду и еще в день моего приезда я вместе с добрым судьей Ферме подыскал гостиницу «Пансион Виктория», я покинул «Большую восточную гостиницу» (в которой ночевал также противный философствующий радикал Аштон Дилк; между прочим, в «Petit Colon» и других мелких газетах Алжира каждый англичанин - лорд, даже Брэдло фигурирует здесь как лорд Брэдло) и, взяв багаж, отправился на один из холмов вне укреплений, к востоку от города.

Расположение здесь великолепное: перед моей комнатой - бухта Средиземного моря, алжирская гавань, виллы, амфитеатром поднимающиеся по холмам (у подножия холмов - лощины, выше - другие холмы); вдали - горы; отчетливо видны, между прочим, снежные вершины за Матифу - в горах Кабилии - самые высокие вершины Джурджура. (Все холмы, о которых говорилось выше, состоят из известняка.) - Нет ничего более волшебного, чем эта панорама, воздух, растительность в 8 часов утра - удивительная смесь Европы и Африки. Каждое утро, приблизительно с 10 или с 9 до 11, я прогули-


* - буквально: составом преступления; здесь в смысле: заболеванием. Ред.

** - глубокой меланхолии. Ред.

*** - смешения понятий, одного вместо другого. Ред.

**** - в настоящий момент. Ред.


35
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 1 МАРТА 1882 г.

ваюсь по лощинам и холмам, расположенным выше того, на котором я живу.

Несмотря на это, все время глотаешь пыль. Сперва, только с 23 по 26 февраля, произошла действительно великолепная перемена погоды (и все же я настолько промерз, что и в эти дни моя одежда лишь тем отличается от моей одежды на острове Уайт17 и в городе Алжире, что на вилле я заменил носорожье пальто моим легким пальто, все остальное до сих пор осталось без изменений), но затем началась (и продлится теперь, начиная с 27 февраля, пожалуй, дней 9) так называемая tempete*, то есть буйный ветер без грома и молний, опасная и предательская погода, которой очень боятся даже местные уроженцы. Таким образом, до сих пор, в сущности, было только три настоящих хороших дня.

Между тем мой кашель с каждым днем становится все хуже, ужасно сильное выделение мокроты, мало сна, а главное, определенно скверное ощущение, будто мой левый бок раз и навсегда омертвел, и у меня в высшей степени подавленное состояние духа. Поэтому я пригласил д-ра Стефана (лучшего алжирского доктора). Имел две встречи с ним, вчера и сегодня. Что делать? Сейчас иду в Алжир заказать прописанные им лекарства; после того как он очень серьезно меня обследовал, он прописал: 1) кантаридальный коллодий** для «татуировки» с помощью кисточки; 2) мышьяковистый натр, растворенный в определенном количестве воды; одна столовая ложка его при каждом приеме пищи; 3) в случае надобности, особенно ночью при кашле, столовая ложка микстуры кодеина с камедистым успокоительным напитком. Через неделю он снова посетит меня; предписанные мне физические упражнения - проделывать, но строго ограничивать; никакой серьезной умственной работы, за исключением чтения, для того чтобы развлечься. Таким образом, на деле возвращение мое в Лондон нисколько не приблизилось (скорее несколько откладывается)! Отсюда вытекает, что никогда не следует тешить себя слишком радужными надеждами!

Пора кончать, ибо надо идти в Алжир в аптеку. Между прочим, ты знаешь, что мне более чем кому-либо чужд демонстративный пафос; однако было бы ложью не признаться, что мои мысли большей частью поглощены воспоминаниями о моей жене***, которая неотделима от всего того, что было самого


* - буря, шторм. Ред.

** - нарывной пластырь, мушки. Ред.

*** - Женни Маркс. Ред.


36
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 1 МАРТА 1882 г.

светлого в моей жизни. Скажи моим дочерям* в Лондоне, чтобы они написали Олд Нику**, вместо того чтобы ждать, пока он напишет первый.

Как подвигается у Пумпс важное дело с сотворением человека? Передай ей сердечный привет от меня.

Передай мой привет Елене***; также Муру, Шорлеммеру.

Ну, милый, старый дружище, остаюсь Твой Мавр Кстати. Д-р Стефан, подобно моему дорогому д-ру Донкину, не забывает... коньяка!


* - Лауре Лафарг и Элеоноре Маркс. Ред.

** - Домовому (шутливое семейное прозвище К. Маркса). Ред.

*** - Демут. Ред.

**** Письмо написано на почтовой открытке. Ред.

***** - псевдоним Ольги Алексеевны Новиковой. Ред.

****** - шутливое прозвище Лауры по имени модного портного, персонажа старинного романа. Ред.

******* - Буря. Ред.

Впервые опубликовано с сокращением в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого и английского 21

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН****

Алжир, 3 марта 1882 г.

Дорогой Фред!

Вчера получил твое письмо, датированное 25 февраля, вместе с вырезками из «Daily News» (О. Н.***** трагикомическая английская государственно-сердечная тайна). Надеюсь, что Тусси наконец перестанет легкомысленно относиться к своему здоровью и что мой Какаду******, сиречь Лаурочка, по-прежнему цветет, поскольку много занимается физическими упражнениями. Из Парижа я еще не получил никакого ответа. Tempete******* - таково здесь сакраментальное выражение - продолжается с 26 февраля, хотя все время с разными вариантами.

2 марта для меня, как и для всех сожителей, общий домашний арест на весь день; с раннего утра ливень с небес лондон-


37
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 23 МАРТА 1882 г.

ского цвета - серее серого; но на этот раз впервые порывы ветра временами сопровождаются громом и молнией; в 4 часа дня опять лазурно-голубое небо, позднее - чудесный лунный вечер. Целый день непрестанные изменения температуры, то она падает, то подымается.

Между тем я вновь начал наравне с другим лечением «татуировку»; немедленно в следующую же ночь наступило заметное улучшение. - Сегодня утром, 3 марта, начал день с «татуировки»; ветер меня не испугал, прогулку на целительном морском воздухе с девяти почти до четверти одиннадцатого нашел в высшей степени восхитительной; вернулся как раз перед возобновлением ураганного ветра. Через несколько минут меня позовут к завтраку, использую решающий момент, чтобы успеть послать тебе эти несколько строк.

Твой Мавр [Надпись Маркса на оборотной стороне открытки]

Фр. Энгельсу, 122, Regent's Park Road, London, N. W., Angleterre.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 22

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН* [Алжир], четверг, 23 марта [1882 г.]

Дорогой Фред!

Мой ассистент** только что - после завтрака - вскрыл мне и т. д. многочисленные и сильно вздувшиеся водяные пузыри на груди, вызванные вчерашним втиранием; после этого надо проваляться еще один-два часа в постели; здесь я и нацарапал эти несколько строк на открытке, так как время не терпит; дело в том, что посыльный в виде исключения рано уходит из гостиницы в Алжир, чтобы сдать там на почту письма и пр. (По понедельникам и средам во Францию почта не отходит.)


* Письмо написано на почтовой открытке. Ред.

** - д-р Кастелаз. Ред.


38
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 23 МАРТА 1882 г.

Со вторника (21 марта) с обязательными перерывами днем и ночью - снова сильная буря, гром и изредка молния, ливень по вечерам, особенно ночью, а сегодня и утром. При приближении бури во вторник днем, возвещенной сильно потемневшим, грозным небом мрачно черного цвета, меня прежде всего поразило, что в этой буре играет роль подлинно африканский сирокко.

Вчера здесь был д-р Стефан; результат осмотра удовлетворительный: улучшение; грешит еще одно место на самой нижней части груди и соответственное место на спине. На следующей неделе (то есть приблизительно в среду или четверг на следующей неделе) мой ассистент не должен делать втираний в этих местах; Стефан оставляет это, следовательно, специально для себя.

Приветы всем.

Твой Мавр [Надпись Маркса на оборотной стороне открытки] [Фр. Энгельсу, 122, Regent's Park Road, London. N. W., Angleterre.]

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 23

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН [Алжир], 28-31 марта 1882 г.

Дорогой Фред!

