К.Маркс, Ф.Энгельс. Сочинения, том 34


Содержание тома 34

ПЕЧАТАЕТСЯ
ПО ПОСТАНОВЛЕНИЮ
ЦЕНТРАЛЬНОГО КОМИТЕТА
КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ
СОВЕТСКОГО СОЮЗА


Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

ИНСТИТУТ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА ПРИ ЦК КПСС

К. МАРКС
и
Ф. ЭНГЕЛЬС

СОЧИНЕНИЯ

Издание второе ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Москва 1964

К. МАРКС
и
Ф. ЭНГЕЛЬС

ТОМ
34



ПРЕДИСЛОВИЕ V

ПРЕДИСЛОВИЕ

Тридцать четвертый том Сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса содержит письма Маркса и Энгельса за 1875-1880 годы.

Вторая половина 70-х годов XIX века относится к периоду сравнительно мирного развития капитализма. Этот довольно длительный период начался после поражения Парижской Коммуны. Рабочее движение вступило тогда в фазу медленного собирания сил, подготовки и постепенного подхода к социальной революции.

Парижская Коммуна явилась крупнейшим событием всемирной истории, положившим начало новому этапу освободительной борьбы пролетариата. Опыт этой первой практической попытки установить диктатуру пролетариата показал, что без массовой пролетарской партии, основанной на принципах научного коммунизма, успешное осуществление пролетарской революции невозможно. На первый план выдвинулась задача образования таких партий в отдельных странах.

К середине 70-х годов I Интернационал выполнил свою историческую миссию. После Гаагского конгресса 1872 г. Международное Товарищество Рабочих постепенно сходит со сцены, уступая место новым формам объединения рабочих. В передовых капиталистических странах развертывается процесс формирования самостоятельных социалистических рабочих партий. Массовая марксистская партия успешно развивается в Германии и создается во Франции. Возникают или находятся в процессе формирования социалистические рабочие партии в Италии, Испании, Португалии, Швейцарии, Дании, США и в ряде других стран.



ПРЕДИСЛОВИЕ VI

В сложившихся исторических условиях основными направлениями деятельности Маркса и Энгельса были: дальнейшая разработка теоретических основ рабочего движения, борьба за распространение и победу научного коммунизма в рабочем движении каждой данной страны, борьба за правильную, марксистскую программу, политику и тактику складывающихся пролетарских партий, последовательная и беспощадная критика всякого рода утопизма и оппортунизма.

Письма Маркса и Энгельса за вторую половину 70-х годов достаточно полно показывают их разностороннюю научную и политическую деятельность в эти годы.

Одной из своих главных задач в этот период Маркс и Энгельс считали усиленную разработку революционной теории. Особенно четко эта задача сформулирована в письме Энгельса И. Ф. Беккеру от 20 ноября 1876 года: «Мы оба, Маркс и я, должны выполнить совершенно определенные научные работы, которые, как мы до сих пор видим, никто другой не может и даже не хочет делать. Мы должны использовать нынешний спокойный период мировой истории для того, чтобы закончить их. Кто знает, как скоро какое-нибудь событие снова бросит нас в гущу практического движения; тем более мы должны использовать краткий досуг, чтобы хоть немного развить не менее важную теоретическую сторону» (см. настоящий том, стр. 176).

В силу известного разделения труда, которое сложилось между Марксом и Энгельсом, в эти годы Маркс занимался преимущественно проблемами политической экономии, а Энгельс - развитием диалектического материализма. В таких трудах, как «Критика Готской программы», «Анти-Дюринг», «Циркулярное письмо» оба они существенно развили в это время также теорию пролетарской революции и коммунистического общества и учение о пролетарской партии. Вся эта разносторонняя теоретическая деятельность нашла определенное отражение в переписке Маркса и Энгельса между собой и с другими лицами.

Основным объектом научных исследований Маркса в этот период были проблемы II и III томов «Капитала», главным образом теория земельной ренты с привлечением, в частности, материалов об аграрных отношениях в России и теория реализации общественного продукта.

Маркс регулярно получает и подвергает тщательному изучению многочисленные книги и официальные документы, характеризующие экономику России и Соединенных Штатов Америки. «Наиболее интересный объект для исследователя-экономиста, - подчеркивал Маркс в одном



ПРЕДИСЛОВИЕ VII

из писем Даниельсону, - представляют теперь, конечно, Соединенные Штаты, и в особенности период от 1873... до 1878 г. - период хронического кризиса». В другом письме Даниельсону Маркс отмечал, что огромная масса материалов, полученных из России и США, заставила его продолжить исследование капиталистического способа производства, вместо того чтобы окончательно обрабатывать для печати не опубликованные еще рукописи «Капитала» (см. настоящее издание, стр. 278 и 290).

В 1875 г. Маркс завершил большую работу по подготовке французского издания I тома «Капитала», а в начале 1877 г. он снова смог приступить к подготовке для печати рукописей II тома «Капитала». В последующее время, стремясь реализовать результаты своих новых исследований, Маркс заново написал четыре варианта различных глав II тома «Капитала», в том числе весьма важную в теоретическом отношении рукопись о воспроизводстве и обращении всего общественного капитала. Эти последние рукописи Маркса уже после его смерти были использованы Энгельсом при подготовке к печати II тома «Капитала», впервые вышедшего в 1885 году (см. настоящее издание, т. 24, стр. 8-9).

Развитие марксистской теории требовало своевременного выявления новых тенденций в развитии общества и прежде всего - его экономической основы.

В 70-х годах XIX века в развитии капиталистического способа производства наметился существенный перелом. К этому времени в передовых промышленных странах Европы свободная конкуренция достигла высшей, предельной ступени своего развития. Мировой экономический кризис, разразившийся в 1873 г. и затянувшийся в ряде стран, в частности в Германии, а также в Соединенных Штатах, вплоть до конца 70-х годов, - вызвал усиленный рост монополистических объединений. Начался период постепенного перехода от домонополистического капитализма к капитализму монополистическому, завершившийся на рубеже XIX и XX веков.

Маркс и Энгельс, внимательно следившие за переменами в капиталистической экономике, уже в это время высказали ряд важных идей относительно существа и исторического значения новых процессов. Так, например, в письме Лаврову от 18 июня 1875 г. Маркс обращает внимание на «поистине примечательное явление - сокращение продолжительности периодов, отделяющих один всеобщий кризис от другого», и характеризует это как «дурное предзнаменование для долговечности буржуазного мира» (см. настоящий том, стр. 117). В письме



ПРЕДИСЛОВИЕ VIII

Даниельсону от 10 апреля 1879 г. Маркс вскрывает важные особенности нового экономического кризиса в Англии, а также разъясняет роль строительства и эксплуатации железных дорог в развитии капитализма в различных странах. Он, в частности, отметил, что железные дороги «дали такой толчок концентрации капитала, которого раньше никто не предвидел, и в то же время ускорили и в громадной степени расширили космополитическую деятельность ссудного капитала, благодаря чему весь мир оказался опутанным сетью финансового мошенничества и взаимной задолженности - этой капиталистической формой «международного» братства» (см. настоящий том, стр. 291).

Образцом конкретно-исторического, диалектического подхода к анализу новых экономических фактов могут служить также замечательные разъяснения о значении государственной монополии при капитализме, которые Энгельс дал одному из руководящих деятелей германской социал-демократической партии В. Бракке. Предостерегая от одностороннего преувеличения экономически относительно прогрессивного характера государственной монополии, Энгельс ставил вопрос так: «не следует забывать, что всякая передача промышленных и коммерческих функций в руки государства может иметь в наши дни двоякий смысл и двоякий результат, смотря по обстоятельствам: либо реакционный-шаг назад к средневековью, либо прогрессивный - шаг вперед к коммунизму». Энгельс указывал, что исторически прогрессивной является не та государственная монополия, которая учреждается исключительно из финансовых и политических соображений господствующего класса, а только та, которая создается в силу повелительной внутренней, экономической необходимости (см. настоящий том, стр. 255-256). Эти положения, которые Энгельс впервые высказывает в переписке, становятся затем в более развернутой форме достоянием читателей его классического труда «Анти-Дюринг».

Научные занятия Энгельса в этот период были непосредственно связаны с работой над «Диалектикой природы». Замысел этого важнейшего произведения Энгельса возник еще в 1873 году. Как показывают письма, входящие в состав данного тома, к лету 1876 г. у Энгельса почти сложился план «Диалектики природы», а летом 1878 г. он получил уже окончательное оформление. Это было тем более важно, что как раз в условиях подготовки правительством Бисмарка исключительного закона против социалистов в Германии резко обострилась идеологическая борьба и особую актуальность приобрел вопрос о научных основах социализма.



ПРЕДИСЛОВИЕ IX

О том выдающемся значении, которое придавал Маркс этой работе Энгельса, свидетельствует его письмо В. Либкнехту от 7 октября 1876 г., которое на русском языке публикуется впервые (см. настоящий том, стр. 162).

Большой интерес в этой связи представляет письмо Энгельса Лаврову от 12-17 ноября 1875 г., почти совпадающее с одним из фрагментов «Диалектики природы». В этом письме Энгельс формулирует свое отношение к дарвинизму, дает диалектико-материалистическую интерпретацию теории развития органического мира. Энгельс выявляет здесь ограниченность выдвинутой Дарвином формулы «борьба за существование» и противопоставляет ей концепцию взаимодействия тел и организмов в природе; доказывает недопустимость механического перенесения законов животного мира на человеческое общество, как это пытались делать так называемые социальные дарвинисты, и показывает, как диалектика классовой борьбы в буржуазном обществе неизбежно приводит к социалистической революции.

Исходя из того, что естествознание составляет научную основу господства человека над силами природы, а естественнонаучные открытия имеют в конечном счете революционное значение для развития всего общества в целом, - Маркс и Энгельс внимательно следят за успехами естественных наук. Они высоко оценили, в частности, открытие немецкого физиолога М. Траубе, которому удалось экспериментальным путем создать «искусственные клетки» - модели живых клеток, способные воспроизводить их обмен веществ и рост (см. настоящий том, стр. 116- 117 и 192).

Разработка Марксом и Энгельсом общетеоретических проблем имела конечной целью идейное вооружение пролетарских партий в их борьбе за подготовку и проведение социалистической революции.

Наряду с теоретической деятельностью основоположников научного коммунизма важнейшее значение в этот период имеет их практическая деятельность по руководству международным рабочим движением.

В 1876 г. I Интернационал был формально распущен. Однако, как свидетельствуют многие письма данного тома, связи Маркса и Энгельса с рабочим движением стран Европы и США, установленные в период деятельности Интернационала, не были прерваны, - наоборот, они сохранились и в ряде случаев продолжали развиваться. Маркс и Энгельс оставались тем центром связи и руководства, куда сходились все нити от различных отрядов борющегося пролетариата всех стран. В этот период



ПРЕДИСЛОВИЕ X

Маркс и Энгельс поддерживают тесные контакты с социалистами Германии, Франции, Англии, США, России, Италии, Испании, Португалии, Швейцарии, Венгрии, Дании и других стран.

Переписка Маркса и Энгельса с социалистами этих стран являлась одним из важнейших средств связи с рабочим и социалистическим движением. Поэтому естественно, что письма Маркса и Энгельса содержат богатейший материал, раскрывающий их выдающуюся деятельность как организаторов и руководителей международного пролетариата.

После падения Парижской Коммуны центр европейского рабочего и социалистического движения переместился в Германию. Здесь после ее победы во франко-прусской войне и завершения политического объединения страны происходило особенно быстрое развитие капитализма и выступали особенно резкие социальные противоречия, вызванные этим развитием. Здесь уже возникла первая массовая марксистская партия пролетариата. Естественно, что переписка Маркса и Энгельса с деятелями немецкого рабочего движения и проблемы Германии занимают в настоящем томе центральное место.

Важнейшим событием в истории германского рабочего движения середины 70-х годов было объединение Социал-демократической рабочей партии (эйзенахцев) и Всеобщего германского рабочего союза (лассальянцев) в единую Социалистическую рабочую партию Германии в мае 1875 года. Особый этап в деятельности объединенной партии был связан с введением исключительного закона против социалистов в октябре 1878 года. Эти события наложили определенный отпечаток и на характер переписки данного тома.

В том входит ряд писем (важнейшие из них: Энгельс - Бебелю от 18-28 марта, Маркс - Бракке от 5 мая, Энгельс - Бракке от 11 октября и Энгельс - Бебелю от 12 октября 1875 г.), которые в своей совокупности дают цельное представление об отношении Маркса и Энгельса к объединению двух немецких рабочих организаций. Маркс и Энгельс положительно оценили возможность создания единой рабочей партии. Но они считали, что объединение должно произойти на принципиальной основе - при условии отказа лассальянцев от их мелкобуржуазной идеологии и сектантских догм, при том непременном условии, что в качестве основы общей программы объединенной партии будут приняты принципы научного коммунизма. Они считали также, что если такое объединение было еще невозможно, то следовало ограничиться соглашением о совместных действиях против общего врага. Когда же стало



ПРЕДИСЛОВИЕ XI

известно, что в погоне за «единством во что бы то ни стало» был составлен оппортунистический проект программы, Маркс и Энгельс подвергли этот проект обстоятельному научному разбору и суровой критике. Они резко протестовали против тех уступок в теоретических и политических вопросах, которые эйзенахцы сделали своим идейным противникам - лассальянцам.

В ходе критики проекта программы объединенной партии Маркс и Энгельс существенным образом развили важнейшие теоретические положения марксизма - о государстве, диктатуре пролетариата, партии, коммунистическом обществе.

Впоследствии, оценивая принятую объединительным съездом программу, Энгельс констатировал, что она состоит из лассальянских фраз, вульгарно-демократических требований и искаженных, якобы коммунистических положений. Маркс и Энгельс не отмежевались от нее публично только потому, что как для массы рабочих, еще не искушенных в теории и политике, так и для буржуа, которые испытывали страх перед растущим рабочим движением, эта программа казалась подлинно социалистической и революционной.

Несмотря на определенные успехи, достигнутые объединенной партией, что особенно наглядно проявилось в крупной победе социал-демократов на выборах в германский рейхстаг в январе 1877 г., Маркс и Энгельс неоднократно отмечали, что объединение, осуществленное на основе идейного компромисса, и в теоретическом и в практическом отношении понизило уровень партии. Это вскоре проявилось в различных теоретических шатаниях части членов объединенной партии, в политических и тактических ошибках ее руководителей. Переписка наглядно показывает, какую огромную конкретную помощь партии по преодолению этих ошибок и недостатков оказывали основоположники научного коммунизма.

В связи с борьбой против лассальянства, которую основоположники научного коммунизма вели на протяжении многих лет, - Маркс в известном письме В. Блосу от 10 ноября 1877 г. высказал от своего имени и от имени Энгельса категорически отрицательное отношение ко всякому культу личности: «Мы оба не дадим и ломаного гроша за популярность. Вот, например, доказательство: из отвращения ко всякому культу личности я во время существования Интернационала никогда не допускал до огласки многочисленные обращения, в которых признавались мои заслуги и которыми мне надоедали из разных стран, - я даже никогда не отвечал на них, разве только изредка за них отчитывал. Первое вступление Энгельса и мое в тайное общество коммунистов произошло под тем непременным условием,



ПРЕДИСЛОВИЕ XII

что из устава будет выброшено все, что содействует суеверному преклонению перед авторитетами (Лассаль впоследствии поступал как раз наоборот)» (см. настоящий том, стр. 241).

Компромисс с лассальянцами, приток в партию выходцев из мелкобуржуазной среды, отсутствие в стране революционной ситуации - все это создавало питательную почву для проникновения в партию мелкобуржуазной идеологии. Маркс и Энгельс повели ожесточенную борьбу против попыток подменить научное материалистическое мировоззрение идеалистической болтовней о справедливости, за подлинно пролетарский характер партии, за гегемонию пролетариата в революционном движении.

«Прилив мелких буржуа и крестьян, - писал Энгельс, - свидетельствует, правда, о колоссальных успехах движения, но вместе с тем это становится и опасным для него, как только забывают, что эти люди вынуждены прийти, но потому только и идут, что вынуждены.

Их присоединение доказывает, что пролетариат действительно стал руководящим классом.

Но так как они приходят с мелкобуржуазными и крестьянскими идеями и стремлениями, то нельзя забывать, что пролетариат не выполнит своей исторической руководящей роли, если будет делать уступки этим идеям и стремлениям» (см. настоящий том, стр. 338).

Объединенная партия в процессе роста переживала, по определению Энгельса, своеобразную «детскую болезнь», испытывая на себе пагубное влияние идей мелкобуржуазного утопического социализма. Необходимо было излечить рабочее движение от этой «детской болезни», помочь в целом здоровой партии избавиться от влияния и пережитков утопизма.

Среди различного рода враждебных марксизму идеологических течений в Германии в середине 70-х годов весьма опасным стало дюрингианство. Взгляды немецкого мелкобуржуазного идеолога Е. Дюринга представляли собой эклектическую смесь вульгарноматериалистических, идеалистических, позитивистских, вульгарно-экономических и псевдосоциалистических воззрений. Дюрингианство стало распространяться среди части членов эйзенахской партии еще до 1875 года. После компромисса эйзенахцев с лассальянцами опасность дюрингианства стала особенно значительной.

Даже некоторые влиятельные деятели партии склонялись к тому, чтобы принять новоявленное «социалистическое» учение. Наиболее фанатическим последователем Дюринга среди социал-демократов стал И. Мост. В условиях, когда партия еще



ПРЕДИСЛОВИЕ XIII

не вполне овладела принципами научного социализма, а рабочее движение еще не вполне освободилось от влияния различных форм домарксовского, утопического социализма, - это было реальной угрозой. Дело шло о теоретических основах немецкой рабочей партии, о судьбе передового отряда международного рабочего движения. Необходимо было разгромить лженаучные концепции Дюринга, развить и популяризировать учение Маркса.

Решение этой задачи выпало на долю Энгельса. Результатом было создание классического труда, подлинной энциклопедии марксизма - книги «Переворот в науке, произведенный господином Евгением Дюрингом», вошедшей в историю под названием «Анти-Дюринг». В этом труде было дано классическое изложение всех трех составных частей марксизма - диалектического и исторического материализма, политической экономии и теории научного коммунизма.

Переписка Маркса и Энгельса позволяет проследить историю создания «Анти-Дюринга», начиная от возникновения замысла этой работы в мае 1876 г., историю публикации этой работы в центральном органе партии - газете «Vorwarts» («Вперед») в 1877-1878 гг. и последующее распространение книги. В особенности переписка раскрывает участие Маркса в создании «Анти-Дюринга»: вместе с Марксом Энгельс принимает решение о необходимости выступить против Дюринга, Маркс пишет критический очерк по истории политической экономии (отдел второй, глава X), помогает Энгельсу в подборе материала для очерка предыстории научного социализма (отдел третий, глава I). Книга Энгельса сыграла выдающуюся роль в распространении марксизма. По ней обучались многие поколения активных участников рабочего движения, с ее помощью овладевали они революционным научным мировоззрением.

В разгар борьбы против дюрингианства Маркс и Энгельс обратили внимание и на другую угрожавшую партии опасность - распространение социал-реформистских взглядов людьми, группировавшимися вокруг берлинского журнала «Zukunft» («Будущее») и цюрихского журнала «Neue Gesellschaft» («Новое общество»). Оба журнала стали выходить в 1877 году; издателем первого был, по определению Маркса, «вкупившийся» в партию буржуа К. Хёхберг, издателем второго - тоже буржуа, примкнувший к социал-демократическому движению, Ф. Виде. Влияние реформизма проявлялось и в других социал-демократических изданиях.

Как видно по многим письмам, Маркс и Энгельс не только наотрез отказались сотрудничать в этих журналах, но и резко



ПРЕДИСЛОВИЕ XIV

выступили против тенденции заменить революционную теорию - реформистской, научный социализм - вульгарными социалистическими воззрениями. Они подвергли резкой критике всякого рода вульгарный утопизм, стремление на место научного анализа объективных тенденций развития общества поставить фантастические описания общества будущего. В своей переписке основоположники научного коммунизма окрестили подобных утопистов в среде немецких социал-демократов «социалистами будущего».

Особенно острой борьба Маркса и Энгельса против двух опасных тенденций в социалдемократическом движении - ультралевой (Мост) и правооппортунистической (Хёхберг и др.) - стала в период, последовавший после введения исключительного закона против социалистов.

Напуганное успехами социалистического и рабочего движения, правительство Бисмарка в октябре 1878 г. провело через рейхстаг закон, запрещавший все организации и издания социал-демократической партии. «Исключительный закон, - писал Маркс, - издается для того, чтобы отнять у социал-демократического движения даже видимость легальности... Поставить вне закона - таково было издавна верное средство объявлять противоправительственные движения «противозаконными» и тем самым ограждать правительство от закона» (см. настоящий том, стр. 64).

После введения исключительного закона немецкая социал-демократическая партия не сразу нашла верный путь и подходящие средства в новых условиях борьбы. Руководители ее проявили сильные колебания. В этих трудных условиях Маркс и Энгельс оказали партии огромную помощь. Они помогли ей определить тактику и формы организации, товарищеской критикой и мудрыми советами способствовали преодолению ошибок и недостатков, организовывали материальную поддержку отдельным лицам и всей партии.

Письма Маркса и Энгельса этого времени, особенно их письма А. Бебелю, В. Либкнехту, В. Бракке, Ф. А. Зорге, И. Ф. Беккеру, содержат богатейший теоретический материал, относящийся преимущественно к вопросам стратегии и тактики партии. Особо важное значение имеет знаменитое «Циркулярное письмо» Маркса и Энгельса (см. настоящий том, стр. 308- 323).

Весьма поучительной во всех отношениях была борьба Маркса и Энгельса против ультралевой тенденции, представленной главным образом в лице И. Моста. Этот бывший рабочий, превратившийся в профессионального литератора, после вве-



ПРЕДИСЛОВИЕ XV

дения исключительного закона вынужден был эмигрировать в Лондон, где стал издавать газету «Freiheit» («Свобода»), основное содержание которой составляли архиреволюционные фразы. В конце концов Мост скатился к анархизму и был исключен из партии. В переписке Маркса и Энгельса ясно видна линия размежевания с этим направлением и непримиримого отношения к нему. Они беспощадно разоблачают «героев революционной фразы», их безответственную болтовню о «революции огнем и мечом» (см. настоящий том, стр. 299). Высмеивая псевдореволюционное фразерство Моста и его газетки, Энгельс в одном из своих писем иронически замечает: ««Freiheit» из кожи лезет вон, чтобы стать самой революционной газетой в мире, но для этого недостаточно повторять в каждой строке слово «революция»» (см. настоящий том, стр. 349). Решительная борьба с показным «революционным» фразерством, которое так или иначе тянет в болото левого оппортунизма, стала критерием верности подлинно революционным принципам марксизма-ленинизма. Продолжение и развитие этой борьбы в наши дни является важнейшим залогом укрепления международного коммунистического и рабочего движения.

Однако сторонники Моста в германской социал-демократической партии были немногочисленны. Главную опасность в период после введения исключительного закона представлял правый оппортунизм, который нашел своих идеологов прежде всего в лице К. Хёхберга, Э.

Бернштейна и К. А. Шрамма. Эта «цюрихская тройка» опубликовала в августе 1879 г. в журнале «Jahrbuch fur Sozialwissenschaft und Sozialpolitik» («Ежегодник социальной науки и социальной политики»), который Хёхберг начал издавать в Цюрихе, своеобразный манифест оппортунизма и реформизма под названием «Ретроспективный обзор социалистического движения в Германии». Ознакомившись с этим «обзором» в начале сентября, Энгельс сразу же сообщил Марксу: «Хёхберг прямо заявляет, что немцы сделали ошибку, превратив социалистическое движение в чисто рабочее движение, и ненужным провоцированием буржуазии сами навлекли на себя закон против социалистов! Движением должны-де руководить буржуазные и образованные элементы, оно должно носить исключительно мирный, реформистский характер и т. д.» Такова была суть «манифеста». Маркс отвечал: «Я вполне разделяю твое мнение, что нельзя больше терять времени. Нужно резко и не стесняясь высказать наше мнение насчет вздора в «Jahrbuch»» (см. настоящий том, стр. 85 и 87).

Ежегодник Хёхберга появился как раз в то время, когда шли переговоры об издании в Цюрихе центрального органа



ПРЕДИСЛОВИЕ XVI

партии - газеты «Sozialdemokrat» («Социал-демократ»). Теперь стало ясно, что реформисты стремятся захватить газету в свои руки. Маркс и Энгельс повели самую решительную борьбу против этого замысла и против оппортунизма вообще, а также против посреднической, примиренческой позиции, занятой руководителями партии Либкнехтом и Бебелем. Кульминационным пунктом этой борьбы было составленное Энгельсом при непосредственном участии Маркса письмо Бебелю, предназначенное для всего руководства партии, - документ, вошедший в историю под названием «Циркулярного письма».

В настоящий том входит около двух десятков писем Маркса и Энгельса, позволяющих шаг за шагом проследить всю историю подготовки «Циркулярного письма» и достаточно полно воспроизвести всю картину развернувшейся борьбы Маркса и Энгельса против оппортунизма в рядах германской социал-демократической партии.

В. И. Ленин подчеркивал, что Маркс и Энгельс вели беспощадную войну с оппортунизмом в социал-демократии. Яростно боролись они против него в 1877-1879 годах. Их энергичная атака в 1879 г. привела к тому, что оппортунисты отступили. Правильный классовый инстинкт рабочих масс, критика, советы и помощь со стороны вождей международного пролетариата выправили положение в германской партии, сумевшей в период действия исключительного закона, в обстановке всяческих преследований, укрепить свои ряды, перестроить свою организацию, найти верный путь к массам, используя и сочетая легальные и нелегальные формы работы.

В письмах Маркса и Энгельса разносторонне отражаются их связи с рабочим движением Франции.

Переписка Маркса с Бракке за 1876-1877 гг. показывает, какую огромную работу проделал в это время Маркс для пропаганды опыта Парижской Коммуны, организовав с этой целью перевод на немецкий язык и издание в Германии книги П. Лиссагаре «История Коммуны 1871 года». Эта книга, написанная активным участником Парижской Коммуны на основании изучения большого фактического материала, представляла собой, по определению Маркса, первую достоверную и лучшую историю Коммуны, и поэтому издание ее имело важное значение для пролетарской партии (см. настоящий том, стр. 157 и 268). Маркс сам проверил и отредактировал перевод значительной части книги. Многие письма Маркса раскрывают лабораторию его работы над переводом. Дополнения, которые Лиссагаре внес в немецкое издание своей книги по сравнению с ее французским изданием, были сделаны, очевидно, под влиянием



ПРЕДИСЛОВИЕ XVII

Маркса; они касаются, в частности, вопроса о Коммуне как новой форме государственной власти.

После падения Парижской Коммуны Франция переживала период реакции. Монархически настроенные элементы во главе с президентом республики маршалом Мак-Магоном пытались совершить государственный переворот и упразднить республику. В стране развернулась острая борьба между республиканцами и монархистами. При таких обстоятельствах 1 июля 1877 г. в газете «Vorwarts» появилась статья под названием «Долой республику!» - подразумевалась буржуазная республика, до которой пролетариату, мол, нет никакого дела.

Автором этой ультралевой статьи был, очевидно, один из бывших вождей лассальянцев В.

Газенклевер. Попытка В. Либкнехта в ряде статей смягчить впечатление от этого промаха мало что изменила по существу.

Маркс и Энгельс резко осудили эту серьезную политическую ошибку центрального органа социал-демократической партии. «Нам кажется, - писал Энгельс Либкнехту, - что «Vorwarts » отнесся слишком уж легко к событиям во Франции. Правда, прямого отношения к рабочим они не имеют... И все же для развития Франции чрезвычайно важно, что нынешняя передышка до следующего подъема рабочего движения проходит в условиях буржуазной республики... что, наконец, прекращается потерявший для Франции всякий смысл спор о форме государства, и республика предстает как то, что она есть: как классическая форма господства буржуазии и в то же время классическая форма его наступающего разложения» (см. настоящий том, стр. 218). Это разъяснение имеет принципиальное значение для стратегии и тактики пролетариата.

Во второй половине 70-х годов упадок рабочего движения во Франции, последовавший за поражением Парижской Коммуны, сменился новым подъемом. Это нашло свое выражение в созыве ряда рабочих съездов, в основании в 1877 г. Ж. Гедом социалистической газеты «Egalite» и, наконец, в создании в 1879 г. французской Рабочей партии. Маркс считал, что это была первая французская рабочая газета в подлинном смысле слова и что это было первое действительное рабочее движение во Франции (см. настоящий том, стр. 378-379).

Большую роль в распространении марксизма во Франции и в подготовке условий для образования марксистской партии сыграло французское издание I тома «Капитала». Оно осуществлялось отдельными выпусками в течение трех лет (1872- 1875). Маркс полностью переработал французский перевод текста и внес значительное количество изменений и дополнений.



ПРЕДИСЛОВИЕ XVIII

Поэтому он справедливо считал, что французское издание имеет самостоятельное научное значение наряду с немецким оригиналом. Для французского издания Маркс составил предметный указатель, однако из-за ограниченного объема книги опубликовать его не удалось.

Письма Маркса, главным образом к французскому издателю «Капитала» М. Лашатру, показывают, какие большие трудности в условиях реакционного режима встречало издание и распространение «Капитала» во Франции.

Маркс и Энгельс придавали огромное значение созданию марксистской рабочей партии во Франции. Об этом свидетельствует, в частности, публикуемый впервые в составе Сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса фрагмент из не дошедшего до нас письма Маркса Геду, относящегося к концу 1878 или началу 1879 года. Как видно из ответного письма Геда, Маркс писал ему, что создание «независимой и боевой рабочей партии» имеет «величайшее значение» (см. настоящий том, стр. 283).

Маркс и Энгельс оказали непосредственную помощь руководителям французских социалистов в создании Рабочей партии. В мае 1880 г. в Лондоне на совещании, в котором приняли участие Маркс, Энгельс, Ж. Гед и П. Лафарг, была обсуждена программа французской Рабочей партии. Теоретическое введение к программе было сформулировано Марксом. Эта программа, свободная от недостатков Готской программы германской партии, была принята в ноябре 1880 г. на Гаврском съезде французской Рабочей партии. Имея в виду майское совещание, Энгельс в письме Бебелю мог с удовлетворением констатировать: «И во Франции дела идут отлично. Наши коммунистические воззрения там повсюду прокладывают себе дорогу» (см. настоящий том, стр. 353).

Иначе развивалось рабочее движение в Англии. Ее промышленная монополия была той экономической основой, которая тормозила развитие революционной борьбы пролетариата, создавала возможность подкупа его верхушки. Маркс с горечью отмечал это обстоятельство в одном из писем Либкнехту: «Благодаря периоду коррупции, наступившему с 1848 г., английский рабочий класс был постепенно охвачен все более и более глубокой деморализацией и дошел, наконец, до того, что стал простым придатком «великой либеральной партии», то есть партии своих собственных поработителей, капиталистов. Руководство английским рабочим классом целиком перешло в руки продажных лидеров тред-юнионов и агитаторов по профессии» (см. настоящий том, стр. 249). Классическую характеристику английского рабочего движения этого периода дал Энгельс в письме Э. Бернштейну от 17 июня 1879 г. (см. настоящий том,



ПРЕДИСЛОВИЕ XIX

стр. 295). В ряде писем Маркс жестоко бичует реформистских лидеров английских тредюнионов - Моттерсхеда, Хауэлла, Хейлза и им подобных. Особый интерес представляет письмо Маркса Гайндману от 8 декабря 1880 г., где Маркс говорит о возможном характере будущих революционных преобразований в Англии, о возможности ненасильственного пути развития революции в этой стране, - о возможности, которая может быть упущена английским рабочим классом, если он не научится использовать свою силу (см. настоящий том, стр.

383).

В 70-е годы значительно усилились связи основоположников марксизма с революционным движением в России, с русскими общественными деятелями. Среди тех, с кем в это время Маркс и Энгельс постоянно переписываются и поддерживают связи, были Г. А. Лопатин, П. Л. Лавров, В. Н. Смирнов, Н. И. Утин, Н. Ф. Даниельсон, М. М. Ковалевский, Е.

Дмитриева, А. В. Корвин-Круковская, М. К. Горбунова и другие. Огромный интерес и серьезное внимание, которые Маркс и Энгельс проявляли к России - тогда сравнительно отсталой стране, определялись, в конечном счете, той выдающейся ролью, которую предстояло сыграть русскому революционному движению в общих судьбах международного пролетариата и которую Маркс и Энгельс уже с конца 50-х годов осознавали все более и более определенно.

Мысль о всемирно-историческом значении предстоящей русской революции все более настойчиво повторяется в письмах Маркса и Энгельса. Если не считать Германии, - пишут они, - то страной, за которой необходимо следить наиболее внимательно, является Россия.

Здесь в первую очередь должна начаться революция. А если это совершится во время неизбежной войны между Германией и Россией, тогда неизбежно и обратное воздействие на Германию. «Революция начнется на этот раз на Востоке, бывшем до сих пор нетронутой цитаделью и резервной армией контрреволюции». Революция в России «будет ближайшим поворотным пунктом во всемирной истории». Россия «находится накануне всемирноисторического кризиса». Эта страна «создала революционную партию, обладающую неслыханной способностью к самопожертвованию и энергией» (см. настоящий том, стр. 130-131, 229-230, 344, 357).

Имея в виду подобные высказывания основоположников научного коммунизма, В. И. Ленин в своем известном предисловии к русскому переводу книги «Письма И. Ф. Беккера, И.