28 марта. Сегодня неприятная дождливая погода с самого раннего утра, - так закончил я коротенькое послание к Тусси. Однако после того как оно уже было отправлено, поднялась буря, на этот раз впервые основательно разыгравшаяся: не только вой ветра, ливень, гром, но в придачу и молния за молнией. Это продолжалось до глубокой ночи; как обычно, одновременно - резкое падение температуры. Интересна игра красок на волнах в красивой бухте, образующей почти правильный отрезок эллипса: белоснежный прибой, окаймленный морской водой, превратившейся из голубой в зеленую.


39
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 28-31 МАРТА 1882 г.

29 марта (среда). Неприятный упорный дождь, не менее неприятное завывание налетающего порывами ветра, холод и сырость.

Сегодня незадолго до завтрака (обычно его подают в одиннадцать с четвертью или же в половине двенадцатого) пришел д-р Стефан со специальной целью «посвятить себя» «татуировке» обнаруженных им самых нижних мест на спине и груди, «атаку» на которые он оставил за собой. Сперва, как и при каждом визите, тщательное освидетельствование; в большей части левой стороны значительное улучшение; в самых нижних местах, о которых я упоминал, слышен пока еще глухой шум вместо гельмгольцевских музыкальных тонов, эти места могут быть лишь постепенно снова приведены в порядок (и плохая погода препятствует более быстрому улучшению). Стефан заявил мне сегодня впервые, - очевидно потому, что считает меня достаточно оправившимся, чтобы говорить со мной без стеснения, - что рецидив болезни я привез с собой уже при приезде в Алжир, и притом в серьезнейшей форме.

Только мушками можно предупредить эксудат. Дело обернулось, мол, лучше, чем он мог предполагать. Однако в течение целого ряда лет я должен буду соблюдать очень большую осторожность. Он даст мне с собой - при отъезде из Алжира - письменную консультацию, в частности, для моего лондонского врача*. Людям моего возраста ни в коем случае нельзяде допускать частых повторений эксперимента с рецидивом этой болезни. Через несколько часов после завтрака вся разрисовка на моей коже стала ужасно чувствительной, у меня возникло такое ощущение, будто кожа стала слишком узка, и хотелось выскочить из нее; вся ночь напролет мучительная; чесаться мне было абсолютно запрещено.

30 марта. В 8 часов утра у моей постели появляется мой доктор-ассистент, мой помощник**. Оказалось, что вследствие непроизвольных движений лопнули все волдыри; за ночь произошло настоящее наводнение, промокли простыня, фланель, рубашка. Таким образом, «татуировка» оказала на «атакованные» места надлежащее действие. Мой любезный ассистент немедленно перевязал меня, с тем чтобы не только устранить трение о фланель, но и обеспечить в дальнейшем наиболее удобное впитывание воды. Сегодня (31 марта) утром г-н Кастелаз нашел, что выделение воды наконец завершается и подсыхание почти закончилось. В таком случае я, вероятно, смогу в течение


* - Донкина. Ред.

** - Кастелаз. Ред.


40
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 28-31 МАРТА 1882 г.

недели (начавшейся с 29 марта) предпринять вторую «татуировку». Тем лучше.

30 марта (вчера). К 12 часам дня погода стала теплой и приятной, поэтому я совершил прогулку по галерее; позднее немного поспал, в возмещение за тревожную ночь, что проделаю и сегодня, ибо как раз ночью из-за строгого запрещения чесать больные места не удается заснуть, если даже, как в ночь с 30 на 31-е, нет никаких болей.

Погода сегодня (31 марта) сомнительная; во всяком случае, дождя еще нет; может быть, как вчера, будет сравнительно «хорошо» около полудня; время это приближается.

Больше к бюллетеню о моем здоровье прибавить нечего; в общем все удовлетворительно.

Сегодня получил письмо от Туссиньки.

Кстати, недавно она послала мне прилагаемое при сем письмо; не могу разобрать подпись; тебе это удастся. Во всяком случае, странное явление: кведлинбургский адвокат с собственным мировоззрением! Одно мне неясно: послал ли этот человек предназначенный для меня экземпляр своей «книги» на Maitland Park* или же он сперва желает получить мой точный адрес, чтобы его книга наверняка дошла? В первом случае Тусси должна сообщить ему о получении его книги, во втором - послать ему мой «надежный» адрес.

Дорогой мой, тебе, как и другим членам семьи, бросятся в глаза ошибки в моей орфографии, в построении фраз, неправильная грамматика; при моей еще очень сильной рассеянности я всегда замечаю их только post festum**. Это показывает вам, что у меня еще многого не хватает для sana mens in sano corpore***. Мало-помалу починка, вероятно, скажется.

Только что позвонили к завтраку, и потому это письмецо должно быть готово для курьера в Алжир.

Итак, привет всем.

Твой Мавр


* - то есть по лондонскому адресу Маркса. Ред.

** - буквально: после праздника; здесь в смысле: после, задним числом. Ред.

*** - здорового духа в здоровом теле. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса. 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого


41
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 4 АПРЕЛЯ 1882 г.

24

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН* [Алжир], вторник, 4 апреля 1882 г.

Дорогой Фред!

Получил твою открытку; пришло также письмо Лаурочки от 29 марта.

Сердечно поздравляю Пумпс.

В общем, дело у меня подвигается хорошо; однако погода подшутила надо мной.

31 марта, в пятницу, днем - за несколько часов до этого я отослал тебе свое письмо** - визит Ферме; он, между прочим, сообщил мне доверенную ему одним алжирским метеорологом тайну: на следующей неделе сперва в течение трех дней будет свирепствовать сирокко, затем наступят три-четыре дождливых дня, но наконец придет во всей красе настоящая весна. А кто этому не верит, тот ошибается.

Между тем в субботу (1 апреля), как и в понедельник (3 апреля), тепло (немного «слишком»*** душно), но ветер (это еще не сирокко), поднявший столб пыли, приковал меня к моей галерее; напротив, 2 апреля (воскресенье) такое прекрасное утро, что оно соблазнило меня совершить двухчасовую прогулку.

В минувшую ночь завывание ветра; сегодня, около 5 часов утра - дождь, с 8-ми сухая погода, небо облачное, не прекращающиеся порывы ветра. Вчера вечером чудесная картина - освещенная луной бухта. Я все еще не могу налюбоваться видом моря с моей галереи.

Сердечно кланяйся Джоллимейеру****, а также и другим.

Твой Мавр [Надпись Маркса на оборотной стороне открытки]

Фр. Энгельсу, 122, Regent's Park Road, London, N. W., (Angleterre).


* Письмо написано на почтовой открытке. Ред.

** См. настоящий том, стр. 38-40. Ред.

*** В оригинале диалект: «sehre». Ред.

**** Джоллимейер (Jollymeier) - шутливое прозвище Шорлеммера от английского слова «jolly» - «веселый», «подвыпивший» и немецкого слова «Meier» - «фермер». Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого


42
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 8 АПРЕЛЯ 1882 г.

25

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН [Алжир], 8 апреля* (суббота) 1882 г.

Дорогой Фред!

Вчера в 4 часа дня - осмотр д-ром Стефаном. Он был вполне удовлетворен, несмотря на то что переменчивость погоды то и дело вызывает новые простуды; нашел, что эксудат в нижней части (на левой стороне груди) почти совсем исчез; одно место на спине (слева внизу) еще не поддается лечению. Вчера он специально разделался с этим местом посредством «татуировки» кожи кантаридальным коллодием, в результате чего весьма сильные боли. Благодаря этому «размалевыванию» бессонная ночь (с 7 на 8 апреля*), но зато сегодня утром исключительно эффективное удаление воды из образовавшихся волдырей. Поэтому не сомневаюсь, что и данный камень преткновения теперь очень скоро поддастся. Моему докторуассистенту, г-ну Кастелазу, пришлось повозиться полчаса с моими зелеными арбузоподобными волдырями; затем я должен был пролежать в постели до завтрака в половине двенадцатого; дело в том, что после перевязки продолжается выделение по каплям оставшейся жидкости; удобнее всего при этом лежать.

Стефан нашел, что кашель, напротив, вследствие неприятной погоды несколько усилился (однако лишь относительно, так как перед тем он почти исчез); в течение четырех дней на этой неделе я смог воспользоваться утренними часами для прогулок; со вчерашнего полудня не перестает лить дождь; в течение ночи и сегодняшнего дня дождь принял «характер ливня»; была сделана слабая попытка протопить сегодня столовую, но здешние камины, кажется, существуют в действительности не для этой цели, а только напоказ.

После завтрака, в два часа дня, собрался было поспать, дабы несколько вознаградить себя за последнюю ночь, но, черт возьми, на этой и следующей неделе судебные каникулы. В результате мой план оказался нарушенным, впрочем, весьма любезным судьей Ферме, который оставил меня лишь около 5 часов пополудни, незадолго до ужина. Кстати, Ферме рассказал мне, между прочим, что в течение времени пока он работает мировым судьей, применяется (и это как «общее правило») особая форма пытки для вынуждения от арабов признаний; разумеется,


* В оригинале описка: «марта». Ред.

Карл Маркс (1882 г.)


43
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 8 АПРЕЛЯ 1882 г.

делает это «полиция» (как и у англичан в Индии); предполагается, что судья ничего не знает обо всем этом. С другой стороны, как он рассказывает, если, например, какой-нибудь шайкой арабов совершено убийство, большей частью в целях грабежа, и со временем действительные преступники опознаны, пойманы, осуждены и казнены, то такое искупление является недостаточным для потерпевшей семьи колонистов. В придачу она требует немного «поотрубать головы»* по меньшей мере у полдюжины неповинных арабов. Здесь, однако, оказывают сопротивление французские судьи, и именно апелляционные суды, в то время как коегде отдельно действующему, изолированному судье колонисты в некоторых случаях угрожают смертью, если он на время (дальше не простирается его власть) не засадит в тюрьму дюжину ни в чем не повинных арабов по подозрению в убийстве, покушении на грабеж и пр. и не даст привлечь их к судебной ответственности. Однако мы знаем, что там, где поселяется или же только временно находится по делам среди «низшей расы» европейский колонист, он обыкновенно считает себя более неприкосновенным, чем красавец Вильгельм I**. И все же британцы и голландцы превосходят французов в бессовестном высокомерии, спесивости и жестоком служении Молоху по отношению к «низшим расам».

В то время как семейная миссия Пумпс является многообещающей, политическую миссию Гайндмана, наоборот, надо считать сомнительной. То, что твое письмецо*** досадило ему, это парню поделом, тем более что его нахальство по отношению ко мне было целиком рассчитано на то, что сам я не стану публично компрометировать его из «соображений пропаганды»41. Он действительно знал это.

Герой канкана Боденштедт и представитель дурно пахнущей эстетики Фридрих Фишер являются Горацием и Вергилием Вильгельма I42.

Кстати. Статья о Скобелеве в «Kolnische Zeitung», которую ты мне прислал, в высшей степени интересна.

Сегодня (в субботу) эта записка не может быть отправлена, так как в понедельник, среду и субботу вообще нет «рейсовых пароходов» на Марсель; зато по воскресеньям пароход в виде исключения отправляется из Алжира в час дня, и письма поэтому должны быть сданы на почту уже к 11 часам утра (в воскресенье). Гостиница «Виктория» в Алжире посылает по


* В оригинале здесь диалект: «ein bische zu «keppe»». Ред.

** См. настоящий том, стр. 24. Ред.

*** См. настоящий том, стр. 248. Ред.


44
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 8 АПРЕЛЯ 1882 г.

воскресеньям курьера с письмами уже рано утром. В остальные дни - к отправке парохода из Алжира в Марсель, они отправляются в 51/2 часов пополудни.

Но я хотел бы, чтобы эти строки ушли уже завтра, ибо последнее освидетельствование дра Стефана оказалось особенно благоприятным.

Сердечные приветы всем.

Твой Мавр Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 26

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН [Алжир], вторник, 18 апреля 1882 г.

Дорогой Фред!

Получил вчера твое письмо и письмо Тусси вместе с «царственной»* посылкой.

В своем последнем письме Лаурочке** я предсказывал наступление «двух прекраснейших дней»; но письмо еще не было закончено, как дал о себе знать сирокко (официальные бюллетени погоды, равно как и другие французские документы, пишут это слово то с одним к, то с двумя), и его шум послужил для меня увертюрой предсказанных «сильных атмосферических движений». Я признался Лауре, что устал от всего этого, по правде сказать, «устал от Африки» и решил повернуть спину Алжиру, как только д-р Стефан не будет больше «нуждаться во мне».

С 14 апреля (днем) до 17 апреля - порывы ветра, буря, ливни, солнечный зной, постоянные перемены погоды (почти ежечасно) от холода к жаре. Сегодня рано утром чудесная погода, но уже теперь, в 10 утра, ветер снова насвистывает


* Игра слов, основанная на сходстве написания прилагательных: «царственной» («kaiserlichen») и «кайзеровской» («kayserlichen»). Энгельс посылал Марксу деньги через банк А. Кайзера и К°. Ред.

** См. настоящий том, стр. 254-260. Ред.


45
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 18 АПРЕЛЯ 1882 г.

свою самую угрюмую мелодию. - Метеорологическое бюро во вчерашнем бюллетене - скорее предсказании - обещает на 3-4 мая «сильное атмосферическое движение», в особенности же на 7-8 мая (дальше в будущее оно pro nunc* не заглядывает); но, кроме того, в первую неделю того же мая обещают так называемые «сейсмические движения» (эти «сейсмические» периодически вызываются будто бы скрытыми землетрясениями).

16-го (в воскресенье) пришел д-р Стефан; исследовал с выстукиванием, заявил: следов «плеврита» (речь идет о «рецидиве») больше нет; напротив, состоянием бронхов он-де менее доволен, чем при прошлом исследовании (тоже левая сторона). Несмотря на это, он с большой энергией проделал «татуировку» (все послеобеденные часы в воскресенье (16 апреля) и всю ночь до раннего утра в понедельник мне было чертовски тяжело и я имел возможность оценить его энергию!). - Д-р Стефан, впрочем, вполне согласился со мной, что бронхит неразрывно связан со здешней погодой; при таких обстоятельствах дальнейшее пребывание в Алжире оказало бы неблагоприятное действие. Он полагает, что можно будет отпустить меня с письменной консультацией в конце апреля, если не случится ничего непредвиденного, например блестящей перемены погоды здесь, или же, с другой стороны, что мало вероятно, ухудшения в состоянии моего здоровья. Тогда, следовательно, на том же самом «Саиде» и с тем же самым капитаном Масом (очень славный парень), которые привезли меня в Алжир, я был бы доставлен назад в Марсель 2 мая, откуда направился бы искать счастья в Каннах, Ницце или Ментоне. Поэтому не посылайте мне из Лондона ни писем, ни газет, разве что это будет сделано сразу же после получения этих строк. Если же за это время произойдет какое-нибудь изменение в принятом решении, я вам сейчас же напишу отсюда.

Боюсь, что «железный» прибудет в Алжир, когда не только я, но и семья Кастелаз покинет Африку; все приготовляются к бегству. Ты должен извинить малосодержательность этого послания. Ночь с 16-го на 17-е апреля я провел без сна благодаря энергии, с какой делалась «татуировка»; с 17-го на 18-е апреля никаких болей, потому что вчера, в 7 часов утра, доктор-ассистент** уже сделал свое дело. Но зуд при образовании новой кожи заставляет меня и вторую ночь провести без сна. Так как сегодня, сверх того, я весьма рано насладился утренней


* - в настоящий момент, пока. Ред.

** - Кастелаз. Ред.


46
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 18 АПРЕЛЯ 1882 г.