Дицгена, Ф. Энгельса, К. Маркса и др. к Ф. А. Зорге и др.» следующим образом резюмировал отношение Маркса и Энгельса к перспективам русской революции: «Маркс и Энгельс были



ПРЕДИСЛОВИЕ XX

полны самой радужной веры в русскую революцию и в ее могучее всемирное значение. На протяжении почти двадцати лет мы видим в данной переписке это страстное ожидание революции в России» (В. И. Ленин. Полное собрание сочинений, т. 15, стр. 247).

Именно потому, что Маркс и Энгельс возлагали такие надежды на всемирно-исторические последствия революции в России, - они так внимательно следили за всеми процессами и событиями, которые могли ускорить этот революционный взрыв. Именно этим объясняется также и их позиция в отношении русско-турецкой войны 1877-1878 годов. Маркс и Энгельс считали, что с точки зрения создания необходимых предпосылок европейской революции в целом поражение царской России было желательнее, потому что это дало бы толчок для развертывания революционных событий в самой России и тем самым ускорило бы начало революционного процесса во всей Европе. Вместе с тем они отмечали как положительный факт то, что в результате этой войны ускорялся распад турецкой империи (см. настоящий том, стр.

248). Несмотря на корыстные политические цели царизма в русско-турецкой войне 1877- 1878 годов, победы русской армии объективно способствовали национальному возрождению балканских народов и становлению их государственного суверенитета.

Письма Маркса и Энгельса свидетельствуют о разнообразной помощи, которую вожди пролетариата стремились оказывать русскому революционному движению. Частными примерами такой конкретной помощи, материал о которых дает переписка, являются: организация выступления ирландского депутата О'Клиери в английском парламенте о репрессиях в России, отповедь на клеветническую статью о русской революционной литературе, организация помощи отдельным русским революционерам-эмигрантам и многое другое. Укрепляя интернациональные связи европейского рабочего движения с освободительным движением в России, Маркс и Энгельс добивались того, чтобы социалистические партии, и прежде всего немецкие социал-демократы, относились с должным вниманием к русскому революционному движению, сознавали его огромное значение для судеб пролетарской революции в Европе и развития революционного процесса во всем мире.

Большое значение для теоретического вооружения русских революционеров-социалистов имело издание на русском языке «Капитала». Это был первый перевод его на иностранный язык. В письмах Маркса Даниельсону за 1878 г. содержатся указания относительно тех изменений, которые необходимо внести во



ПРЕДИСЛОВИЕ XXI

второе русское издание I тома «Капитала». В 1880 г. Маркс мог с глубоким удовлетворением констатировать тот очевидный факт, что «в России... «Капитал» больше читают и ценят, чем где бы то ни было» (см. настоящий том, стр. 380).

На исходе 70-х годов, предвосхищая будущее развитие событий, Энгельс предусматривал две возможные перспективы революции. «Одно из двух: либо падет самодержавие, и тогда тотчас же, с падением этого мощного оплота реакции, в Европе повеет другим ветром; либо разразится европейская война, и в неизбежной борьбе каждого народа за свое национальное существование эта война похоронит и нынешнюю германскую партию. Такая война была бы для нас величайшим несчастьем, она могла бы отбросить движение на двадцать лет назад.

Но новая партия, которая в конце концов должна была бы создаться в результате всего этого, освободилась бы во всех европейских странах от всяческих колебаний и мелочности, которые теперь повсюду тормозят движение» (см. настоящий том, стр. 342). Если историческое развитие пошло и не буквально так, как это предсказывал здесь Энгельс, то все же предвидение вождя пролетариата во многих отношениях оказалось поистине пророческим. Достаточно упомянуть банкротство немецкой социал-демократии во время империалистической войны, возникновение в России во главе с В. И. Лениным пролетарской партии нового типа, осуществившей Великую Октябрьскую социалистическую революцию 1917 года, которая изменила не только лицо Европы, но и облик всего мира, открыла новую историческую эпоху торжества коммунизма.

Письма Маркса и Энгельса содержат богатейший биографический материал, относящийся не только к их научной и политической деятельности во второй половине 70-х годов, но и к их личной жизни.

После переезда Энгельса к Марксу в Лондон в 1870 году переписка между ними происходила главным образом в те сравнительно непродолжительные периоды, когда необходимость лечения и отдыха заставляла их покидать Лондон. Вследствие этого первая часть настоящего тома - переписка между Марксом и Энгельсом - значительно уступает по объему второй части тома - письмам Маркса и Энгельса к разным лицам.

* * *

В настоящий том включено 41 новое письмо Маркса и Энгельса, не входившее в состав первого издания Сочинений. Из них 20 писем были опубликованы в различных зарубежных изданиях, 3 письма - в советских изданиях, 18 писем публи-



ПРЕДИСЛОВИЕ XXII

куются впервые по рукописям и копиям, хранящимся в Институте марксизма-ленинизма при ЦК КПСС.

В приложениях к тому печатаются 9 писем Женни Маркс, Женни Лонге и Элеоноры Маркс. Эти письма либо написаны по поручению Маркса, либо воспроизводят его отдельные мысли и свидетельствуют о его отношении к тем или иным событиям. В приложениях печатаются также записи содержания не дошедших до нас 9 писем Маркса К. Гиршу, извещение Энгельса о смерти его жены Л. Бёрнс и отрывок из интервью Маркса с корреспондентом газеты «Tribune». Большинство писем, включенных в состав приложений, публикуется впервые.

Все эти документы существенно дополняют биографические сведения о Марксе и Энгельсе, являются ценным материалом для характеристики их политической и научной деятельности в 1875-1880 годах.

Учитывая органическую связь писем Энгельса - А. Бебелю от 18-28 марта 1875 г., Маркса - В. Бракке от 5 мая 1875 г. и «Циркулярного письма» Маркса и Энгельса со всей их перепиской того времени, принимая во внимание особое научное и политическое значение этих писем, а также стремясь наиболее полно представить переписку Маркса и Энгельса с А. Бебелем и В. Бракке, - эти три письма, уже вошедшие в 19 том настоящего издания, воспроизводятся также и в данном, 34 томе.

Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС К. МАРКС и Ф. ЭНГЕЛЬС ПИСЬМА ЯНВАРЬ 1875-ДЕКАБРЬ 1880


1

Часть первая ПЕРЕПИСКА МЕЖДУ К. МАРКСОМ и Ф. ЭНГЕЛЬСОМ 1875-1880


3
3

1875 год 1

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОНЕ [Лондон, февраль - март 1875 г.]

Берись за дело, но в насмешливом тоне. Это так глупо, что и Бакунин мог приложить руку. Петр Ткачев прежде всего хочет показать читателю, что ты обходишься с ним как со своим противником, и поэтому измышляет всевозможные несуществующие спорные пункты.

Впервые опубликовано на русском языке в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 2 изд., т. 18, 1961 г. (в примечании 444)

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 2

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В РАМСГЕТ Карлсбад, 21 августа 1875 г.

«Germania», Schlosplatz*

Дорогой Фред!

В прошлое воскресенье я прибыл сюда3. Д-р Краус уже опять уехал в Гмунд, к своей семье. Его отношения с женой снова наладились.


* «Германия» - отель в Карлсбаде (чешское название: Карлови-Вари), находившийся на Замковой улице у Замковой площади. Ред.

1 2


4
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 21 АВГУСТА 1875 г.

Я намерен теперь сам быть своим собственным врачом, и, как признался мне с кроткой грустью д-р Ганс, так обстоит дело не меньше чем с третьей частью старых посетителей курорта. Весьма целебно действует на меня также отсутствие моего лейб-медика Кугельмана4.

Несмотря на смену лиц, публика выглядит здесь как и прежде: «средний человек» Кетле5 составляет исключение; наоборот, преобладают крайности: толстые, как бочка, и худые, как жердь.

Я по меньшей мере двенадцать часов на воздухе, и по освобождении от «дела» мое главное развлечение состоит в том, чтобы придумывать все новые прогулки, открывать незнакомые места и новые виды в горных лесах; при этом бывает масса неожиданностей, так как я не обладаю большой способностью ориентироваться.

С сегодняшнего дня, когда я получил квитанцию об уплате таксы за лечение, я, с полицейской точки зрения, нахожусь в безопасности. Записался я в качестве доктора философии, а не рантье, что весьма кстати для моего кошелька. Мой однофамилец, полицейдиректор в Вене, так любезен, что всегда приезжает одновременно со мной.

Вчера вечером я отправился в «Хмелевую лозу»*, славящуюся своим пивом, выпить стакан гисхюбельской минеральной воды. Там были карлсбадские филистеры, и весь разговор вертелся вокруг неисчерпаемого вопроса, вызывающего здесь бесконечные споры и деления на партии: о сравнительных преимуществах старого пильзенского, бюргерского и акционерного пива. «Да, - заявил один, - старого я выпиваю шутя пятнадцать стаканов» (а они не малы). «Ну, - ответил другой, - раньше я тоже был в данном вопросе партийным человеком, но теперь я стою выше этих споров. Я пью с одинаковым успехом все сорта без разбора» и т. д. А рядом с этими мудрыми местными жителями сидели также два берлинских франта, референдарии6 или что-то в этом роде. Эти спорили о преимуществах кофе в различных прославленных карлсбадских ресторанах, и один с торжественной серьезностью утверждал: «Статистически» (!) «доказано, что лучшее кофе - это в Шёнбруннском саду»7. Тогда один из местных жителей воскликнул: «Наша Богемия все же велика и творит великое.

Ее пильзенское пиво рассылается во все страны; у крупного пивовара Зальцмана есть теперь в Париже свой филиал; оно идет даже в Америку! К сожалению, мы не можем послать им также наши


* «Хмелевая лоза» («Zum Hopfenstock») - отель в Карлсбаде. Ред.


5
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 21 АВГУСТА 1875 г.

огромные, высеченные в скалах, погреба, а они необходимы для пильзенского!».

Сообщив тебе in nuce* полученные мной здесь до сих пор впечатления от мирской суеты, расскажу кое-что о путевых происшествиях.

В Лондоне вошел впопыхах в наш вагон пронырливого вида еврейчик с маленьким чемоданом под мышкой. Перед самым Хариджем он начинает искать ключи, чтобы открыть свой чемодан и посмотреть, как он говорит, упаковал ли его конторский мальчик все необходимое платье. «Ибо я, - сказал он, - получил в конторе от моего брата из Берлина телеграмму, что должен немедленно выехать в Берлин, и поэтому послал мальчика к себе домой, чтобы он принес мне необходимые вещи». После долгих поисков он наконец находит, правда, не настоящий ключ от чемодана, но все же ключ, открывающий чемодан, и видит, что брюки и пиджак не подходят друг к другу, что не хватает ночных рубашек, сюртука и т. д. На пароходе еврейчик раскрывает передо мной свою душу. «Мир не видал еще такого мошенничества»**, - восклицал он снова и снова. История такова. Немецкий янки, по имени Бёрнштейн или Бернштейн, рекомендованный ему его берлинским приятелем Нёйманом, надул его на 1700 ф. ст., его, которого считают одним из самых ловких коммерсантов***! Этот парень, который выдавал себя за коммерсанта, ведущего торговлю с Африкой, показывал ему счета за товары на многие тысячи фунтов стерлингов, купленные им якобы в Брадфорде и в Манчестере у первоклассных фирм; пароход с этими товарами стоит, мол, в Саутгемптоне. Он ссудил ему поэтому просимую сумму. Так как он, однако, после этого ничего не слышит об этом господине, то у него начинают возникать опасения. Он пишет в Манчестер и в Брадфорд. Ответные письма он мне тоже показывал. Ответы эти гласят: Бёрнштейн брал у них образцы и купил товары с уговором расплачиваться за то и за другое при получении товаров; счета были лишь формальные, товары никогда не были взяты. В Саутгемптоне накладывается арест на груз, и оказывается, что погруженные на пароход товары Бёрнштейна состояли лишь из тюков, наполненных соломенными матрацами. Наш еврейчик, которого приводило в беспокойство, помимо потери 1700 ф. ст., еще, главным образом, и то обстоятельство,


* - вкратце. Ред.

** В оригинале Маркс приводит это слово в еврейском произношении (Betriegerei). Ред.

*** В оригинале последние слова приводятся в еврейском произношении (fur einen der gescheidesten Handelsleit). Ред.


6
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 21 АВГУСТА 1875 г.

что могли провести за нос такого ловкого коммерсанта, как он, написал в Берлин своему приятелю Нёйману и своему брату. Последний известил его по телеграфу, что Бёрнштейна обнаружили в Берлине, дали знать о нем полиции, которая установила за ним слежку, и что он должен немедленно выехать. «Намерены ли вы, - спросил я, - привлечь этого господина к суду?» «Ни в коем случае*, я хочу получить от него свои деньги». Я: «Деньги эти он, вероятно, уже промотал». Он: «Ни в коем случае*! Ведь в Сити (тут он перечислил целый ряд имен) он надул других господ на 1200 фунтов стерлингов. Мне он должен заплатить, а другие пусть сами подумают, как с ним справиться». Интереснее всего было то, что при нашем прибытии в Роттердам выяснилось, что он может ехать лишь до Миндена, откуда у него будет возможность отправиться дальше лишь на следующий день в 11 часов утра. Парень ругал, как шальной, железнодорожную администрацию. Но все было напрасно.

На пароходе у нас был странный гость - мертвец. Его сопровождал рыжеволосый немец.

Последний рассказал мне, что имя покойного Нассауэр, молодой человек 34 лет, из Майнца, приехал в Лондон погостить, его задавил экипаж, семья хочет, чтобы его хоронили дома.

Этот сопровождавший труп пассажир также не мог сразу ехать дальше. Капитан парохода заявил ему, что они не могут выдать труп, пока не будут выполнены известные формальности у немецкого консула.

Между Кёльном и Франкфуртом (я нигде не останавливался) в вагон сел католический священник светского вида. Из его разговора с другими я понял, что он возвращается во Франкфурт, место своего постоянного жительства, из Дублина, где он присутствовал на торжествах в честь О'Коннела8. Рассказывал он очень живо. В Кобленце, где была пересадка, я очутился с ним в вагоне один на один. Он ехал новым путем через Флиссинген: пароход надо безусловно предпочесть паршивой хариджской шхуне. Я пытался втянуть его в разговор о культуркампфе9, но сначала он держался недоверчиво и в высшей степени сдержанно, однако говорил с большим энтузиазмом о красноречии монсеньёра Каппеле. Наконец, мне на помощь пришел святой дух**. Поп вытащил свою фляжку, она оказалась пуста; и тут он мне рассказал, что со времени своего прибытия в Голландию он испытывает голод и жажду. Я предложил ему бутылку коньяку, после нескольких глотков из нее он разошелся.


* В оригинале эти слова приводятся в еврейском произношении (Bei Laibe nicht). Ред.

** Игра слов: «Geist» - «дух», а также «спирт». Ред.


7
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 21 АВГУСТА 1875 г.

Напился он вдоволь. Когда входили пассажиры, он плоско шутил с ними на родном языке, но беседу со мной продолжал на английском языке, на котором говорит очень хорошо.

«Свобода у нас в Германской империи так велика, что по поводу культуркампфа надо говорить по-английски». Еще до того, как мы вышли во Франкфурте, я сказал ему, все еще скрывая свое имя, что ему не надо удивляться, если в ближайшие дни он прочтет в газетах о новом заговоре между черным и красным Интернационалами10. Во Франкфурте я узнал (в редакции «Frankfurter Zeitung»), что моим спутником был г-н Муцельбергер, который в известной мере заменяет там католического епископа. Он тоже, должно быть, увидел мое имя во «Frankfurter Zeitung» (которую он читает). Она поместила заметку о том, что я был там проездом11.

Видел Зоннемана, который только что опять судился из-за отказа назвать корреспондента и снова получил отсрочку на десять дней, но теперь в последний раз12. Зоннеман - светский человек, у которого, однако, заметно сознание собственной важности. В продолжительной беседе он изложил мне следующее. Его главная цель - втянуть мелкую буржуазию в социал-демократическое движение. Финансовая мощь его газеты* коренится в том, что она является общепризнанной лучшей биржевой и торговой газетой Южной Германии. Он отдает себе вполне ясный отчет об услуге, какую оказывает его газета рабочей прессе, как разносчик политических новостей. Но, с другой стороны, эта партия ничего для него не делает. Так, например, он пригласил в качестве корреспондента Вальтейха; но ему правление объединенной партии13 запретило корреспондирование. Либкнехт выступает в рейхстаге слишком, мол, демагогически; Бебель, напротив, пользуется всеобщим признанием и т. д. - Я еще раз повидаюсь с ним на обратном пути. Видел также д-ра Гвидо Вейса, который приехал на несколько дней к своей дочери (жене д-ра Штерна, одного из редакторов «Frankfurter Zeitung»).

Если бы я пришел в редакцию несколькими минутами раньше, со мной приключилось бы несчастье - встреча с Карлом Майером из Швабии (бывшим редактором «Beobachter»).

Между прочим. Дела во Франкфурте и во всех главных торговых центрах обстоят еще хуже, чем это можно заключить из немецких газет.

Твой друг Кафьеро живет у Бакунина и даже купил для него дом в Лугано.


* - «Frankfurter Zeitung». Ред.


8
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 21 АВГУСТА 1875 г.

А пока vale faveque*. Я должен снова приниматься за «дело».

Сердечный привет мадам Лиззи.

Твой Мавр


* - прощай и будь здоров. Ред.

** Игра слов: «Heil» - «спасение» (души), а также «лечение». Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 3

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В РАМСГЕТ Карлсбад, 8 сентября 1875 г.

«Germania»

Дорогой Фред!

Ты, вероятно, знаешь уже от Тусси, что мое первое письмо, которое я собственноручно, в присутствии д-ра Ганса младшего, 18 августа сдал на ее имя на здешнем главном почтамте, перехвачено, без сомнения - прусской почтой. Позднейшие дошли; последнее, которое я послал ей на прошлой неделе, разделило, кажется, судьбу первого, ибо в противном случае я уже имел бы, очевидно, ответ от нее.

Лечение на этот раз действует на меня превосходно; за редким исключением я также хорошо сплю. Недаром же, согласно заявлениям многочисленных знакомых моих врачей, я - образцовый пациент Карлсбада. Эти господа сами старались меня при случае совратить с пути «спасения»** под тем предлогом, что «присутствует врач» и т. д., но искусители потерпели неудачу.

В качестве пациента, приезжающего вторично, я занял более высокий ранг при пользовании источниками. В прошлом году главными моими источниками были: Терезиенбрунн (41°

Реомюра), Марктбрунн (39°) и Мюльбрунн (43,6°); тогда я только два раза принимал по стакану Шпрудель. В этом году, со второй недели, - Фельзенквелле (45° Реомюра, один стакан ежедневно), Бернардсбрунн (53,8°, два стакана) и Шпрудель (59- 60° Реомюра, два стакана), всего пять стаканов горячего ка-


9
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 8 СЕНТЯБРЯ 1875 г.

ждое утро; к этому еще добавляются стакан холодного Шлоссбрунн рано утром и стакан на ночь.

Вода Шпрудель, согласно анализу профессора Фердинанда Рагского, имеет следующий состав14.

В 16 унциях = 7680 гранам: сернокислого кали ................................................................... 1,2564 сернокислого натра ................................................................ 18,2160 хлористого натрия .................................................................... 7,9156 углекислого натра .................................................................. 10,4593 углекислой извести .................................................................. 2,2870 углекислой магнезии ............................................................... 0,9523 углекислого стронциана .......................................................... 0,0061 углекислого железа .................................................................. 0,0215 углекислого марганца .............................................................. 0,0046 фосфорнокислого глинозема .................................................. 0,0030 фосфорнокислой извести ........................................................ 0,0015 фтористого калия ..................................................................... 0,0276 кремнезема ................................................................................ 0,5590 сумма твердых составных частей ......................................... 41,7099 свободной и полусвязанной угольной кислоты .................... 5,8670

Среди молодцов, которые здесь призывали отпраздновать битву при Седане15, был Густав Кётген, купец из Бармена; уж не тот ли это старый дурак16?

Имей в виду: Карл Грюн делает тебе конкуренцию, издает весной будущего года натурфилософскую книгу, он уже напечатал введение в берлинском журнале «Wage», который Вейс прислал мне из Берлина17.

Я уезжаю отсюда в субботу*, сначала в Прагу, так как получил сегодня оттуда письмо от Оппенхейма**. Из Праги поеду через Франкфурт.

Зашел сейчас д-р Флеклес, зовет меня обедать. Итак, из длинного письма ничего не выходит; да и Флеклес говорит, что это мешает лечению.

Сердечный привет мадам Лиззи.

Твой Мавр


* 11 сентября. Ред.

** Ср. настоящий том, стр. 120. Ред.

Впервые опубликовано с сокращением в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого


10

1876 год 4

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН Рамсгет, 24 мая 1876 г.

3, Adelaide Gardens Дорогой Мавр!

Только что получил два прилагаемых письма19. Над нашей партией в Германии тяготеет проклятие оплачиваемых агитаторов и полузнаек*. Если так будет продолжаться, то лассальянцы скоро станут самыми светлыми головами, ибо они меньше всего воспринимают глупости, а сочинения Лассаля являются наименее вредным средством агитации. Хотел бы я знать, чего собственно хочет от нас этот Мост и что нам делать, чтобы ублаготворить его. Ясно одно: эти люди представляют себе дело так, будто Дюринг своими подлыми нападками на тебя сделал себя неуязвимым с нашей стороны, ибо если мы высмеем его теоретические нелепости, то это будет выглядеть как месть за его личные выпады! Оказывается, чем грубее Дюринг, тем более смиренными и кроткими должны быть мы; и поистине милостью со стороны г-на Моста является то, что он еще не требует, чтобы мы не только в благожелательном тоне и в частном порядке указали г-ну Дюрингу на его ошибки (как будто речь идет только об одних ошибках), с тем чтобы он исправил их в следующем издании20, - но еще сверх того поцеловали бы его в задницу. Человек этот - имею в виду Моста - умудрился дать краткое изложение всего «Капитала»21 и все-таки ничего в нем не уразуметь. Это ясно видно из его письма, и это характеризует его самого. Все подобные нелепости были бы невозможны, если бы вместо Вильгельма** во главе стоял человек, обладающий хоть некоторым теоретическим пониманием, чело-


* В оригинале на берлинском диалекте (Halbjebildeten). Ред.

** - В. Либкнехта. Ред.

18


11
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 25 МАЯ 1876 г.

век, который не печатал бы с радостью всевозможной ерунды - чем нелепее, тем лучше - и не рекомендовал бы ее рабочим всем авторитетом газеты «Volksstaat». В конце концов эта история рассердила меня до бешенства, и спрашивается, не пора ли серьезно подумать о нашем отношении к этим господам.

Для глупого Вильгельма все это - лишь желанный повод требовать скорее рукопись22.

Что за вождь партии!

Прилагаю из вчерашнего номера «Daily News» интересную корреспонденцию из Константинополя; автору тем более можно верить, что революция софт23 ему никак не по душе. История на Востоке начинает приближаться к кризису: возобновленная сербами попытка получить заем, то есть приостановить платежи по векселям, и новые требования герцеговинских повстанцев24 показывают, как интригует и подстрекает там Россия. С нетерпением жду, как пойдет дело дальше.

Сегодня у нас первый дождливый день, вчера был лишь непродолжительный ливень. Надеюсь, что у Женни все благополучно25. Лиззи и я шлем сердечные приветы всем вам, Лонге и Лафаргам.

Твой Ф. Э.

Только сейчас обратил внимание, что Вильгельм послал мне бандеролью всю рукопись Моста26. Кто знает, допустимо ли это с международной точки зрения и потому дойдет ли она! Не зайдешь ли ты посмотреть, там ли она; если там, то пришли ее мне, я остаюсь здесь до пятницы на следующей неделе*. Миссис Лизон покажет тебе, где она хранит полученные для меня бумаги и т. д.


* 2 июня. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 5

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В РАМСГЕТ [Лондон], 25 мая 1876 г.

Дорогой Фред!

Одновременно с этим письмом сдаю на почту полученную рукопись Моста26 в ее прежней упаковке. Прилагаемую мазню


12
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 25 МАЯ 1876 г.

Вильгельма* я вскрыл, потому что думал, что она имеет отношение к Мосту. Кроме того, я захватил из твоего дома для отсылки тебе проспект, присланный компанией Большой северной железной дороги, думая, что это - нечто деловое, но теперь вижу, что он содержит лишь Программу экскурсий для туристов.

Мнение мое таково, что «наше отношение к этим господам» можно выявить только в виде решительной критики Дюринга. Он, очевидно, интриговал среди преданных ему литературных неучей-карьеристов, чтобы помешать такой критике; они, с своей стороны, рассчитывали на хорошо им известную слабохарактерность Либкнехта. Либкнехт обязан был, между прочим, - и это должно быть ему сказано, - объяснить этим молодцам, что он неоднократно требовал такой критики и что в течение ряда лет (ибо история начинается со времени моего первого возвращения из Карлсбада27) мы отклоняли это как работу второстепенного значения. Как ему известно и как доказывают его письма к нам, серьезность этого дела выявилась только тогда, когда путем неоднократной присылки писем разных неучей он обратил наше внимание на опасность распространения таких плоских идей внутри партии.

Что касается in specie** г-на Моста, то он, разумеется, должен считать Дюринга замечательным мыслителем, потому что этот последний не только в лекции перед берлинскими рабочими, но позднее также черным по белому в печати28 совершил открытие, что лишь Мост сделал нечто разумное из «Капитала»21. Дюринг систематически льстит этим неучам, за что они никак не могут упрекнуть нас. Гнев Моста и компании по поводу того способа, каким ты принудил к молчанию швабского прудониста29, характерен. Этот предостерегающий пример вызывает у них опасения, и они хотят раз навсегда при помощи сплетен, благонамеренного простодушия и возмущенной братской любви сделать невозможной подобную критику.

Впрочем, корень зла заключается в том, что у Либкнехта не хватает материала, в чем, собственно говоря, обнаруживается его редакторский талант. Однако его мелочность доходит до того, что, несмотря на недостаток материала, он все же избегает упомянуть хотя бы одним словом об «Истории французской коммуны» Беккера*** или, по крайней мере, дать несколько выдержек из нее.


* - В. Либкнехта. Ред.

** - специально. Ред.

*** Б. Беккер. «История Революционной парижской коммуны 1789-1794 годов». Ред.


13
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 25 МАЯ 1876 г.

Ты помнишь, что недавно, когда мы говорили о Турции, я указал тебе на возможность возникновения среди турок пуританской партии (опирающейся на Коран). Это теперь осуществилось. Согласно корреспонденции из Константинополя во «Frankfurter Zeitung», имеется в виду устранить султана, если так будет продолжаться, и посадить на его место его брата30. Корреспондент, говорящий по-турецки и много общающийся в Константинополе с турками, подчеркивает, между прочим, что они хорошо понимают игру Игнатьева, который распускает все тревожные слухи среди христиан в Константинополе. Несомненно одно: с турками нельзя покончить, не оседлав их, а русские, которые не решились (или из-за безденежья не были в состоянии) использовать подходящий момент для решительных действий, нынешней авантюрой могут, пожалуй, сделать больше для развала своего собственного режима, чем для краха турок в Европе.

Женничка чувствует себя хорошо, но малыш немного нездоров; однако, по словам врача, ничего серьезного. Он будет назван Жан (имя отца Лонге) Лоран (прозвище Лауры) Фредерик (в твою честь).

Копенгагенцы пригласили меня на рабочий съезд (в начале июня)31 телеграммой и письмом к Пио (который в понедельник* уехал). Фантастическое представление, будто я могу давать теперь подобные гастроли.

Наш парк сегодня загорожен досками. Забавно, что в Англии продолжают в виде курьеза существовать старогерманские обычаи. Это - сохранение «настоящей свободной собственности» путем огораживания и поэтому путем выхода из общей марки.

Пумпс написала длинные письма моей жене и Тусси. Хотя орфография местами и хромает, все же, что гораздо важнее, она сделала поистине поразительные успехи в стиле и умении излагать.

Сердечный привет мадам Лиззи.

Твой К. Маркс Каким ослом стал Диззи**! В тот момент, когда Англия совершенно изолирована, он упорствует в том, чтобы удержать в тюрьме около дюжины фениев!32

Что касается «Рихтера», то Либкнехт при наличии таких предостережений не должен был бы ограничиваться одними намеками33. Не исключена возможность, что моя адресная книга уехала вместе с Рихтером, но пока я в это не верю.


* 22 мая. Ред.

** - Дизраэли. Ред.


14
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 25 МАЯ 1876 г.

Что Эйххоф работает на Арнима, нам ведь было известно задолго до Либкнехта, и при ненависти Эйххофа к Бисмарку и Штиберу в этом совсем нет ничего удивительного. Nota bene*: во «Frankfurter Zeitung» напечатан прусский приказ об аресте Арнима, согласно которому у него должны быть отобраны его деньги, а он сам должен быть передан в руки берлинской полиции, иностранным же властям гарантируются возмещение расходов и взаимные услуги! (Это из-за дела о похищении им документов, которое уже рассматривалось судом.)34


* - Обрати внимание. Ред.

** - друг. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV. Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 6

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН Рамсгет, 28 мая 1876 г.

Дорогой Мавр!

Тебе легко говорить. Ты можешь лежать в теплой постели, заниматься русскими земельными отношениями в частности и земельной рентой вообще, и ничто тебе не мешает. Я же должен сидеть на жесткой скамье и тянуть холодное вино, потом вдруг все бросать и снова приниматься за скучного Дюринга. Но ничего не поделаешь, раз уж я тоже втягиваюсь в полемику, конца которой совершенно не видно; ведь все равно я не буду иметь покоя. К тому же amicus** Мост своим панегириком «Курсу философии» Дюринга26 сам ясно указал мне, откуда и как следует вести нападение. Эту книгу тоже необходимо принять во внимание, потому что во многих решающих пунктах она лучше вскрывает слабые стороны и основы рассуждений, приводимых в «Экономии»35. Я сейчас же закажу ее. В сущности, в ней совсем нет собственно философии - формальной логики, диалектики, метафизики и т. д.; она скорее пытается дать общее учение о науке, учение, в котором природа, история, общество, государство, право и т. д. рассматриваются в некоторой якобы внутренней связи. Затем в ней имеется целый раздел, в котором описывается будущее, или так называемое «свобод-


15
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 28 МАЯ 1876 г.

ное» общество, меньше всего с экономической стороны, и, между прочим, уже разработан учебный план для начальной и средней школы будущего. В ней, таким образом, преподносятся пошлости в еще более упрощенной форме, чем в его экономическом сочинении, и, беря обе книги вместе, можно разоблачить этого субъекта одновременно и с этой стороны. Для критики исторической концепции нашего рыцаря, - сводящейся к тому, что до Дюринга была одна дрянь, - эта книга имеет еще то преимущество, что по ней можно цитировать его собственные грубости. Так или иначе, теперь он у меня в руках*. Мой план готов - j' ai mon plan. Вначале я подхожу к этой ерунде чисто деловым образом и как будто принимаю ее всерьез, но постепенно, по мере того как я разоблачаю его нелепости, с одной стороны, и пошлости - с другой, критика становится все резче, а под конец удары сыплются на него градом. Таким путем Мост и компания лишаются предлога говорить о «жестокости» и т. д., а Дюрингу достается по заслугам. Должны же мы показать этим господам, что умеем разделываться с такими людьми самыми различными способами.

Надеюсь, Вильгельм** напечатает статью Моста в «Neue Welt», для которого она, очевидно, и написана. Мост, как всегда, не умеет списывать и приписывает Дюрингу в области естествознания самые забавные нелепости - например, отделение колец (по кантовской теории) от неподвижных звезд!

Дело не только в том, что Вильгельму не хватает материала, этому можно было бы помочь другими статьями на злободневные темы и т. д., как это делалось во времена Гепнера и Блоса. Главное, это - страстное желание Вильгельма восполнить пробелы нашей теории, иметь ответ на всякое филистерское возражение и дать картину будущего общества, потому что ведь филистер задает им вопросы также и на этот счет; вместе с тем он хочет быть по возможности независимым от нас в теоретическом отношении, что ему, при полном отсутствии у него всякой теории, всегда удавалось гораздо лучше, чем он сам подозревает. Этим он заставляет меня, однако, признать, что Дюринг все же является образованным человеком по сравнению с теоретическими пачкунами из «Volksstaat», и его сочинения все же лучше, чем произведения этих субъективных и объективных путаников.

Относительно турецких событий ты был совершенно прав; я все же надеюсь, что дело двинется вперед; в последнюю


* Перефразированные слова из комедии Шекспира «Венецианский купец», акт IV, сцена первая. Ред.

** - В. Либкнехт. Ред.


16
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 28 МАЯ 1876 г.

неделю дело, по-видимому, несколько затормозилось, а восточные революции, еще более, чем другие, требуют быстрой развязки. Султан* накопил во дворце громадные сокровища - вот причина жалоб на его беспрерывные требования денег, - сокровища столь значительные, что софты23 потребовали выдать из них 5000000 ф. ст., следовательно, там должно быть еще гораздо больше. Вручение горчаковской ноты трех императоров36 приведет дело, надо надеяться, к кризису.

Передай Женни и Лонге мою сердечную благодарность за честь, которую они мне оказали, постараюсь оправдать ее. Надеюсь, малыш с тремя громкими именами уже поправился**.

Для Дюринга*** повторные занятия древней историей и мои естественнонаучные занятия очень мне пригодились и во многих отношениях облегчают мне дело. Особенно в области естествознания я чувствую гораздо более твердую почву под ногами и могу в этой области двигаться, хотя и с большой осторожностью, но все же с некоторой свободой и уверенностью. Передо мной начинает уже вырисовываться конец и этой работы****. Она начинает принимать в моей голове определенную форму, и этому немало способствовало мое бездельничанье здесь, на берегу моря, когда я мог на свободе обдумывать все подробности. В этой огромной области абсолютно необходимо время от времени прерывать планомерное изучение и продумывать уже изученное.