прогулкой (и притом в течение двух часов), то uw begriyp* (уж не помню, как это пишут голландцы, но и begreip!* - черт знает, как много приходится им иметь дело с этим «Begriff»** - все еще слышится мне со времени визита в Залтбоммел43 из уст теперь разведенной жены пастора Ротхауса, которую заместила моя кузина***), - одним словом, ты понимаешь, что я должен лечь спать и вознаградить себя за бессонные ночи. В самом деле, спи, «чего ж тебе больше желать»****. Только сперва я должен упомянуть о злой шутке, какую сыграли французские власти с одним бедным разбойником, бедным, неоднократно совершавшим преступления профессиональным убийцей-арабом. Лишь под самый конец, когда наступил момент «отправить» бедного грешника «к праотцам», как говорят презренные кокни*****, он узнаёт, что будет не расстрелян, а гильотинирован! Это против уговора! Вопреки обещанию! Несмотря на уговор, он был гильотинирован. Но это еще не все. Его родственники надеялись, как это делалось до сих пор с разрешения французов, получить тело и голову, чтобы пришить последнюю к первому и затем похоронить «целое». Quod non!****** Вой, проклятия и неистовство; французские власти наотрез отказывают в этом, и это впервые! И вот явится туловище в рай, и спросит Мухаммед: где потеряло ты свою голову? Или: почему голова лишилась туловища? Ты не достоин рая! Проваливай к христианским собакам! А потому родственники горько плачут.

Твой старый Мавр При более близком знакомстве - я раньше об этом не спрашивал - Стефан сказал мне, что хотя он совсем не знает немецкого, но он сын немца. Отец его из Пфальца (Ландау) переселился в Алжир.


* - вы понимаете. Ред.

** - «понятием». Ред.

*** - Антуанетта (Наннетта) Филипс. Ред.

**** Г. Гейне. Стихотворение из цикла «Опять на родине». Ред.

***** - лондонские обыватели (в тексте употреблено английское выражение «to launch into eternity»). Ред.

****** - не тут-то было. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого


47
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 28 АПРЕЛЯ 1882 г.

27

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН [Алжир], пятница, 28 апреля 1882 г.

Дорогой Фред!

Получил твое письмо и «Kolnische Zeitung».

Этими строками хочу только сообщить, что 2 мая (во вторник) я покидаю Алжир на том же самом «Саиде» и с тем же самым «капитаном г-ном Масом, морским лейтенантом», которые доставили меня в Алжир. В прошлую среду я посетил французскую эскадру из шести броненосцев; разумеется, я осмотрел адмиральское судно «Ле Кольбер», где один унтерофицер, красивый и интеллигентный парень, мне все подробно показал и продемонстрировал. При расставании он сказал мне в истинно французском духе, что эта скучная служба ему надоела и он-де надеется скоро получить отставку. Я и мои спутники (три сожителя по гостинице «Виктория») получили разрешение посетить корабль лишь по окончании «службы».

Катаясь взад и вперед, мы, таким образом, наблюдали с лодочки, или иначе - ялика, маневры адмиральского корабля и пяти других броненосцев. Завтра днем «бал» на «Кольбере»; я мог бы через Ферме тоже получить пригласительный билет, но некогда. Дело в том, что во вторник (25 апреля) было последнее освидетельствование Стефаном; «татуировка» коллодием закончена; quo ad* рецидива плеврита, то я получил полное отпущение грехов, тем не менее завтра (в субботу) в 3 часа дня иду к нему, чтобы получить его письменную консультацию и распроститься с ним. Погода теперь временами жаркая, но фактически всю неделю (также и сегодня) продолжался ураган, исполнявший бурный танец сирокко (ночью непрерывный ураганный ветер, днем часто налетающие шквалы). Вот причина того, почему мой кашель до сих пор не смягчается; а потому бегство из Алжира своевременно.

Сердечные приветы всем.

Твой старый Мавр Кстати, солнце заставило меня избавиться от бороды пророка и «парика», но (так как мои дочери предпочитают мой прежний вид) я сфотографировался, раньше чем принести свои волосы в жертву на алтарь алжирского цирюльника. Фотографии


* - что касается. Ред.


48
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 28 АПРЕЛЯ 1882 г.

получу в следующее воскресенье (30 апреля). Вышлю вам экземпляры из Марселя. Вы убедитесь, что, принимая во внимание продолжавшееся целых два месяца размалевывание коллодием (пишу в стиле Людвига Баварского44), - причем у меня не было в сущности ни одного полностью спокойного дня, - я еще сделал хорошую мину при плохой игре.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается т рукописи Перевод с немецкого 28

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН Монте-Карло, 8 мая 1882 г.

Гостиница «Россия»

Дорогой Фред!

Уже за 2-3 недели до отъезда из Алжира45 (в начале мая) метеорологическая станция предсказывала бурю на море. И действительно, в течение последних дней моего пребывания в Африке беспрерывно бушевал сирокко, сопровождавшийся сильной жарой. Жаркую погоду, однако, портили порывы ветра, столбы пыли и внезапные, хотя временами быстро проходящие, неожиданные охлаждения температуры. Мой катар бронхов усилился за это время и все еще не вполне ликвидирован. Из-за шторма на море (в ночь с 4 на 5 мая) в каюте тоже чувствовался сквозняк; в Марсель я прибыл при сильном дожде (утром 5 мая), и дождь продолжался до самой Ниццы. В Монте-Карло я тоже привез с собой один дождливый день (вчера); сегодня великолепная погода. Как видишь, я последователен, ибо до моего приезда месяцами не было дождей ни в Ницце, ни в Монте-Карло. Но на этот раз дождь только подразнил; ничего серьезного, не то что в Алжире.

В Ницце, где я оставался 5-го и 6-го, я скоро почувствовал, что ветер там капризен и на неизменно ровную температуру рассчитывать не приходится. Сегодня мой кратковременный опыт подтвердил и д-р Делашо, врач-хирург (проживающий в Интерлакене), который остановился здесь в той же гостинице, что и я. Путешествуя во время каникул, он посетил Ниццу, ее окрестности и вообще наиболее известные места Ривьеры,


49
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 8 МАЯ 1882 г.

имея в виду также и деловые соображения: он хотел выяснить, какие места можно рекомендовать в качестве наилучших для больных, страдающих легочными болезнями, хроническим катаром бронхов и т. д. Он высказался решительно против Ниццы и отдал предпочтение Монте-Карло даже перед Ментоной. Д-р Делашо еще сегодня возвращается к себе на родину, в Швейцарию.

О восхитительной красоте здешней природы ты хорошо осведомлен из собственных наблюдений46, либо из напечатанного и зарисованного. Многими чертами она живо напоминает мне африканскую природу.

Что касается «теплого сухого воздуха», то таковой в общем скоро должен быть везде.

Пятна на солнце предсказывают сильное действие лучей, и во Франции опасаются засухи.

Для очистки совести я завтра проконсультируюсь здесь с немецким д-ром Кунеманом.

При мне письменная консультация д-ра Стефана (только из его визитной карточки я узнал, что Стефан является также сверхштатным профессором медицинского института в Алжире), что избавляет меня от дальнейшей болтовни. - Лишь только д-р Стефан заявил, что плеврит прекратился, я немедленно начал согласно его (Стефана) указанию втирания тинктуры иода на самой верхней части (с левой стороны) груди и спины. С момента посадки на пароход и до сегодняшнего дня я прервал эту операцию, которую к тому же лишь «с трудом» удается собственноручно выполнять на собственной спине, хотя д-р Делашо советовал мне попытаться проделывать это с помощью зеркала. Поживем - увидим; во всяком случае я хочу сперва поговорить с д-ром Кунеманом. Намереваюсь возможно больше бродить на свежем воздухе.

В казино Монте-Карло в читальном зале имеются почти все французские и итальянские газеты; недурно представлены немецкие газеты, очень мало английских. Из «Petit Marseillals » от сегодняшнего числа я узнал об «убийстве лорда Кавендиша и г-на Бёрка»47. Напротив, здешнюю публику, например компаньонов по табльдоту в гостинице «Россия», гораздо больше интересует, что делается в игорных залах казино (на столах с рулеткой и trente-etquarante*).

Особенно позабавил меня один сын Великобритании, крайне угрюмый, брюзгливый, желчный, и по какой причине? Потому что он проиграл несколько золотых монет, тогда как был абсолютно уверен, что он их «прикарманит». Он не понял, что фортуну нельзя «укротить» даже с помощью британской грубости.


* - «тридцать и сорок» (название одной из азартных игр). Ред.


50
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 8 МАЯ 1882 г.

Надо заканчивать эти строки, так как письма отсюда приходится сперва отправлять с посыльным на почту в Монако.

Сердечные приветы всем.

Твой Мавр Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 29

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН Личное Монте-Карло (Монако), 20 мая 1882 г.

Гостиница «Россия»

Дорогой Фред!

Написанное здесь не стоит показывать детям, так как это напрасно испугало бы их. Однако я должен кому-нибудь сообщить наконец о своих последних испытаниях.

В последнем письме (не помню точно, тебе ли непосредственно, или Тусси, или Лауре) я писал, что подробности сообщу тебе после свидания с д-ром Кунеманом*. Свидание состоялось 8 мая; он - эльзасец, с широкими научными (медицинскими) знаниями; например, еще до получения твоего письма сообщил мне относительно открытия д-ра Коха о бацилле. Человек с большой практикой; в возрасте не менее 52-54 лет, ибо в 1848 г. он был студентом в Страсбургском университете; как политик, он видит в газете «Temps» орган, соответствующий своему темпераменту; наука-де убедила его, что все движется вперед лишь «медленно»; никакой революционной поспешности - иначе она вынуждает потом отступать почти столько же «назад» (как, например, в эхтернахской процессии48); первое условие - воспитание массы и «не-массы» и т. п. Одним словом, в политическом отношении - республиканец-филистер; все это упоминаю здесь, чтобы объяснить, почему я не пустился в разговоры с ним на эту тему, ограничившись «макиавеллистской» политикой Карла III, самодержавного тирана Монако. Он считает меня участником событий 1848 г., а о дальнейшей моей общественной деятельности, кроме


* См. настоящий том, стр. 49. Ред.


51
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 20 МАЯ 1882 г.

этой даты, я не дал ему никаких сведений. Но к делу. Первоначально, судя по моей визитной карточке (где значится: доктор), которую я передал ему через его горничную, он решил, что я доктор медицины, в чем его еще больше убедила переданная ему мной карточка, д-ра Стефана, а также моего нового знакомого доктора* из Интерлакена, кроме того, - карточка д-ра Донкина, о котором я упомянул как о друге моего друга, профессора Рея Ланкестера, ибо Кунеман хотел знать, кто лечил меня в Лондоне и пр. Затем я дал ему для прочтения письменную консультацию Стефана.

Итак, считая меня самого доктором медицины - коллегой либо в теории, либо на практике, - он выложил все начистоту, после того как выслушал и выстукал меня. И к моему ужасу - снова плеврит, хотя и в менее сильной степени и лишь в одном месте слева на спине; бронхит, напротив, более или менее - хронический! Кунеман надеялся, что, после того как он поставит - один или два раза - мушки, он положит делу (плевриту) конец; но 9 мая (вторник) первая мушка, 13 мая (суббота) мое второе посещение Кунемана; предписал вторую мушку; смог поставить ее только 16 мая (во вторник) после подсыхания; 19 мая я посетил его (в пятницу); выслушивание и выстукивание; нашел, что положение улучшилось, а именно, эксудат несколько уменьшился; он высказал мнение (ибо эти врачи боятся, что больной потеряет терпение от повторяющихся в той или иной степени каждую неделю страданий и пыток), что в дальнейшем нет необходимости продолжать применение мушек; я могу-де теперь ограничиться втиранием тинктуры иода (предписанным мне Стефаном против бронхита) вверху, а также внизу на левой стороне груди и спины. Я возразил на это, что, если эксудат еще не совсем исчез, я предпочитаю еще раз поставить мушку (23 мая, во вторник); от д-ра Стефана я-де знаю, что там, где речь идет о плеврите, тинктура иода представляет собой лишь слабое, ненадежное средство, применение которого затягивает лечение на долгое время. Самому д-ру Кунеману было, очевидно, гораздо приятнее, что я решился на героическое лечение; надеюсь теперь, что 26 или 27 мая он признает этот второй рецидив закончившимся (pro nunc**).

Действительно, в этом отношении «судьба» на сей раз показала себя последовательной и даже - почти как в трагедиях д-ра Мюльнера49 - зловещей. Почему Кунеман объявляет мой бронхит таким «хроническим» (и я заранее знал, что «узнаю»


* - Делашо. Ред.

** - в настоящий момент, пока. Ред.


52
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 20 МАЯ 1882 г.

это)? Потому, что по всей Ривьере погода столь необыкновенно, ненормально изменилась к худшему; впрочем, это, по его мнению, пожалуй, нормально, поскольку с января до начала мая было слишком мало дождей, даже почти совсем не было; чересчур хорошая, теплая погода не могла не вызвать реакции. Я объяснил ему все проще - во всем виновен-де мой приезд из Алжира; с 4 мая я привез с собой в Марсель дождь, и после некоторого сопротивления погода и на месте моего нынешнего пребывания приняла mutatis mutandis* уже хорошо знакомый мне характер алжирской «непогоды». Это требует большого терпения, особенно также со стороны моих адресатов. Подобные повторения слишком скучны. Бесполезное, бессодержательное, к тому же дорогое времяпрепровождение!

Завтра я пишу Тусси**, так как ее письмо уже давным-давно лежит без ответа. Сегодня мне мешает то, что образовавшаяся после мушки новая кожа все еще причиняет боль, если я нагибаюсь, из-за трения о фуфайку или белье. Nota bene***: то, что я пишу детям, - правда, но не вся. Зачем пугать их?

Твой Мавр Заблуждение д-ра Кунемана насчет того, что я коллега-«врач» рассеялось, когда он в конце первого визита отказался принять плату: он стал совсем обворожительным, когда узнал, что я непосвященный, а следовательно, должен «раскошелиться».


* - с соответствующими изменениями. Ред.

** См. настоящий том, стр. 268-269. Ред.

*** - Заметь себе. Ред.

**** - что касается. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 30

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН [Монте-Карло], 30 мая 1882 г.

Дорогой Фред!

С тех пор как 23 мая мне была наложена мушка (в третий раз в Монте-Карло), я продолжал, правда, до сегодняшнего дня видеться с д-ром Кунеманом, но только по поводу «бронхита». Quoad**** плеврита, то сегодня состоялось продолжительное, но заключительное обследование; эксудат «исчез»; то, что остается, это так называемый сухой плеврит; никакой жидкости больше


53
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 30 МАЯ 1882 г.

нет, но остается шуршание от трения одной ткани о другую, если можно так неправильно выразиться для популярности. Кунеман считает полезным, чтобы я сегодня для успешного завершения дела наложил еще раз мушку, а затем на пару дней отправился в Канны, после чего могу перебраться в Париж.

Плеврит, как он думает, я схватил лишь совершенно случайно, вообще же при моем крепком, нормальном сложении я мог бы никогда не иметь его, но с таким же основанием мог заполучить его и 40 лет тому назад - случайно! Избавиться от него труднее ввиду возможностей рецидива.

Так как я предстал перед ним обнаженным спереди и сзади во всей своей красе, он обратил мое внимание на то, что раньше левая сторона была увеличенной по сравнению с правой вследствие плеврита; теперь, наоборот, левая сторона (речь идет о поврежденном месте) стянута в сравнении с правой, и именно благодаря моему лечению. Чтобы совсем избавиться от последних остатков, так сказать памятных меток, плеврита, рекомендуется позднее пробыть в течение некоторого времени в горах, где господствует более разреженный воздух. Легкие должны вновь «исправиться» от такой гимнастики - гимнастики, которую их вынуждает делать сама окружающая среда. Мне уже потому было трудно улавливать детали, что он часто пытался сделать более понятным для меня (в отношении деталей) французский язык, прибегая к помощи эльзасско-немецкого, а иногда, пожалуй, и американо-английского. Все же было ясно то, что мне в первый же день сказал д-р Стефан: ваша грудная клетка остается такой, как она есть; поэтому если образовавшаяся лишняя ткань суживает место, занимаемое одной стороной легких, то это легкое вынуждено удовлетвориться меньшим пространством.