С 1853 года г-н Гельмгольц не перестает возиться с проблемой вещи в себе и никак не может ее разрешить. Человек этот без зазрения совести спокойно перепечатывает и теперь ту чушь, которую он напечатал до Дарвина*****.

Лиззи и я шлем всем вам сердечный привет. В пятницу****** мы возвращаемся в Лондон.

Меня очень радует, что Пумпс так усовершенствовала свой стиль, я, разумеется, тоже замечаю это, но в меньшей степени.

Твой Ф. Э.


* - Абдул-Азиз. Ред.

** См. настоящий том, стр. 13. Ред.

*** Ф. Энгельс. «Анти-Дюринг». Ред.

**** Ф. Энгельс. «Диалектика природы». Ред.

***** То есть до появления в 1859 г. основного труда Ч. Дарвина «О происхождении видов путем естественного отбора». Ред.

****** 2 июня. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого


17
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 25 ИЮЛЯ 1876 г.

7

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН Рамсгет, 25 июля 1876 г.

11, Camden Sq.

Дорогой Мавр!

Написал Лафаргу, чтобы он известил нас о дне своего приезда, приедет ли он в пятницу или в субботу.

При сем письмо от Вильгельма* с приложением от Моста. Ты видишь, что это за люди - и тот, и другой. С какой важностью Вильгельм относится к «попыткам сближения»! Как будто можно - то есть как будто кто-нибудь может - иметь дело с канальями, которых уличили в таком предательстве. И как будто какое-либо сближение может к чему бы то ни было привести. В самом деле, что случится, если между ними произойдет сближение? Если эти люди при нынешних условиях и обстоятельствах хотят играть еще раз в Интернационал, то пусть доставляют себе это удовольствие, но мы повернемся к ним спиной.

Провал Сербии замечателен38. Кампания была рассчитана на то, что вся Турция будет охвачена пламенем восстания, но повсюду горючий материал оказался подмоченным: Черногория предает Сербию ради частных целей, Босния не хочет устраивать никакого восстания, раз Сербия намерена ее освободить, а бравые болгары не шевелят и пальцем. Сербская освободительная армия должна жить на собственный счет и после хвастливого наступления, нигде не дав серьезного боя, вернуться назад в разбойничье гнездо. - Это, надо думать, коечему научит и румын, и тогда русские планы будут сорваны.

Впрочем, я утешаюсь здесь философией Дюринга** - такой дрянной чепухи никто еще никогда не писал. Ничего, кроме высокопарных пошлостей, пересыпанных чистейшей ерундой, но все это довольно ловко препарировано для прекрасно известной автору публики, которая с помощью нищенской похлебки*** и без большого труда хочет быстро научиться говорить


* - В. Либкнехта. Ред.

** Е. Дюринг. «Курс философии». Ред.

*** В оригинале: «breite Bettelsuppen» («жидкий суп для нищих») - выражение из трагедии Гёте «Фауст», часть I, сцена шестая («Кухня ведьмы»). Ред.

37


18
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 25 ИЮЛЯ76 г.

обо всем. Человек этот как будто нарочно создан для социализма и философии эпохи миллиардов39.

Твой Ф. Э.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 8

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В РАМСГЕТ [Лондон], 26 июля 1876 г.

Дорогой Фред!

Несмотря на времяпрепровождение у моря, ты, наверное, еще не забыл, что уехал лишь в этот понедельник*; между тем вдовы, обитающие в доме № 122**, говорили мне, что вы намерены уже в середине или в конце этой недели вернуться (так мне передавали еще вчера)37.

Что касается прошедшей недели, то последнюю половину ее Лаура провела в Брайтоне (и я также отправился с ней туда, так как моя жена писала, что ей очень нездоровится; Лафарг же приехал в субботу и в воскресенье снова вернулся вместе со мной и Лаурой); Лонге и Женничка были еще связаны школой40. Лафарги приедут в Рамсгет в эту пятницу или субботу и в воскресенье снова вернутся, так как Лафарг не может бросить дела41, а Лаура должна в понедельник снова давать уроки. Она свободна лишь в последнюю неделю августа. (Пропущенный ею на прошлой неделе день она должна наверстать на этой неделе, что при такой жаре не очень приятно.)

Содержание твоего письма я сообщу остальным членам семьи.

Моя жена была еще очень больна, когда мы приехали; ей стало несколько лучше, когда мы уезжали. Как только она почувствует себя достаточно хорошо, она наверно захочет провести несколько дней в Рамсгете. Ленхен в ближайшие дни будет целиком занята приготовлениями к путешествию Тусси42.

В Брайтоне нам рассказывали, что мадам Браво была балетной танцовщицей, а мадам Кокс - ее портнихой. Во время пребывания моей жены в Брайтоне г-жа Браво давала там многолюдные (более или менее) званые обеды.


* 24 июля. Ред.

** То есть в доме Энгельса на Regent's Park Road. Ред.


19
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, АВГУСТА 1876 г.

В последнем номере «Вперед»* помещена противно-хвалебная статья о похоронах Бакунина43, причем главные действующие лица - Гильом, Брусс, оба Реклю и знаменитый Кафьеро. Бакунин фигурирует в ней как «гигант» революции. Обещано следующее письмо того же корреспондента по поводу возникших после похорон проектов объединения обоих Интернационалов, а именно юрцев, которые хотят «свободной федерации» рабочих, и немцев, которые добиваются «народного государства». Для этой цели надо, мол, лишь изменить ст. 3 устава согласно варианту, принятому на «конгрессе 1873 г.» (конгресс Гильома)44.

Либкнехт в краткой заметке в «Volksstaat» (не знаю, читал ли ты уже ее) заявляет, что никто больше нас (то есть его) не может этого желать, но, будучи неисправимым болтуном, он добавляет: покажите нам дела вместо слов45. Ему, конечно, приятно, что г-н Гильом провозглашает «Volksstaat» последним словом внебакунистского Интернационала. Лавров, очевидно, считает хорошим деловым маневром - путем помещения бакунистских корреспонденций привлечь к своей газете и эту партию.

Брайтонский аквариум очень развился с тех пор (три года тому назад), как я видел его при его возникновении46. Согласно компромиссу, заключенному с попами, он открыт также по воскресеньям во второй половине дня (до вечера), но с тем «сухим» условием, что бедняги экскурсанты не получают ни капли жидкости, даже некипяченой воды. Ты должен когда-нибудь его посмотреть.

Сердечный привет всему семейству и мадам Паули.

Твой Мавр


* Название газеты написано Марксом по-русски. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 9

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В РАМСГЕТ Карлсбад, 19 августа 1876 г.

«Germania»

Дорогой Фред!

Пишу по лондонскому адресу, ибо не знаю, живешь ли ты еще у моря37.


20
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 19 АВГУСТА 1876 г.

Прежде всего - наши дорожные приключения42. Согласно моему плану мы остались ночевать в Кёльне - выехали оттуда в 6 часов утра, предполагая сделать ближайшую остановку в Нюрнберге. Приблизительно в 5 часов пополудни мы прибыли в Нюрнберг, откуда мы намеревались выехать в Карлсбад лишь на следующий день вечером (это было 14-е, а мы оповестили карлсбадскую хозяйку, что приедем 15-го). Чемоданы были выгружены и переданы человеку с тележкой, который должен был сопровождать нас к ближайшей гостинице, расположенной тут же у вокзала, перед городом. Но в этой гостинице оказалась свободной лишь одна комната. При этом хозяин сообщил нам ужасающую весть, что мы вряд ли найдем пристанище где-нибудь в другом месте, так как город наводнен приезжими, - отчасти из-за съезда мельников и пекарей, отчасти благодаря тому, что сюда со всех концов света собрались люди, направляющиеся в Байрейт на дурацкое празднество государственного музыканта Вагнера47. Так оно и вышло. Мы долго бродили по городу рядом с тележкой, но не могли найти приюта ни в самом маленьком трактире, ни в самой большой гостинице. Все, что мы получили, было поверхностное знакомство с исконным центром (очень интересным) немецкого ремесленничества. Нам пришлось, таким образом, вернуться на вокзал. Там нам сказали, что ближайшим к Карлсбаду городом, куда мы еще могли бы отправиться, является Вейден. Мы взяли билеты до Вейдена. Господин кондуктор, однако, хватил уже немного (или даже много) лишнего и, вместо того чтобы высадить нас в Нёйкирхене, откуда идет вновь построенная железнодорожная ветка до Вейдена, довез нас до Иррело* (так приблизительно называется эта дыра). Оттуда нам опять пришлось ехать битых два часа (в обратном направлении), и только в полночь мы попали, наконец, в Вейден. Существующая здесь единственная гостиница опять-таки оказалась переполненной, и нам пришлось до четырех часов утра терпеливо ждать на жестких стульях железнодорожной станции. В общем путь от Кельна до Карлсбада отнял у нас двадцать восемь часов! К тому же эта подлейшая жара!

На следующий день в Карлсбаде мы только и слышали со всех сторон жалобы на невыносимую жару (в течение последних шести недель не было ни одного дождя), в справедливости чего мы убедились на собственной шкуре. К тому же еще недостаток воды; у реки Тепль** такой вид, точно ее кто высосал до дна.


* Правильно: Ирренлоэ. Ред.

** Чешское название: Тепла. Ред.


21
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 19 АВГУСТА 1876 г.

Обезлесение края привело к тому милому состоянию, что эта речка в богатые дождями периоды (как 1872 г.) все затопляет, в жаркие же годы вся высыхает.

Впрочем, за последние три дня чрезмерная жара немного спала, да и в самые жаркие дни мы находили давно знакомые мне лесные ущелья, где было сносно.

Туссинька, чувствовавшая себя довольно скверно в дороге, здесь заметно поправляется, а на меня Карлсбад действует, как всегда, чудесно. В течение последних месяцев у меня возобновилось неприятное ощущение тяжести в голове, которое теперь совсем исчезло.

Д-р Флеклес сообщил мне в высшей степени поразившую меня новость. Я спросил его, здесь ли его кузина из Парижа, мадам Вольман - очень интересная дама, с которой я познакомился в прошлом году. Он мне ответил, что ее муж потерял все свое состояние и к тому же еще и состояние жены в спекуляциях на парижской бирже, так что обнищавшая семья вынуждена была удалиться на жительство в какое-то захолустное местечко Германии. Любопытно в этой истории следующее: г-н Вольман нажил себе огромное состояние в Париже в качестве фабриканта красок; он никогда не играл на бирже, а деньги, которые ему не нужны были в деле (так же как и деньги своей жены), спокойно помещал в австрийские государственные бумаги. Вдруг на него находит какой-то стих: австрийское государство начинает ему казаться ненадежным, он продает все свои бумаги и совсем тайком, без ведома своей жены и дружественно расположенных к нему Гейне и Ротшильда, начинает спекулировать на бирже... турецкими и перуанскими бумагами! - пока не просаживает последнего геллера. Бедная жена была как раз занята устройством только что снятого в Париже дома, когда в одно прекрасное утро она, будучи совершенно не подготовленной, узнает, что она - нищая.

Профессор Фридберг (в Бреславльском университете, медик) рассказал мне сегодня, что великий Ласкер выпустил анонимный полуроман под заглавием «Испытания одной мужской души». Этим возвышенным переживаниям предшествует хвалебное предисловие или введение г-на Бертольда Ауэрбаха. Испытания Ласкера заключались в том, что все представительницы прекрасного пола (в том числе и дочь Кинкеля) влюблялись в него, и вот он объясняет, почему он не только не женился на них всех вместе, но почему также ни с одной из них дело не дошло до развязки. Это, должно быть, настоящая «Одиссея» тряпичной души.

Очень скоро появилась пародия (тоже анонимно), столь ужасная, что его великий брат, Отто, с весьма


22
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 19 АВГУСТА 1876 г.

чувствительной затратой денег скупил все имевшиеся еще в продаже экземпляры «Испытаний». «Долг» отрывает меня от письменного стола. А потому, до следующего раза, если магически одуряющее действие горячего щелочного пойла позволит мне еще нацарапать несколько строк.

Мой сердечный привет мадам Лиззи.

Твой Мавр Никакого Ковалевского здесь нет. Зато Лавров прислал мне толстый том о функциях «государства» в будущем48. Во всяком случае чтение я тоже откладываю на будущее. Здесь теперь все в будущем после грома музыки будущего49 в Байрёйте.

Здесь кишит русскими.

Только что из письма жены узнал, что ты еще в Рамсгете. Посылаю поэтому письмо прямо туда.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 10

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В КАРЛСБАД Рамсгет, пятница, 25 августа 1876 г.

Дорогой Мавр!

Твое письмо пришло сюда во вторник и циркулирует теперь среди твоих дочерей*. Вашим странствованиям в течение двадцати восьми часов от Кёльна до Карлсбада здесь никто не завидует, зато рьяно держат пари насчет количества баварской «жидкости», которая помогла вам перенести все эти злоключения.

Ленхен приехала в понедельник, на прошлой неделе, из Гастингса, где она провела с Женни и Лафаргами воскресенье; она была не совсем здорова, но все же пошла купаться и схватила при этом ужасную головную боль, длившуюся два дня; вторая попытка еще более ухудшила дело, и она поэтому должна была отказаться от купанья. Во вторник она отправилась домой,


* Женни Лонге и Лаура Лафарг. Ред.


23
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 25 АВГУСТА 1876 г.

а на следующий день, позавчера, приехала сюда твоя жена, которая выглядит во всяком случае значительно лучше, чем шесть недель тому назад. Она много бегает, у нее хороший аппетит и к тому же, кажется, вполне нормальный сон. Она и Лиззи бродят по песчаному пляжу, после того как я подкрепил их на вокзале стаканом портвейна, и радуются, что им не надо писать писем. Лиззи морское купанье удивительно пошло на пользу, надеюсь, она продержится на этот раз всю зиму.

Рамсгет в данный момент населен почти исключительно мелкими торговцами зеленью и прочими совсем-совсем мелкими лондонскими лавочниками. Люди эти остаются здесь неделю, пока не истечет срок обратного билета, а затем уступают место другим такого же сорта.

Эта публика, которая раньше совершала однодневные поездки, теперь приезжает на целую неделю. На первый взгляд кажется, что это рабочие, но разговоры этих людей сразу обнаруживают, что они, пожалуй, выше этого и принадлежат к самому неприятному слою лондонского общества - к тому сорту, который по языку и манерам уже подготовлен, после неизбежно предстоящего банкротства, к столь же неизбежно предстоящей профессии уличного торговца. И вот пусть Тусси представит себе своего старого друга Гора утром на пляже, окруженного 30-40 такими дамами с рынка!

Для человека, все более и более глупеющего от курортной атмосферы, самое подходящее чтение, естественно, - это естественная философия действительности г-на Дюринга*. Мне никогда еще не попадалось ничего столь естественного. Поскольку все считается естественным, с естественными вещами все происходит так, как это представляется естественным г-ну Дюрингу; поэтому он и исходит всегда из «аксиоматических положений», ибо то, что естественно, не требует никаких доказательств. Эта вещь по плоскости своей превосходит все бывшее до сих пор. Но как она ни плоха, все же та часть, в которой говорится о природе, является самой лучшей. Здесь все-таки есть еще жалкие остатки диалектических оборотов, но поскольку он переходит к общественным и историческим отношениям, снова начинает господствовать старая метафизика в форме морали, и тем самым он оказывается на настоящей слепой кляче, которая безнадежно тащит его по кругу. Горизонт его не простирается дальше сферы действия общего прусского права, а прусское чиновничье хозяйничанье представляет для него «государство». Через неделю, считая с сегодняшнего дня, мы возвращаемся в Лондон, и тогда я сразу примусь за этого


* Е. Дюринг. «Курс философии». Ред.


24
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 25 АВГУСТА 1876 г.

молодца. Какие он проповедует вечные истины, ты можешь видеть из того, что его три betes noires* таковы: табак, кошки и евреи, и им достается по заслугам.

Только что пришло письмо Тусси к Ленхен, посылаю его сейчас в Лондон.

«Daily News» и старый Рассел своим криком о «турецких зверствах»50 оказали русским неоценимую услугу и блестяще подготовили для них предстоящую кампанию, которую они могут начать, как только господа либералы станут здесь у кормила власти. Либеральная провинциальная пресса тоже трубит теперь тревогу, и так как старый Диззи** удалился в палату лордов51, то либеральные крикуны наверно будут в ближайшую сессию задавать тон в палате общин. О гнусностях черногорцев и герцеговинцев, конечно, все молчат. К счастью, сербов бьют- даже Форбс, который, впрочем, является единственным разумным военным корреспондентом, говорит с нескрываемым сочувствием о военном превосходстве турецких войск - и Белому царю*** не так легко вмешаться.

Твоя жена и Лиззи посылают Тусси и тебе сердечный привет.

Твой Ф. Э.


* - пугала. Ред.

** - Дизраэли. Ред.

*** Слова «Белый царь» написаны Энгельсом по-русски; имеется в виду Александр II. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 11

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В ЛОНДОНЕ [Лондон], 11 декабря 1876 г.

Дорогой Фред!

Ковалевский вчера был у меня, требовал Хансена52; я сказал ему, что он получит его завтра вечером; вместе с тем, по его желанию, сговорились посетить тебя в тот же вечер (во вторник).

Посылаю тебе Хансена, с которым ты легко покончишь за пару часов, как это сделал я.

Написал по поводу переплетов.

Привет.

Твой К. М.


25
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 11 ДЕКАБРЯ 1876 г.

После конференции (в Сент-Джемсе)53 г-н Гладстон явился в ложу, где сидела г-жа Новикова, подал ей руку - «чтобы показать» (так сказал он, по словам Новиковой), «что союз между Англией и Россией уже существует», - и торжественно проследовал под руку с ней через громадную толпу, которая расступилась по обе стороны; он сравнительно маленький, тощий субъект, она -настоящий драгун. Она сказала Ковалевскому: «Как неловки эти англичане!».

Г-н генералиссимус Черняев дважды запрашивал по телеграфу Новикову, должен ли и он явиться на конференцию; она должна была ответить ему, что г-н Гладстон с удовольствием повидается с ним наедине, но публичное появление считает нецелесообразным.

Харрисон (который в своей статье в «Fortnightly Review» «Крест и полумесяц54 хвастает некоторыми только что подхваченными у Ковалевского соображениями) сказал в лицо Хауэллу на конференции (вход на конференцию был по билетам), что присутствующие рабочие все вместе и каждый в отдельности принадлежат к хорошо ему (Харрисону) известной подкупленной шайке.

К сожалению, Чарлз Дарвин тоже дал свое имя для этой грязной демонстрации; Льюис отказался.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается no рукописи Перевод с немецкого


26

1877 год 12

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН Брайтон, 23 февраля 1877 г.

42, Kings Road Дорогой Мавр!

На прошлой неделе я отправил письмо Биньями, подписался на «Plebe» и написал ему о выборах55. Три дня тому назад, перед нашим отъездом56, я получил три номера, несколько недостающих он мне дошлет57. Мое вмешательство оказалось весьма кстати.

«Plebe» от 7 января сообщает о заседании суда присяжных по делу туринского квестора (начальника полиции) Биньями (того самого, который угощал Терцаги «вермутом», см.

«Альянс социалистической демократии»58) по обвинению в хищении (tout comme chez nous*).

Некий полицейский Бландини показывает, что по приказанию Биньями он произвел у Терцаги pro forma** обыск, но от того же Биньями он получил приказ взять только то, что даст ему Терцаги. Когда был подписан приказ об аресте Терцаги, последний был уже до того арестован другим полицейским, Премерлани, по приказу Биньями; «Терцаги был секретным агентом Биньями, который платил ему по три лиры» (франка) «в день». По этому поводу «Plebe» замечает: отсюда видно, на что употребляются «секретные фонды классовых правительств».

На это отвечает бакунистская газетка «Il Martello»*** - по названию я узнаю своего Кафьеро. - Так как нельзя было говорить об омерзительном случае с Терцаги, то газетка ухвати-


* - совсем как у нас (крылатое выражение, восходящее к комедии Нолана де Фатувиля «Арлекин, император с луны»). Ред.

** - для видимости. Ред.

*** См. «Plebe» от 21 января. Ред.


27
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 23 ФЕВРАЛЯ 1877 г.

лась за «секретные фонды классовых правительств»: значит, у вас «не классовые правительства» тоже будут иметь «секретные фонды», значит, и у вас все останется по-старому, - и дальше следует целая истинно-анархическая тирада, которая известна. «Plebe» отвечает газетке по заслугам и сейчас же вслед за тем нападает на «Bulletin jurassien», указывая, что его привели в бешенство четыре строчки «Plebe», но он представляет дело так, будто на самом деле приведена в ярость «Plebe», тогда как юрские инсинуации только «забавляли» ее.

Впрочем [продолжает «Plebe»], нужно быть очень «наивным», чтобы попасться на удочку людей, которые с болезненной завистью стучатся в одну дверь за другой и, пуская в ход клевету, нищенски выпрашивают хоть каплю враждебности против нас. Рука, которая с давних пор сеет раздоры и провокации, слишком хорошо известна, чтобы нельзя было сразу же увидеть ее лойоловские происки, и «честные люди скоро воздадут им по заслугам».

В том же номере - корреспонденция Э. Д.* (Дрбг. из «Berliner Freie Presse») о выборах в Берлине.

В номере от 16 февраля - корреспонденция из Брюсселя, подписанная «С.Д.П.»**, о новом фламандском движении за фабричный закон и всеобщее избирательное право, заканчивается так: «Таким образом, мы полагаем, что этим методом можно скорее и вернее добиться освобождения пролетариата, чем стоя на месте годами и целыми двадцатипятилетиями, лая на луну в ожидании, что мамаша революция соизволит явиться и разбить цепи рабочих».

Далее в весьма дружественных тонах упоминается в качестве симптома воззвание старого Беккера59.

Сегодня получил весьма восторженное письмо от Биньями, в котором он говорит, что напечатает мою статью о выборах, и подтверждает, что Верхнеитальянская федерация, которая охватывает район от Венеции до Турина и на этих днях созывает свой съезд60, «намерена бороться на почве всеобщего избирательного права». «Plebe» - ее официальный орган.

Таким образом, пробита брешь в крепости адвокатов, литераторов и бездельников в Италии. Притом лучше всего то, что все старые члены Альянса61 в Милане времен Куно: Мауро Гандольфи и т. д. - по-видимому примкнули к федерации. Действительно, фиктивное рабочее движение в таком промышленном городе, как Милан, не могло быть долговечным. А Верхняя Италия играет решающую роль не только в стратегическом отношении, но и в рабочем движении всего крестьянского полуострова.


* - Э. Дёренберга. Ред.

** - Сезар Де Пап. Ред.


28
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 23 ФЕВРАЛЯ 1877 г.

Итак, мировое правительство в Невшателе62 имеет теперь целиком за собой только Испанию; но долго ли и это будет продолжаться?

Впрочем, для того чтобы более внимательно следить за этими событиями, г-ну Демуту давно пора подписаться на «Bulletin jurassien», как было условлено. Должны же мы знать, какие отлучения издает всесветный диктатор и блюститель святейшего престола*.

Сердечный привет всем.

Твой Ф. Э.


* - Дж. Гильом. Ред.

** - Л. Шёлер. Ред.

*** 13 марта. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 13

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН Брайтон, 2 марта 1877 г.

42, Kings Road Дорогой Мавр!

Я написал Либкнехту и просил его посылать мне пока корректуры63 сюда, я обыкновенно получаю их самое позднее в понедельник, но на этой неделе ничего не получил и боюсь, что по обыкновению что-нибудь напутано. Не будешь ли так добр посмотреть у меня дома, нет ли там какой-нибудь корректуры, и послать ее мне. Миссис Лизон покажет тебе пакеты полученных газет, и ты среди них легко найдешь корректуру; она даст тебе также газетную обертку и пр. для ее упаковки. В противном случае эти люди могут еще напечатать от моего имени ерунду, составленную ими.

В некоторых отношениях мне приятно, что Лина** и Пумпс возвращаются лишь в середине месяца. Во-первых, мы тогда будем уже опять дома, ибо думаем вернуться в следующий вторник через неделю***, а во-вторых, это дало мне время послать Лине дополнительно к отправленным в спешке 15 ф. ст. (все, что у меня тогда было) на всякий случай еще 5 ф. ст. и еще


29
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 3 МАРТА 1877 г.

раз ясно растолковать ей - это, пожалуй, нелишнее, - что она не должна гнаться за дешевизной, а обставить поездку комфортабельно, так как все перед этим посланные деньги предназначены лишь на поездку сюда.

У нас здесь была прекрасная погода; сегодня же туманно и сыро, время от времени идет дождь. Какая разница в климате между Лондоном и Брайтоном; из газетного сообщения сегодня утром видно, что у вас вода в парках покрыта еще льдом толщиной в 11/2 дюйма, тогда как здесь уже к десяти часам утра солнце уничтожает следы легких ночных заморозков. Для двухнедельного пребывания зимой на морском берегу Брайтон действительно «фешенебельное место», вследствие чего здесь кишмя кишит фешенебельными персонами. Но позор для Лондона, что после здешнего аквариума, который своими достижениями в разведении рыб и амфибий завоевывает себе действительно научную репутацию, там не постыдились создать такую карикатуру в Вестминстере - мюзик-холл с рыбами - и еще подняли при этом такую шумиху.

Сердечный привет.

Твой Ф. Э.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 14

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В БРАЙТОН [Лондон], 3 марта 1877 г.

Дорогой Фред!

Одновременно с этим посылаю тебе «Plebe» и то, что нашел у тебя дома из Лейпцига63.

Что касается важного заявления Верхнеитальянской федерации, в котором она говорит, что всегда придерживалась «первоначальных статутов» Интернационала64, и официально отрекается от непосредственной федеративной связи с бакунистскими итальянскими группами, то ты должен это, а также весьма интересные и приятные для меня другие факты, содержащиеся в твоем первом письме*, возможно скорее сообщить в «Vorwarts»65. Иначе Либкнехт ухитрится наделать и в этом отношении глупостей.


* См. настоящий том, стр. 26-28. Ред.


30
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 3 МАРТА 1877 г.

Мне все это время сильно нездоровится - хронически простужен, страдаю насморком и кашляю.

С Линой all right*.

Лавров, которому живется дьявольски плохо, хвалит твои статьи против Дюринга, но говорит, что «к такой мягкости в полемике со стороны Энгельса не привыкли» (то есть он не привык).

В понедельник ты получишь от меня длинное послание**. Не смотри на это как на дюринговский маневр, который заключается в том, чтобы всегда много наобещать, но никогда не выполнить.

Сердечный привет Лиззи.

Твой К. Маркс Черт бы побрал Гирша и его Кастельно. Последний от имени их обоих требует теперь от меня, чтобы я фигурировал как сотрудник в рабочей газете, которую они сейчас основывают.

Как будто у меня есть время для этого, - ведь Гирш должен был бы знать, что у меня его нет! Если же мое имя будет фигурировать лишь для формы, то это будет возлагать на меня только «ответственность» без всякой пользы для дела. Так как г-н Кастельно теперь сам признает, что его краткое изложение «Капитала», пока Кэ управляет, принадлежит миру фантазии, то поэтому он хочет обработать меня другим манером. Я до сих пор не заметил, чтобы он или Гирш сделали хоть что-нибудь для «Капитала», хотя бы в такой мере, как Лавеле66 или Блок67.


* - все в порядке (см. предыдущее письмо). Ред.

** См. следующее письмо. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 15

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В БРАЙТОН [Лондон], 5 марта 1877 г.

Дорогой Фред!

Прилагаю «Дюрингиану»68. Я не мог читать этого субъекта без того, чтобы тут же не дать ему основательно по башке.


31
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 6 МАРТА 1877 г.

Теперь, после того как я в него таким образом вчитался, для чего необходимо было терпение да и плетка под рукой (а часть, которую я еще не прочел, начиная с Рикардо, должна содержать много великолепных перлов), я в дальнейшем способен наслаждаться им спокойно.

Когда вчитаешься в него настолько, что приемы его становятся ясны как на ладони, - этот писака начинает даже забавлять.

Впрочем, в качестве побочного «занятия» при моем раздраженном катаральном расположении духа он оказал мне большую услугу.

Твой Мавр Кстати. Та злейшая статья о Гладстоне - Новиковой, от которой у «Whitehall Review» душа ушла в пятки, - появилась позавчера, с украшениями Барри, в «Vanity Fair»69. Как мы выяснили вчера при встрече с сыном и дочерью Коллета, отец Коллет не одобряет этого, ибо Гладстон все же честный, хотя и сумасшедший человек, а этого сорта полемика - «неприлична».

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 16

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН Брайтон, 6 марта 1877 г.

42, Kings Road Дорогой Мавр!

Сердечное спасибо за большую работу относительно «критической истории»68. Это больше, чем мне нужно, чтобы совершенно заткнуть глотку молодцу и в этой области. В самом деле, Лавров отчасти прав, говоря, что с этим субъектом до сих пор слишком деликатничали*. Теперь, перечитывая курс политической экономии**, зная молодца и его манеру, уже не приходится опасаться, что в этой стряпне где-нибудь кроется подвох; теперь, когда весь этот спесивый вздор выступает неприкрыто, - я, конечно, считаю, что отнестись к этому надо с еще большим презрением. У добряка Лаврова, конечно, имеются свои соображения: он может в своих проповедях*** не прибе-


* См. настоящий том, стр. 30. Ред.

** Е. Дюринг. «Курс политической и социальной экономии». Ред.

*** Слово «проповеди» написано Энгельсом по-русски. Ред.


32
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 6 МАРТА 1877 г.

гать к крещендо, как это вынуждены делать мы, когда нам предстоит столь длительная расправа. Тем не менее он уже в конце отдела о философии не будет больше жаловаться на мягкость, а в отделе о политической экономии - еще того меньше*.

Тяжкие сомнения Коллета по поводу Гладстона были неизбежны**. Это вещи, которые происходят не без приказа свыше. Надо, мол, было молчать, пока Гладстон снова не окажется у власти, а тогда предоставить У.*** сделать серьезное предостережение в форме глубокомысленных намеков, непонятных даже для того, кого они касаются. Борьбу с тайной дипломатией неизбежно приходится вести тайно-дипломатическим путем.

Материалы из «Plebe» я обработаю для Вильгельма65. Господа анархистские диктаторы в этом итальянском расколе великолепны. Из маленьких заметок в этом же номере «Plebe» по поводу «некоторых ограниченных анархистских и - чудовищное противоречие - в то же время диктаторских голов» видно, что Биньями хорошо изучил особенности этих людей. Бакунин был все же способнее и терпеливее, чем г-н Гильом, который слишком торопится стать властелином мира.

То, что ты мне послал, не было новой корректурой63. До сих пор ни одной не получил. У Вильгельма поистине безалабернейшее хозяйство.

Через неделю мы возвращаемся. Лиззи замечательно поправилась. Аппетит почти нормальный, но и воздух здесь исключительно хороший на просторе этого бескрайнего взморья.

Сердечный привет.

Твой Ф. Э.


* Ф. Энгельс. «Анти-Дюринг», отдел первый и отдел второй. Ред.

** См. предыдущее письмо. Ред.

*** - Уркарту. Ред.

Впервые опубликовано с сокращением в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe, Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 17

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В БРАЙТОН [Лондон], 7 марта 1877 г.

Дорогой Фред!

Чтобы не позабыть, посылаю вслед за последним письмом еще и это добавление:


33
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 7 МАРТА 1877 г.

1) Самым важным пунктом концепции Юма о стимулирующем влиянии увеличения количества денег на промышленность, пунктом, который яснее всего показывает также (если бы в этом вообще можно было сомневаться), что это увеличение он представляет себе лишь в связи с обесценением благородных металлов, - пунктом, к которому, как это видно уже из посланной мной выдержки, Юм неоднократно возвращается, - является то его положение, что «цена труда» повышается только в последнюю очередь, после повышения цен всех других товаров70. Об этом у мистера Дюринга* ни слова; да и вообще этого превозносимого им Юма он излагает так же неряшливо и поверхностно, как и всех других авторов. Кроме того, если бы он даже и заметил это, - что более чем сомнительно, - то было бы не очень-то удобно восхвалять такую теорию перед лицом рабочих; следовательно, лучше было замять весь вопрос.

2) Мой собственный взгляд на физиократов как на первых методических (не только случайных, как Петти и т. д.) толкователей капитала и капиталистического способа производства - я, естественно, не хотел высказать этому человеку прямо. Будучи высказана с полной определенностью, эта точка зрения могла бы быть подхвачена и в то же время извращена разными писаками, прежде чем у меня будет возможность изложить ее обстоятельно. Вот почему я не касался этого в посланном тебе очерке.

Не мешало бы, однако, пожалуй, в ответе Дюрингу сослаться на следующие два места из «Капитала». Я их цитирую по французскому изданию, так как здесь они даны не столь мимоходом, как в немецком оригинале.

Относительно «Экономической таблицы»71: «Пока мы рассматриваем только фонд годового производства, ежегодный процесс воспроизводства очень понятен. Но все составные части годовой продукции должны быть вынесены на товарный рынок. Здесь движения капиталов и личных доходов перекрещиваются, смешиваются, теряются во всеобщем перемещении - в обращении общественного богатства, - которое обманывает взор наблюдателя и ставит перед исследованием весьма запутанные задачи. Большая заслуга физиократов заключается в том, что они в своей «Экономической таблице» впервые сделали попытку дать картину воспроизводства годовой продукции в том виде, в каком она выходит из обращения.