По мере исчезновения этой ткани легкое снова расширяется. Я только что вернулся от Кунемана, то есть незадолго до 6 часов вечера, когда (в 6 часов) заканчивается работа почты на сегодняшний день. Завтра ввиду того, что сегодня ночью мне ставится последняя мушка, не может быть и речи о писании писем; послезавтра я должен отдыхать, а потому до 2 или 3 июня вы «навряд ли»* (ибо я еще должен буду укладываться) получите от меня дальнейшие известия.

С сердечным приветом Старый Мавр


* В оригинале диалект: «schworliche». Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого


54
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 5 ИЮНЯ 1882 г.

31

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН Канны, 5 июня 1882 г.

Дорогой Фред!

30 мая - последнее (в Монте-Карло) клеймо на спине; 31 мая дальнейшие операции держали меня под домашним арестом; 3 июня я эмансипировался от Кунемана и уехал в тот же день. Он посоветовал мне при всех условиях пробыть несколько дней в Каннах50, так как этого требовало уже одно только «высушивание» нанесенных мне ран.

Итак, я целый месяц прозябал в этом логове знатных бездельников или авантюристов.

Природа великолепная, в остальном - скучная дыра; оно «монументально» потому, что состоит только из отелей; здесь нет никакой плебейской «массы», за исключением принадлежащих к люмпен-пролетариату лакеев гостиниц, кафе и т. д. и слуг. Старое разбойничье гнездо на выступе скалы, окруженное с трех сторон морской бухтой, - иначе говоря Монако, - по крайней мере старый-престарый средневековый тип итальянского городка; с другой стороны, быстро растущий Кондамин, построенный большей частью внизу у моря между «городом» Монако и «игорным домом» (то есть Монте-Карло). Монако в точном смысле слова - это «политика», «государство», «правительство»; Кондамин - это обычное «мелкобуржуазное» общество; а Монте-Карло - это «развлечение» и благодаря игорному дому - финансовый базис всей троицы. Примечательно, что Гримальди остались верны себе; раньше они жили морским разбоем, и один из них*, например, писал Лоренцо Медичи, что земля их ограничена, да к тому же неплодородна; поэтому-де сама природа толкает их на морской разбой; учитывая это, Лоренцо, несомненно, мол, окажется столь великодушным, чтобы гарантировать им ежегодный «презент», поскольку они не «отваживались» охотиться за флорентийскими судами. Вот почему Лоренцо выплачивал им небольшое годовое содержание.

После победы Священного союза над Наполеоном Талейран, который для препровождения времени избрал себе среди эмигрантов в качестве одного из своих сотоварищей отъявленного негодяя, бывшего тирана Монако**, - итак, Талейран позво-


* - Ламберто Гримальди. Ред.

** - Гонория IV Гримальди. Ред.


55
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 5 ИЮНЯ 1882 г.

лил себе веселую шутку: «реставрировать» его, отца «Флорестана»*, «во имя принципа легитимизма». Оба эти реставрированные - реставрированный в Гессен-Касселе** и реставрированный в Монако - это парочка, которая заслуживает того, чтобы фигурировать в новом издании Плутарха***. В то же время какой контраст между генуэзцем**** (промышлявшим главным образом финансовым разбоем) и немецким «патриархом»*****.

Наш д-р Кунеман все-таки тихо скорбит о том, что, будучи уже функционирующим лейбмедиком теперешнего наисиятельнейшего (совершенно слепого) Карла III, он (Кунеман) оказался неприемлемым из-за своих либеральных принципов и должен был уступить место англичанину (д-ру Пикерингу). То, что при естественном отборе, то есть при выборе лейбмедика мельчайшего тиранчика, верх взял британец, конечно, гарантировано самой природой этой скотины! И что самое скверное: этот самый д-р Пикеринг, прежде чем он был призван в лейб-медики в силу естественного отбора, опасно заболел в Монако, и его лечил и вылечил д-р Кунеман. Много таких горестных, роковых драм на этом свете!

Странным образом эта жаркая погода скорее ухудшила, чем улучшила мой бронхиальный кашель. Конечно, тем больше «предлогов» для простуды! Впрочем, Кунеман (а человек этот, превосходный врач, знает английскую, немецкую, равно как и французскую медицинскую литературу, специалист по легочным и грудным болезням) не разделяет твоего мнения об обратной поездке в Париж. Он говорит, что мне нельзя совершать ее с перерывами. Погода, мол, теперь не только жаркая днем, но и теплая ночью; главная опасность простуды теперь на железнодорожных станциях; чем чаще я буду прерывать путешествие, тем больше возможностей рецидива. Зато в Каннах я должен взять для поездки 2 бутылки хорошего старого бордо. Он, как и д-р Стефан, основывается на тезисе: желудок следует считать основой при лечении как плеврита, так и бронхита и т. д.; надо хорошо и много есть; даже насильно «приучить» себя к этому; «пить» «высокосортное» и развлекаться ездой и т. д., если нельзя много ходить, лазать и т. д.; по возможности меньше думать и т. д.


* - Флорестана I. Ред.

** - Вильгельм I. Ред.

*** Плутарх. «Сравнительные жизнеописания». Ред.

**** - Гонорием IV Гримальди. Ред.

***** - Вильгельмом I. Ред.


56
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 5 ИЮНЯ 1882 г.

Итак, следуя этому «наставлению», я нахожусь на верном пути к «идиотизму», хотя при всем том не избавился от бронхиального катара.

Старый Гарибальди мне в утешение «обрел вечный покой» из-за бронхита51. Конечно, в определенном возрасте совершенно безразлично, отчего «отправляешься к праотцам».

Я нахожусь здесь с 3 мая и уезжаю сегодня вечером. В Ницце - и на этот раз также в Каннах в виде исключения - сильный ветер (хотя теплый) и столбы пыли. Некоторым филистерским юмором обладает и природа (например, уже в Ветхом завете кормление змеи нечистотами, как смехотворное предвосхищение нечистотной диеты червей по Дарвину52). Вот какая шутка природы облетела всю местную прессу Ривьеры: 24 мая была ужасная гроза, особенно в Ментоне; молния ударила у самого вокзала (в Ментоне) и оторвала у бродившего около него филистера подошву башмака, но остальную часть филистера оставила целой и невредимой.

С наилучшими приветами всем Старый Мавр Я только через несколько дней сообщу друзьям о своем пребывании в Париже. Мне еще необходимо как можно меньше «общения с людьми»53. В лице д-ра Дурлена я обретаю хорошего врача для консультации.

Публикуется впервые Печатается по рукописи Перевод с немецкого и английского 32

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН*

Аржантёй, 9 июня 1882 г.

11, Boulevard Thiers Дорогой Фред!

Ты знаешь, что, подобно условно освобожденным узникам, я должен являться к ближайшему врачу в каждом новом месте своего пребывания54. Итак, вчера - осмотр у д-ра Дурлена. Состояние здоровья точно такое же, как при отъезде из Монте-


* Письмо написано на почтовой открытке. Ред.


57
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 15 ИЮНЯ 1882 г.

Карло. Что касается бронхита, то в течение нескольких недель я испробую серные источники Энгиена, примерно в 15 минутах езды от Аржантёя; если они не окажут надлежащего действия, то Дурлен хочет послать меня в Пиренеи (Котре). (То же самое мне уже говорил др Кунеман, который - в последнее время - начал кормить меня серными лепешками.) Специалист в Энгиене* - близкий друг д-ра Дурлена; последний даст мне рекомендательное письмо к нему. В общем, д-р Дурлен нашел, что мой организм значительно окреп и тонус улучшился по сравнению с тем, что было при отъезде; его даже удивило мое столь хорошее состояние после двукратных рецидивов и четырнадцати мушек. Приветы всем.

Старый Мавр Лонге приносит мне каждый вечер «Standard», который ему совершенно не нужен. Я еще не написал гасконцу**; мой кашель заставляет меня остерегаться визитов друзей. [Надпись Маркса на оборотной стороне открытки]

Фредерику Энгельсу, эсквайру, 122, Regent's Park Road, London, N. W., Angleterre.


* - д-р Фёжье. Ред.

** - Лафаргу. Ред.

*** Письмо написано на почтовой открытке. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с английского и немецкого 33

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН*** [Аржантёй], 15 июня 1882 г.

Дорогой Фред!