* Е. Дюринг. «Критическая история политической экономии и социализма». Ред.


34
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 7 МАРТА 1877 г.

Их изложение во многих отношениях ближе к истине, чем объяснение последующих экономистов» (стр. 258-259)72.

Относительно определения «производительного труда»: «Точно так же классическая политическая экономия - то инстинктивно, то сознательно - всегда держалась того мнения, что производительный труд характеризуется способностью давать прибавочную стоимость. Ее определения производительного труда меняются по мере того, как подвигается вперед ее анализ прибавочной стоимости. Так, по заявлению физиократов, производителен только земледельческий труд. Почему? Потому, что только он доставляет прибавочную стоимость, которая для них существует исключительно в форме земельной ренты» (стр. 219)73.

«Хотя физиократы не раскрыли тайны прибавочной стоимости, им все же было ясно то, что прибавочная стоимость есть «такое богатство, которым он» (владелец богатства) «может самостоятельно и свободно распоряжаться, богатство, которое он не купил, но которое он продает» (Тюрго)» («Капитал», второе немецкое издание, стр. 554), и что она не может возникнуть из обращения (там же, стр. 141-145)74.

Как раз во время моего обеда пришел великий Барри впопыхах с восемью газетами в руках.

Редакторы английских газет - удивительно странные животные. Редактор «Vanity Fair» (то есть подчиненное лицо, ибо шеф и собственник газеты, мистер Боулз, полу-уркартист, находится со своей женой в Испании для поправки ее здоровья) напечатал наконец ту статью69, от которой в ужасе отшатнулись шотландская газета «Morning News» и лондонская «Whitehall Review», а также шесть правительственных газет, или скорее находящаяся в руках торийского министерства центральная пресса, где для них стряпается материал.

И что же? Этот же самый человек из «Vanity Fair» берет теперь реванш и, в свою очередь, боится поместить (что нужно в интересах дела и г-на Барри) статью, уже опубликованную упомянутыми восемью газетами, именно ту, которая написана по поводу статьи Гладстона в «Contemporary Review»75. Он спрашивает в письме к Барри, что ему делать в случае привлечения к ответственности за клевету? Я инструктировал Барри, который предусмотрительно вооружился уже указанными восемью газетами, насчет ответа, который ему следует дать. Я бы очень ошибся, если бы не объяснял именно эти колебания (которые мы, однако, преодолеем) «сомнениями» мистера Коллега. В самом деле, разве не ужасно, если кто-нибудь вырывает у них из рук дела тайной дипломатии.


35
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 27 МАЯ 1877 г.

Кстати, русская дипломатия совершенно выродилась в какой-то фарс. Успешное или безуспешное по началу дипломатическое путешествие г-на Игнатьева остается при всех обстоятельствах еще более смешным и компрометирующим паломничеством, чем дипломатическая поездка г-на Тьера после переворота четвертого сентября76.

Я получил от благородного Гамбуцци написанный им самим некролог размером в девять страниц о благородном Фанелли77, который недавно умер. Присылка этого некролога имеет, очевидно, целью возбудить во мне чувство раскаяния по поводу содержащихся в брошюре относительно Альянса оскорблений по адресу означенного Фанелли78.

Твой К. М.

Впервые опубликовано на языке оригинала в Marx-Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и на русском языке в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., m. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 18

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН Брайтон, 27 мая 1877 г.

42, Kings Road Дорогой Мавр!

Ты должен удивляться моему упорному молчанию. Я отвратительно провел всю неделю из-за глаза; яркое солнце не пошло ему впрок. Уже в течение недели я по целым дням ношу очки и распрощался с алкоголем, но это не давало вначале никакого улучшения. Только со вчерашнего дня наступила решительная перемена, так что глаз меня больше не тревожит.

Когда вернусь в Лондон (в пятницу*), непременно покончу с этой историей, мне надоело такое состояние, при котором ничего нельзя делать.

Глупые английские газеты распускают басни о громадных успехах русских в Армении79, а они пока весьма незначительны. Но если софты в Константинополе скоро не выступят, Мухтар-паша может причинить большой вред. - Для военных операций на Дунае характерно, что туда ожидают прибытия царя**, чтобы что-нибудь предпринять. Впрочем, организация русской


* 1 июня. Ред.

** - Александра II. Ред.


36
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 27 МАЯ 1877 г.

армии до сих пор, по-видимому, действительно оказалась лучше, чем того ожидали; однако как обстоит дело, мы увидим, когда начнется настоящая кампания. Но развязка зависит от Константинополя, а она становится все более и более необходимой.

Мосьё Мак-Магон, кажется, ошибся, совершив свой coup de tete*.80 Дело не клеится, даже биржа, несмотря на все усилия, не желает по-настоящему клюнуть. Его уверения, что он намерен держаться в рамках законности, показывают также, что результат не соответствует обещаниям Брольи и компании. Если французы будут на этот раз стойко держаться, будут организованно голосовать, хотя бы не хуже, чем в последний раз, то, вероятно, они раз навсегда покончат с этого рода реакцией. Судя по ходу дела, шаг этот не рассчитан на применение силы, и если впоследствии будет сделана попытка прибегнуть к ней, то, вероятно, она не удастся. Нельзя откладывать coup d'etat** на три месяца, как отсрочивают вексель. Притом Брольи не человек действия, а парламентский интриган; он несомненно упустит подходящий момент, если бы даже из-за сомнений и оговорок Мак-Магона дело не было уже заранее почти обречено на неудачу. Словом, дело протекает в высшей степени благоприятно, и если избиратели на этот раз позволят префектам и т. д. обращаться с собой, как с голосующей скотиной, то они не заслуживают лучшего, но на это не похоже. Какие шансы на успех старой свиньи Тьера, если Мак-Магон ставит дилемму: хорошие выборы - или я подаю в отставку!

Осел!

Твой Ф. Э.


* - смелый, безрассудный поступок. Ред.

** - государственный переворот. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 19

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В БРАЙТОН [Лондон], 31 мая 1877 г.

Дорогой Энгельс!

Надеюсь, твой глаз уже поправился. Мадам Лонге старшая послала мадам Лормье, у которой болезнь глаза с каждым днем


37
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 31 МАЯ 1877 г.

обострялась и принимала очень серьезный оборот, баночку мази (она, должно быть, стоит не менее 30 франков). Употребление небольшого количества этой мази - mirabile dictu* - полностью излечило ее в течение нескольких дней. Факт абсолютно бесспорный. Мазь эта весьма славится во Франции; по ее запаху, виду и т. д. ты, конечно, узнаешь, каковы ее главные составные части.

Твоя оценка положения в Турции так сходится с моей, что я почти дословно изложил ее Врублевскому.

Но кризис приближается. Махмуд-Дамад и компания, находящиеся под прямым русским влиянием, были бы весьма склонны заключить мир с русскими, причем, разумеется, договорились бы и об отмене конституции (что рекомендует и «Times» в том же номере, в котором ругает Мак-Магона за его антиконституционализм81). Для царя** нет ничего более подходящего; до сих пор имел место, так сказать, лишь предварительный военный парад; успехи русских в Малой Азии79 преувеличиваются и раздуваются различными партиями по разным мотивам (не говоря уже об убийственной неосведомленности); помимо других затруднений, налицо расстройство финансов, которое находится еще только в начальной стадии; кавказская болезнь носит еще пока лишь спорадический характер82; царь вышел бы из всего этого, сохранив престиж, и притом не был бы пока что вынужден давать конституцию; кроме того, он мог бы играть важную роль в западном кризисе и т. д. и т. д. Мидхат-паша, как мне говорили, делает здесь все, чтобы дать толчок движению в Константинополе, отчего действительно зависит судьба Турции (и непосредственные перспективы «развития» России).

Во Франции оправдывается то, в чем я давно и тщетно убеждал Лиссагаре (теперь он снова видит это в слишком розовом свете), а именно, что настоящая промышленная и торговая буржуазия настроена республикански, как это на самом деле ясно показали события со времени тьеровского режима, и что «боевые люди» представляют лишь прекрасные остатки профессиональных политиков старых партий, но не представляют никакого класса. Рабочие (в Париже) следуют лозунгу, что на сей раз это - дело господ буржуа. Они поэтому держатся в стороне.

Из прилагаемой вырезки из «Marseillaise» ты увидишь, как относятся к Мак-Магону радикальные газеты. Мудрая


* - как это ни странно. Ред.

** - Александра II. Ред.


38
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 31 МАЯ 1877 г.

«Republique Francaise» заявляет ему, что вопрос может быть решен только его отставкой;

Эмиль де Жирарден грозит ему привлечением к суду, но из всех газет безжалостнее всего относится к нему «Siecle», газета лавочников par excellence*.

Между тем бонапартисты собираются обнажить меч (не говоря уже о том, что это не согласуется с линией Брольи) слишком поздно. Все же, возможно, будет предпринята попытка (после новой отсрочки сессии палаты83) прибегнуть к осадному положению, что хотя и незаконно, но покрывается законной ответственностью министров и конституционной безответственностью Мак-Магона. На этом пути, на который толкают, по крайней мере, бонапартисты, может все же еще дойти до насильственных столкновений. Это одна из возможностей, но маловероятная.

О смерти Уркарта меня по обязанности оповестил Коллет.

Состояние моего собственного здоровья не блестяще, но сносно в сравнении с тем, что бывало раньше в это же время года. Жена моя поправляется.

Маленький человек** легко отвык от груди (ирландка, однако, еще у нас), но проявляет опасную страсть: вместо того чтобы ползать по комнате, карабкается по лестнице.

Сердечные приветы от наших вашим.

Твой К. М.


* - по преимуществу. Ред.

** - Жан Лонге. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 20

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН Рамсгет, 15 июля 1877 г.

2, Adelaide Gardens Дорогой Мавр!

Со среды мы обосновались здесь84, но, к сожалению, на этот раз морской воздух действует на мою жену недостаточно быстро, аппетит у нее все еще отсутствует. У меня же последствия экскурсии в Манчестер85 давно прошли согласно пословице: «С глаз долой - из сердца вон».


39
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 15 ИЮЛЯ 1877 г.

Прилагаемое письмо прислано мне вместе с письмом того же самого Виде86 (которого, однако, не надо смешивать с нашим веселым горбунчиком*). Сообщи, что ты напишешь этому филистеру, чтобы мы могли действовать согласованно.

Первая корректура «Политической экономии» уже здесь87. Шестой лист «Философии», из которого выпало двадцать девять строк, печатается снова; надо надеяться, что ничего неприятного при этом опять не произойдет88.

Провал русских в Азии мне все еще не вполне понятен. Кавказская армия состоит из 8 дивизий по 16 батальонов каждая, следовательно, из 128 батальонов линейных войск (не считая стрелков, гарнизонных частей и новых формирований), но у Лорис-Меликова теперь, повидимому, всего лишь около 40-50 батальонов. Если мы прибавим на фланговые колонны у Батума и Баязета** еще 30 батальонов (безусловно слишком много), то остается еще 50-60 батальонов, относительно которых надо выяснить. Таким образом, их пришлось, вероятно, оставить на Кавказе для прикрытия коммуникаций. Если это предположение противоречит первоначальному русскому бахвальству, то это - не довод против. Во всяком случае высадка в Сухум-Кале (каковы бы ни были ее подлинные непосредственные результаты), повидимому, вполне достигла цели: удержать почти половину кавказской армии на самом Кавказе89.

В Болгарии русские тем временем, по-видимому, нащупывают себе путь, что в достаточной мере облегчается для них также тактикой чисто пассивной обороны со стороны турок (которая приводит в настоящее отчаяние прусских лейтенантов из «Kolnische Zeitung»). Во всяком случае, они, как кажется, подготовляют быстрое наступление через Балканы: через Габрово - Казанлык или через Софию - Филиппополь***. Если они его совершат и турецкое правительство не даст себя этим запугать, то этот «современнейший способ ведения войны» может кончиться ужасно. Содержать три армейских корпуса во Фракии и снабжать их боеприпасами и т. д., не имея позади себя удобных коммуникаций, - это такой фокус, на котором может сломать себе шею даже великий Николай Николаевич.

Туркам абсолютно необходимо иметь нескольких европейцев. Турки знают или только наступление или только оборону. Соединение того и другого выходит за пределы их горизонта. Какой-то турецкий майор говорит лейтенанту из «Kolnische


* - И. Ведде. Ред.

** Современное турецкое название: Догубаязит. Ред.

*** Болгарское название: Пловдив. Ред.


40
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 15 ИЮЛЯ 1877 г.

Zeitung»: Видите там, за Дунаем, много русских? - Черт возьми, почему же вы не обстреляете их своими пушками? - Йок, эфенди (нет, сударь), но если русские станут стрелять в нас, тогда вы увидите, как мы им ответим! - А в это время русские совершенно спокойно выстраивают свои батареи. Если бы в 1853 г. Силистрия защищалась таким образом, она скоро бы пала90.

Сердечные приветы от наших вашим.

Твой Ф. Э.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 21

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В РАМСГЕТ [Лондон], 18 июля 1877 г.

Дорогой Фред!

Прежде всего, что касается Виде, то я отвечу ему, что при теперешнем состоянии моего здоровья (это так и есть на самом деле) я не могу участвовать в качестве сотрудника в каком бы то ни было журнале.

Было бы действительно очень хорошо, если бы появился настоящий научный социалистический журнал. Он предоставил бы возможность выступать с критикой и антикритикой, причем мы могли бы разъяснять теоретические вопросы, разоблачать абсолютное невежество профессоров и приват-доцентов и одновременно с этим прочищать мозги широкой публике - как рабочим, так и буржуа. Но журнал Виде* может быть лишь псевдонаучным; главное ядро его сотрудников неизбежно составят те самые полуобразованные невежды и полузнайки-литераторы, которые сделали неустойчивыми «Neue Welt», «Vorwarts» и т. д. Беспощадность - первое условие всякой критики - будет в подобном обществе невозможна; кроме того, надо будет постоянно заботиться о популярности, то есть излагать для невежественных читателей. Представь себе журнал, посвященный химии, который всегда исходил бы из основной предпосылки - невежества читателя в химии. Помимо всего


* - «Neue Gesellschaft». Ред.


41
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 19 ИЮЛЯ 1877 г.

этого, поведение неизбежных сотрудников Виде в деле с Дюрингом диктует осторожность и вынуждает нас держаться от этих людей на таком почтительном расстоянии, как это только позволяют политические и партийные условия. Их девиз, по-видимому, таков: кто критикует своего противника с помощью одной лишь ругани, тот добрая душа; но кто обрушивается на противника с действительной критикой, тот - недостойный человек.

Надеюсь, что дерзкие действия русских по ту сторону Балкан заставят турок восстать против их старого режима. Что поражения русских в европейской Турции ведут прямо к революции в России, это теперь ясно даже для Лаврова и Лопатина благодаря возмущению русской прессы по поводу неудач в Армении, которого не смогла подавить никакая цензура.

Топ петербургских газет является более угрожающим, чем тон немецкой прессы в то время, когда осада Парижа не давала ожидаемых результатов91.

В течение нескольких дней на прошлой неделе и в начале этой бессонница и соответствующее хаотическое состояние головных нервов приняли у меня угрожающие размеры. Со вчерашнего дня опять стало лучше.

Сердечный привет от наших вашим.

Твой Мавр Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen P. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 22

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН Рамсгет, 19 июля 1877 г.

2, Adelaide Gardens Дорогой Мавр!

Я тоже напишу Виде*, что по недостатку времени не могу ничего обещать, а тем более выполнить. К сожалению, нам нельзя высказать тех истинных, или скорее внутренних, причин, которые ты столь верно сформулировал. К тому же - что нам известно о способности г-на Виде руководить научным


* См. настоящий том, стр. 219. Ред.


42
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 19 ИЮЛЯ 1877 г.

журналом? Что мы знаем, наконец, о его надежности или просто доброй воле в критических случаях, которые вскоре, несомненно, снова бы повторились?

Прилагаю последнее письмо от Вильгельма*. По поводу рукописи я ему просто ответил, что перешлю письмо тебе. Он действительно написал в тюрьме целых три статьи, которые напечатаны в №№ 80 и 81 «Vorwarts»92. Жалкое лавирование, блестящий образец того, как он превратил бы твою критику программы в ее восхваление93. Его требование дать статью о войне я отклонил, мотивировав свой отказ тем, что не желаю оспаривать место в «Vorwarts» у господ социалистов будущего и давать снова повод кричать о том, будто я заполняю газету отвлеченными вещами, не интересующими массу читателей94, которые, по-видимому, желают фантазий вместо фактов.

Беда лишь в том, что наши люди в Германии имеют таких жалких противников. Если бы на стороне буржуазии был хоть один способный и обладающий экономическими знаниями человек, то он бы скоро посадил наших господ в калошу и объяснил бы им их собственную путаницу. Но что может дать такая борьба, при которой оружием с той и другой стороны служат лишь общие места и всякий филистерский вздор! В противовес более развитому буржуазному уму в Германии развивается новый немецкий вульгарный социализм, который достойно может занять место рядом со старым «истинным социализмом» 1845 года95.