Я надеялся, что смогу сообщить об улучшении примерно за минувшую неделю. Но как только я приехал, вернее - на другой день после моего приезда, произошло снижение температуры.


58
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 15 ИЮНЯ 1882 г.

Итак, погода, как объяснили мне д-р Дурлен и его друг медик* из Энгиена, пока еще не позволяет начать лечение серными источниками. В моем прежнем состоянии - в счастливый период курения - я бы нашел эту погоду восхитительной! Хотя небо довольно часто покрыто облаками, время от времени идет дождь, налетает ветер; скорее похоже на позднюю осень, чем на лето, и все же для здорового человека приятная погода!

Вчера - после моего письма Сен-Полю, гасконцу**, - он посетил меня. Я был рад его видеть. Впредь до дальнейших указаний он, по моему совету, будет молчать о моем пребывании здесь.

Ложусь я рано, встаю поздно, большую часть дня провожу с детьми и Женничкой*** и до сих пор старался использовать каждую благоприятную минуту для непродолжительных прогулок. Чувствую себя при этом лучше, чем когда-либо в Алжире, Монте-Карло или Каннах.

Да и погода здесь, кажется, собирается измениться к лучшему. Я напишу тебе сразу после своей первой поездки в Энгиен.

Сердечный привет всем.

Твой Мавр [Надпись Маркса на оборотной стороне открытки]

Фр. Энгельсу, 122, Regent's Park Road, London, N. W., Angleterre.


* - д-р Фёжье. Ред.

** - Лафаргу. Ред.

*** - Женни Лонге и ее детьми: Жаном, Анри, Эдгаром и Марселем. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 34

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН [Аржантей], 22 июня 1882 г.

Дорогой Фред!

Твое письмо прибыло всего за несколько минут до окончания работы почты, которая чертовски рано закрывается. Поэтому - только несколько строк.


59
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 24 ИЮНЯ 1882 г.

Лишь сегодня могу сообщить о продвижении вперед, так как из-за дождливой погоды с воскресенья до вчерашнего дня включительно мои серные процедуры были приостановлены; возобновились они только сегодня. В Котре в настоящее время дьявольски холодно, да и сезон там начинается обычно лишь в середине июля. Поэтому Энгиен пришелся здесь весьма кстати, хотя погода до сих пор неблагоприятна для непрерывного пользования водолечебницей. Другие, может быть, и могут меньше церемониться, но тому, у кого есть «остатки», приходится быть осторожным. Д-р Дурлен говорит, что вся трудность состоит в том, чтобы избегать всего, что могло бы вызвать повторение плеврита.

Пусть господа в Нью-Йорке делают «перепечатку» на свой страх и риск и пусть только не допускают своевольных вставок55.

Итак, в воскресенье ждем приезда Елены*.

Лаврову - поскольку я до поры до времени должен еще избегать всякого продолжительного разговора - пока рано знать о моем пребывании здесь. Это как раз человек, способный заставить меня болтать целыми часами.

Привет Женничке**.

Твой К. М.


* - Демут. Ред.

** В оригинале описка: Маркс, видимо, имел в виду Тусси. Ред.

*** Письмо написано на почтовой открытке. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 35

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН*** [Аржантёй], 24 июня 1882 г.

Дорогой Фред!

Вчера получил заказное письмо; сегодня получил деньги в Париже. Вследствие всех этих перемен погоды у меня начался мышечный ревматизм близ бедра; в результате, ко всему прочему, бессонная ночь с 22-го на 23-е из-за сильных болей; после


60
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 24 ИЮНЯ 1882 г.

нее целый день не ел (все же вчера выполнил процедуру серной ингаляции в Энгиене); Дурлен пришел вечером и помог мне втиранием опиума; таким образом этот инцидент исчерпан; остались лишь слабые признаки мышечного ревматизма.

Что касается Энгиена, то первый вопрос, на который нужен ответ, - ибо это зависит от индивида, - достаточно ли сильно действует здешний серный источник? Во всяком случае Рейнхардт вылечил здесь свой бронхит, точно так же еще раньше - Лонге. Последний был и в Котре - давно, задолго до своей женитьбы. Высота Котре над уровнем моря приблизительно 1200-1400 м. Я был бы очень рад, если бы мне не понадобилось ехать туда из-за катара бронхов; во всяком случае в данный момент о Котре не могло быть и речи. Елена* прибудет на вокзал Сен-Лазар, где ее встретит Лонге. Привет.

Мавр [Надпись Маркса на оборотной стороне открытки] [Ф. Энгельсу, эсквайру,122, Regent's Park Road, London, N. W.]


* - Демут. Ред.

** Письмо написано на почтовой открытке без подписи. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого и английского 36

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН** [Аржантёй], 4 июля 1882 г.

Дорогой Фред!

Настоящее лето началось только 1 июля (или, вернее, лишь второго). До сих пор я принял две серные ванны с душем, завтра третья; никогда еще не испытывал ничего более великолепного, чем обливание водой из шланга (иначе говоря - душ); выходишь из ванны и становишься на нечто вроде деревянных подмостков, притом в «натуральном» виде; затем служитель при ваннах, орудуя, как виртуоз, своим инструментом - шлангом (размером с пожарный шланг), командует движениями тела и бомбардирует попеременно все части тела (за исключе-


61
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 3 АВГУСТА 1882 г.

нием головы, области мозга) в течение 180 секунд (то есть 3 минут) то слабее, то сильнее, до ног и ступней включительно, все время постепенно усиливая душ.

Видишь, почему у человека пропадает здесь охота писать: к половине девятого утра я должен быть на железнодорожной станции (то есть это как раз время для отъезда в Энгиен); возвращение в Аржантёй около полудня; вскоре после этого завтрак, после чего чувствуется большая потребность в отдыхе, так как сера во всех видах утомляет; потом прогулка на свежем воздухе и пр. В зале для ингаляции темно от серных паров; здесь находишься 30-40 минут; каждые пять минут вдыхаешь у какого-нибудь определенного стола (из одной из трубок, цинковых, с краном) особым образом распыленный, насыщенный серой пар; каждый с ног до головы закутан в резину; после вдыхания все маршируют один за другим вокруг стола; невинная сцена из дантовского «Ада»*.

Привет Шорлеммеру. У меня есть для него экземпляр моей фотографии из Алжира.

Лафарг воображает себя здесь великим оракулом. Париж для него единственное место в мире, достойное человечества. [Надпись Маркса на оборотной стороне открытки]

Фр. Энгельсу, 122, Regent's Park Road, London, N. W., Angleterre.


* Данте. «Божественная комедия». Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 37

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН Аржантёй, четверг, 3 августа 1882 г.

11, Boulevard Thiers Дорогой Фред!

Трудность писать письма объясняется следующим: в половине восьмого утра начинаю умываться, одеваться, пить ранний кофе и пр.; в половине девятого отъезд в Энгиен, возвращаюсь большей частью только в полдень, затем завтрак


62
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 3 АВГУСТА 1882 г.

в Аржантёе в кругу семьи; с 2 до 4 часов дня отдых, затем прогулки и возня с детьми, так что способность слушать и видеть (но в особенности также мыслить) утрачивается еще более основательно, чем у самого Гегеля в «Феноменологии»*; наконец, в 8 часов вечера ужин, и этим заканчивается дневная деятельность. Остается ли тут время для корреспонденции?

Туссинька чрезвычайно много помогает Женничке, и вряд ли можно считать ее пребывание здесь отдыхом; Тусси бесконечно добра к детям и бедной Женничке** и проявила в этих исключительных условиях качества, дремавшие в ней в Лондоне.

Тусси и Лаура еще не виделись, и вряд ли их влечет к этому. Все же приличия ради они должны хоть раз встретиться у меня.

Теперь прежде всего отчет о здоровье. Мое лечение началось с 17 июня. Погода до сих пор так мало походила на обычную летнюю погоду (во Франции), что лечебный сезон, начинающийся в Энгиене в июне, считается неудачным для курорта с водолечебницей и здесь надеются на «лучшее» в августе и сентябре. Постоянные перемены температуры, преимущественно облачное небо, предвещающее обыкновенно до полудня дождь и бурю, сильные ветры, воздух, насыщенный водяными парами, а потому часто удушливая жара, - точь-в-точь лондонский статус к «закрытию сезона». С трудом отбились французы от союза с Англией, зато английский климат (я имею в виду именно лондонский климат) все более и более натурализуется, по-видимому, здесь, в Париже, и окрестностях. По крайней мере в этом году это так. Разумеется, в промежутках бывают и прекрасные дни или отдельные части дня. При таких условиях мне в процессе лечения приходится бороться с «приятными препятствиями».

Ленхен, наверное, помнит, что в один из дней освидетельствование, проведенное д-ром Фёжье, так же как и освидетельствование, проведенное спустя несколько часов д-ром Дурленом, дали одинаковый результат: хрипы исчезли, а вместе с тем устранен и «бронхиальный» характер катара. О «подобном» я тебе не сообщал: я предчувствовал, что этот катар бронхов отнюдь еще не прохрипел свое последнее слово. В самом деле, при внезапно ухудшившейся погоде снова послышались хрипы. Что кашель не «исчез» (правда, значительно смягчился), я знал, но покашливание могло остаться после того, как изменился характер кашля.

В минувший понедельник (31 июля) д-р Фёжье нашел при выслушивании, что хрипы все еще продолжаются, хотя и слабее;


* Г. В. Ф. Гегель. «Феноменология духа». Ред.

** - Женни Лонге и ее детям: Жану, Анри, Эдгару и Марселю. Ред.


63
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 3 АВГУСТА 1882 г.

погода, по его словам, как раз особенно неблагоприятна для такого рода болезней. В среднем пациенты пользуются лечением серным источником лишь в течение трех недель; дело в том, что многие не могут выносить его долго, не подвергаясь приступам лихорадки и пр. При моем, в общем, крепком сложении он счел наилучшим - так как и кашель меня еще беспокоит, особенно по утрам, - продлить лечение до середины августа, продолжая ингаляцию, ванны, души и питье воды из серного источника; дольше данного срока это было бы нецелесообразно. Разумеется, я полностью подчиняюсь совету врачей. Правда, с другой стороны, будет, очевидно, слишком поздно осуществлять план с Энгадином56; как Фёжье, так и Дурлен опасаются, что это значило бы подвергнуть себя риску из-за фокусов температуры, а этого не следует делать без особой необходимости, особенно при моем состоянии.

Я надеюсь, что ты во всяком случае приедешь сюда на несколько дней (Лафарги легко найдут тебе квартиру в Париже) не только для того, чтобы я мог обсудить с тобой, что делать дальше; как ты понимаешь, я прежде всего жажду снова увидеть тебя после всех этих проклятых мушек! и после того, как я несколько раз уже был близок к концу!

Лаурочка написала мне, что Девиль уедет вечером 2 августа в свой родной город Тарб. Но так как я выразил желание повидать его, Меса предложил устроить у себя завтрак 2 августа, во время которого я встретился бы с Лафаргами, а также с Девилем и Гедом. Это был первый случай, что я принял подобное приглашение. (Я все еще чувствую утомление - post festum* - от оживленного разговора, соответственно - болтовни.) Сошло хорошо. Мне кажется, что люди из «Citoyen» имели успех со своими публичными митингами по поводу египетских и т. д. дел57; что же касается достижений их газеты, то они, напротив, оставляют желать лучшего. Кстати, не говоря уже о так называемых социалистических газетах, значительная и наиболее влиятельная часть парижской прессы несравненно независимее лондонской. Несмотря на давление большинства профессиональных политиков, несмотря на заговор «Republique Francaise», «Temps» и «Journal des Debats», сообща работающих под непосредственным руководством Гамбетты; более того, несмотря на попытки подкупа со стороны финансовых тузов (Ротшильдов и др.), которые прямо заинтересованы в крестовом походе вместе с англичанами против Египта, - парижская пресса сорвала всякую попытку (даже замаскированную - Фрейсине) интервенции


* - буквально: после праздника; здесь в смысле: после. Ред.


64
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 3 АВГУСТА 1882 г.

совместно с Англией или с четверным союзом58; без этой прессы Клемансо не одержал бы своей победы в парламенте. А где в Лондоне хотя бы один атом «независимой» прессы?

Я, право, не помню, где находится в моей библиотеке великий опус Лориа*; и мне кажется, он не стоит того труда, который ты взял на себя, чтобы разыскать его. Ты знаешь, что чтение этого «опуса» (или, вернее, первой половины книги, ибо у меня не хватило терпения на большее, чем только перелистать вторую половину книги с фантазиями г-на Лориа насчет того, как надлежащим образом конструировать его нормальный идеал - мелкую земельную собственность, то есть мелкую крестьянскую собственность), отвратительная лесть Лориа по моему адресу в частном порядке и его тон «превосходства», когда он выступает публично, равно как и некоторое извращение моих взглядов, дабы иметь более удобную возможность опровергать их, - все это отнюдь не привело меня в восторг. Тем не менее, хотя по первому впечатлению я не хотел иметь с ним никакого дела, я все же ближе заинтересовался им, потому что он обнаружил талант, потому что он много зубрил, потому что он, бедняга, много писал мне о своей жажде знания, потому что он еще очень молод, а его, хотя и совсем не юношеские, но скорее устаревшие заумные тенденции, казалось, объяснялись частично итальянскими условиями, частично школой, которую он прошел; наконец, потому, что он, насколько мог в то время, стремился усвоить, и иногда не без успеха, метод исследования, который он нашел в «Капитале». Меня забавляло и мне нравилось то, что он явно льстил себя надеждой показать в своей «Земельной собственности»*, что «Капитал» устарел.

При всем том у меня оставались сомнения именно насчет «характера» юноши.

Однако после того как я прочел эти две брошюры**, я через два дня после приезда сюда Тусси высказал ей свой окончательный, определенный и весьма категорический приговор, сформулированный - угадай как? - буквально в тех же самых выражениях, повторение которых та же самая Туссинька, к своему изумлению, нашла в твоем письме от 31 июля, которое я ей показал! Итак, мы - ты и я - не только пришли в точности к одному и тому же выводу, но и к совершенно одинаковой формулировке последнего! При таких условиях в дальнейшем можно ограничиться по отношению к нему лишь иронической


* А. Лориа. «Земельная рента и ее естественное исчезновение». Ред.

** Имеются в виду, по-видимому, брошюры А. Лориа «Теория стоимости у итальянских экономистов» и «Закон народонаселения и социальная система». Ред.


65
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 10 АВГУСТА 1882 г.

обороной, не реагируя каким-либо иным образом! Он во много раз хуже, чем маленький Каутский, который, по крайней мере, преисполнен благих намерений.

Кстати о Гирше: если он в самом деле действовал вместе с Мерингом59, то партия этого ему никогда не простит. Если я его увижу, то прямо призову к ответу. Впрочем, по поводу спора о моем status* лучше было бы молчать. А то, что же могут подумать рабочие, - будто я, так сказать, лишь мнимый больной и убил столько времени и средств без серьезной необходимости!

Лафарги на будущей неделе перебираются на свою настоящую квартиру, которая очень хороша и по здешним квартирным ценам, говорят, очень дешева. До свиданья, старина. Привет также Ленхен.

Твой Мавр


* - состоянии. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 38

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОН [Аржантёй], четверг, 10 августа 1882 г.

Дорогой Фред!

В следующий вторник я узнаю от д-ра Фёжье, следует ли мне окончательно расстаться с Энгиеном, или еще несколько дней продолжать лечение.

К сожалению, вынужден сообщить тебе, что в случае, если я поеду отсюда (с Лаурой) в Швейцарию (мне рекомендовали Веве или подобное ему место), мне перед этим понадобится еще некоторая денежная субсидия. Прежде всего, я случайно сделал открытие, что домовладелец настойчиво требует от Женни (а здесь не шутят) внесения квартирной платы за три месяца, и мне сегодня пришлось затратить достаточно усилий для того, чтобы добыть денег и урегулировать дело.


66
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 10 АВГУСТА 1882 г.

Кроме того, я надеюсь (единственно кто сопротивляется - это Лонге, которому совершенно нет дела до того, будет ли это облегче