Турки должны действовать быстро, чтобы довести дело до благополучного конца. Если они позволят русским создать в Болгарии и на южном склоне Балкан русский четырехугольник крепостей96, то дело может там принять затяжной характер, и тогда не исключена угроза Константинополю, то есть угроза, рассчитанная, как в 1828 году, только на моральное воздействие - или на измену. А измена, кажется, вполне возможна. Что в Никополе произошла измена, - впрочем, после перехода русскими Балкан не имевшая уже большого значения, - кажется мне ясным. Никогда еще 6000 турок, укрытые за валом и рвом, не сдавались без штурма - кроме Варны в 1828 году97. Меня сильно раздражают приходящие дважды в день газеты с сообщениями о русской активности и неизменной бездеятельности турок; хуже не было даже в 1828 г., когда совсем не существовало турецкой армии.

Съезди же к Гумперту и попроси что-нибудь против бессонницы, он в настоящее время еще там, и поездка принесет тебе


* - В. Либкнехта. Ред.


43
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 23 ИЮЛЯ 1877 г.

пользу. Не давай этому делу опять затягиваться, - думаю, что в середине августа ты снова отправишься в Карлсбад, а до того у тебя остается месяц, который все же лучше прожить в здоровом состоянии. Здесь тоже дела не особенно хороши. Лиззи со вчерашнего дня без всякой видимой причины чувствует себя очень нехорошо; в первый раз морские купанья не оказывают на нее своего волшебного действия, и я начинаю серьезно беспокоиться.

Сердечный привет твоей жене, Тусси и Ленхен, а также супругам Лонге и Лафарг и тебе самому от всех нас.

Твой Ф. Э.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 23

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В РАМСГЕТ [Лондон], 23 июля 1877 г.

Дорогой Фред!

Прилагаю «Journal des Debats»; это уже старый номер, но он интересен, особенно благодаря передовице относительно восточной войны и корреспонденции из России. Далее «Volksfreund»*, превратившийся, как кажется, в «Moniteur» г-на Дюринга; Коллета: «Англия враг Турции» и т. д.

Я предполагал на два-три дня съездить к тебе в Рамсгет; поездка к Гумперту была бы бесполезна, ибо я наизусть знаю, как от него, так и от карлсбадских врачей и профессоров, что медицинская наука в данном случае ничем не может помочь. Кроме того, с бессонницей положение стало несколько лучше. Но un homme propose et l'autre dispose**. Другим в данном случае оказался Гирш, который специально приехал в Лондон, чтобы провести неделю со мной. Подробнее о нем и о его сообщениях ниже в этом письме. Сначала же о моих планах на ближайшее будущее.


* - «Braunschweiger Volksfreund». Ред.

** - один человек предполагает, а другой располагает. Ред.


44
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 23 ИЮЛЯ 1877 г.

Я имею в виду по возможности уже 12 августа выехать в Нёйенар, а не в Карлсбад, и по следующим мотивам: Во-первых, ввиду расходов. Ты знаешь, что моя жена серьезно страдает от расстройства пищеварения, и так как я во всяком случае возьму с собой Тусси, у которой опять был сильный приступ, то моей жене было бы очень тяжело оставаться одной. Одни только расходы на поездку туда и обратно для нас троих, с багажом и с остановками в пути, как я это обычно делал, когда ездил на лечение, доходят до 70 фунтов стерлингов. Кроме того, я давно обещал Ленхен, которая очень скрипит, отправить ее на родину, где она тоже не сможет прожить без всяких расходов. Сверх того, семейству надо сделать всякие покупки для путешествия.

Во-вторых: карлсбадские врачи в минуты откровения говорили мне, что тому, кто не желает каждый год посещать Карлсбад, может быть полезным в виде интермеццо Нёйенар.

Они, конечно, хотят, чтобы каждый ездил в Карлсбад. Но даже с точки зрения гигиены, по всей вероятности, лучше иногда менять курорты и принимать более слабый источник, ибо variatio delectat corpus*. К тому же у меня теперь не столько расстройство печени, сколько вызванное им расстройство нервов, а потому лучше более слабый источник, но по существу того же состава.

Далее, я всегда именно из-за расходов упускал самое главное - дополнительное лечение.

При гораздо меньших путевых расходах и при запертом доме (под охраной Уизерса) в период лечения замена Карлсбада Нёйенаром убила бы одним ударом всех зайцев.

Итак, q. e. d.** Надеюсь, ты с этим согласен.

А теперь о другом, прежде всего о Гирше.

Он сделал большие успехи и даром не потерял времени. Я проэкзаменовал его, между прочим, по французской статистике и нашел, что он на высоте. Он сделал мне также интересные сообщения о почти всеобщем превращении французских промышленных предприятий в акционерные общества. Во-первых, это облегчено законодательством времен империи. Во-вторых, француз не любит предпринимательскую деятельность, он желает по возможности жить, как рантье. А для этого такая форма предприятия, разумеется, просто находка.

По словам Гирша (тут он, пожалуй, все видит в слишком розовом свете), офицеры французской армии, исключая высших,


* - разнообразие полезно для тела (крылатое выражение, восходящее к трагедии Еврипида «Орест»). Ред.

** - quod erat demonstrandum - что и требовалось доказать. Ред.


45
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 23 ИЮЛЯ 1877 г.

настроены республикански. Во всяком случае характерный факт, что Галиффе (история с Бомон98 - факт, как уверяет Гирш, согласно дальнейшим расследованиям) собственноручным письмом предложил свои услуги г-ну Гамбетте и что этот самый Галиффе, после произведенного Брольи увольнения префекта того города, где расположен его гарнизон, выразил опальному префекту вместе с генеральным штабом свое соболезнование. Если с сухим деревом это делают и т. д.99 С другой стороны, среди унтер-офицеров, состоящих большей частью из новых людей, очень распространено мнение, что Мак-Магон разогнал палату100 потому, что она путем ряда законопроектов пыталась улучшить положение унтер-офицеров.

Обо всем, что происходит в Елисейском дворце101, ежедневно узнают в Париже, так как бонапартистские крикуны, шныряющие там взад и вперед, не держат язык на привязи. Мак- Магон в высшей степени раздражен. Эта скотина, первым историческим словом которого было: «Я здесь и здесь остаюсь»102, а вторым: «Довольно», теперь говорит свое последнее слово. С утра до вечера он твердит: «Черт!».

Гирш в бешенстве по поводу «Vorwarts», как из-за дела Дюринга, так и из-за статьи «Долой республику»103. О том и другом он в высшей степени резко написал в Правление (Гейбу и т. д.)13. Он теперь также видит, что объединение и в теоретическом, и в практическом отношении понизило уровень партии.

Относительно статьи «Долой республику» он замечает, что великий Газенклевер находился во время Коммуны под Парижем в качестве прусского солдата (вероятно, резервиста или ополченца), следовательно, не имеет никакого основания разыгрывать из себя принципиального человека.

Он утверждает, что в период прусского конфликта104 Газенклевер был редактором какойто прогрессистской105 газеты в Крефельде*, что он продал эту газету одному ультрареакционеру и что в процессе, возникшем по поводу этой продажи, он себя сильно скомпрометировал. Об этом, как Бракке говорил ему сам, Бракке и товарищи знали, когда они назначали Газенклевера редактором «Vorwarts» на равных правах с Либкнехтом!106

Между тем, Либкнехт, «чем согрешил, тем и наказывается»**. Лассальянская банда делает все, чтобы раздразнить и унизить его. Например, они его попрекают за жалкое жалованье


* Очевидно, «Westphalische Volkszeitung». Ред.

** Библия, Книга премудрости Соломона, глава 11, стих 17. Ред.


46
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 23 ИЮЛЯ 1877 г.

в «Vorwarts», говорят, что его жена (с пятью детьми) должна обходиться без прислуги и т. д.

Они намеренно устроили так - в нарушение всех обычаев, принятых как в партии, так и в журналистике, - что Либкнехту приходится отсиживать за все статьи, включая и те, которые были написаны во время его отсутствия, так что он при «Vorwarts» действительно играет ту роль, какую при французских газетах играют подставные лица.

Гирш в следующем месяце отправляется из Парижа в Берлин, где он в течение месяца будет редактировать литографированные партийные газеты*; он намерен делать это так, чтобы доставлять огорчение объединенному сброду.

Прилагаю письмо из редакции журнала «Zukunft» на тот случай, если ты его не получил107. Пришли мне его обратно для ответа.

«Гражданин», «мыслитель» и «социалист будущего» Мост задумал дело превосходно и ловко. Итак, подготовляется второе объединение; мы будем вместе с г-ном Дюрингом, так как без него там не обойдется; вместе с тем, пользуясь нашими именами, под редакцией Моста и К°, они будут почтительнейше всучать публике все свои пошлости! В таком случае, мне было бы во сто крат приятнее доставить удовольствие Виде**. Все же Мост доставил мне удовольствие, дав мне повод ответить ему отказом. Эти молодцы думают, что имеют дело с «кроткими овечками». Какая наглость!

Русские, как мне кажется, скандально провалились со своим холостым выстрелом; когда такие антимилитаристские coups de tete*** то здесь, то там не удаются, то их результаты оказываются весьма плачевными и компрометирующими в глазах собственной армии и собственной публики, в особенности сразу же после отступления в Армении.

Говорят, что друг Лопатин между тем снова стал антипатриотом.

Надеюсь, твоей жене лучше.

Привет всем.

Твой Мавр


* См. настоящий том, стр. 51-52. Ред.

** См. настоящий том, стр. 39-42. Ред.

*** - опрометчивые поступки. Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx - Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, l изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого


47
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 24 ИЮЛЯ 1877 г.

24

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН Рамсгет, 24 июля 1877 г.

Дорогой Мавр!

Газеты и т. д. получил. Большое спасибо.

Твой план, во всяком случае, имеет то преимущество, что одним ударом убивает несколько зайцев; хотелось бы только надеяться, что главный пункт - твоя печень - от этого не пострадает. Между тем столько врачебных авторитетов за этот план, что даже и с этой точки зрения нельзя определенно возразить против него. Кто знает, не принесет ли тебе на этот раз Нёйенар больше пользы, чем Карлсбад. Это вроде лотереи, будем надеяться на лучшее. Для улаживания основных дел прилагаю чек на 101 ф. 3 шилл. 7 пенсов. Нарочно посылаю некруглую сумму.

Приезжай же во всяком случае на несколько дней сюда, и, если можно, притащи с собой Гирша. Перемена воздуха хорошо на тебя подействует. Впрочем, и я надеюсь до 12 августа еще раз приехать на день в Лондон, но пусть подобные предположения не удерживают тебя.

Сообщения Гирша о Франции, даже за вычетом некоторых преувеличений, как раз в данный момент весьма отрадны. Очень хорошо, что он делает большие успехи; пора уже, чтобы хотя бы некоторые добивались успехов, когда многие глупеют и опускаются.

Прелестное письмо из редакции журнала «Zukunft» при сем возвращаю*. Из Лондона мне переслан точно такой же экземпляр.

Я думаю ответить следующее. Во-первых, невозможно обязаться сотрудничать в научном журнале, редакция которого анонимна и сотрудники которого тоже неизвестны. Ценность постановлений съездов, как бы ни были эти постановления достойны уважения в области практической агитации, - в науке равна нулю, и их недостаточно для того, чтобы придать журналу научный характер, который не может быть декретирован108. Социалистический научный журнал без вполне определенного научного направления представляется бессмыслицей, а при свирепствующей теперь в Германии большой разноголосице и, соответственно, неопределенности направлений до


* См. предыдущее письмо. Ред.


48
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 24 ИЮЛЯ 1877 г.

сих пор нет никакой гарантии, что взятый курс будет для нас приемлемым. - А, во-вторых, по окончании Дюринга* я должен буду ограничиться своими собственными работами, следовательно, не имею времени. Что ты об этом думаешь? Я с этим не спешу.

Из прилагаемого письма Либкнехта, которое прошу вернуть мне для ответа, ты видишь, как г-н Дюринг «не мог никак дождаться, пока колокольчик двенадцать пробьет»109, и все сам себе испортил. Глупый Вильгельм, конечно, сам все это так мудро устроил и в своей детской восторженности даже не замечает, как сильно осрамилась при этом «партия». Что прикажешь делать с такими людьми? К тому же этот человек очень гордится своими статьями о Франции, где он просто пережевывает газенклеверовскую ерунду110. Впрочем, выждем, не заглохнет ли снова все торжество по поводу провала Дюринга.

Маневры русских весьма рискованны, но что толку от этого, раз турецкий способ ведения войны остается таким же, каким он был за последний месяц? Правильным ответом было бы ударить соединенными силами из Шумлы и Рущука** на русских во фланг и разбить их. Теперь у них в руках лучший перевал через Балканы (Шипка), который они легко могут удержать, а, согласно сегодняшним сообщениям, турки посылают из Шумлы войска через Ямболи*** в Румелию, чтобы там преградить путь русским, вместо того чтобы увести войска из Румелии - кроме гарнизона Адрианополя**** - в Шумлу и всеми силами двинуться на Систову*****. Турецкое командование, очевидно, дало себя запугать и делает соответственно этому ошибки. При этом оно повсюду оставило русским совершенно созревший урожай, так что они имеют достаточно провианта. Абдул-Керим довел турецкую армию до того, что свыше 20 процентов лежат в лазаретах, а прусский лейтенант из «Kolnische Zeitung» говорит, что в Шумле он видел массу пьяных турецких офицеров (не солдат). Все это результаты бездействия. Приходишь в бешенство при виде того, как остаются неиспользованными такая великолепная позиция и такой превосходный солдатский материал. И все же, несмотря на это, русские еще не подходят к Константинополю и даже не в состоянии быстро отрезать турок в четырехугольнике крепостей****** от провианта. Кроме


* Ф. Энгельс. «Анти-Дюринг». Ред.

** Болгарские названия: Шумен (современное название: Коларовград) и Русе. Ред.

*** Болгарское название: Ямбол. Ред.

**** Турецкое название: Эдирне. Ред.

***** Болгарское название: Свиштов. Ред.

****** Рущук - Силистрия - Варна - Шумла. Ред.


49
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 25 ИЮЛЯ 1877 г.

того, в их распоряжении для развязки остается всего два месяца, и благодаря этому, даже несмотря на все глупости турок, кампания этого года уже почти что обречена на неудачу... если бы только не случались там постоянно всякие неожиданности! Посылки английских войск будет, надо полагать, достаточно, чтобы помешать султану* заключить сепаратный мир, и это хорошо.

Лиззи лучше. В воскресенье** у нее был серьезный кризис, и теперь она, кажется, понемногу поправляется.

Сердечный привет всем.

Твой Ф. Э.


* - Абдул-Хамиду II. Ред.

** 22 июля. Ред.

*** - любовную записку (буквально: приятный билет - намек на полученный от Энгельса чек; см. предыдущее письмо). Ред.

Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 25

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В РАМСГЕТ [Лондон], 25 июля 1877 г.

Дорогой Фред!

Большое спасибо за billet doux***.

Еще несколько слов о Нёйенаре. Если всегда без перерыва ездить в Карлсбад, то это значит постоянно прибегать к последнему средству. Напротив, прибегая к более слабому целебному источнику, оставляешь в запасе более сильный на случай, если болезнь примет более опасный оборот. А со своим телом приходится играть в дипломатию точно так же, как и со всеми прочими вещами.

Прилагаю также извлечения из писем Гейба Гиршу. Гирш сожалеет, что не имеет при себе писем Либкнехта, так как, по его словам, мы могли бы убедиться из них, что Либкнехт в течение ряда месяцев сильно воевал против дюринговской


50
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 25 ИЮЛЯ 1877 г.

клики. Либкнехту, по-видимому, пришлось проглотить немало неприятностей, которые он от нас скрывает.

Что ты скажешь о рабочих Соединенных Штатов? Этот первый взрыв против олигархии объединенного капитала, возникшей после Гражданской войны, будет, конечно, подавлен111, но, весьма вероятно, может послужить в Соединенных Штатах исходным пунктом для образования серьезной рабочей партии. К этому присоединяются два благоприятных обстоятельства. Политика нового президента* превратит негров, а крупные земельные экспроприации (как раз самой плодородной земли) в пользу железнодорожных, горнозаводских и т. д. компаний превратят также и крестьян Запада, которые уж очень недовольны, - в союзников рабочих. Так что каша там заваривается, и перенесение центра Интернационала в Соединенные Штаты112 может еще приобрести post festum** совершенно особую целесообразность.

Ты помнишь, что Шальмелль (не знаю, как пишется фамилия) де Лакур написал в «Republique Francaise» едко-злобную и нарочито оскорбительную статью против Мак-Магона, в которой, между прочим, говорится о его «кстати полученной ране», без которой он попал бы в один славный список с Фроссаром, Файи и т. д.113 Вслед за тем в официальных газетах было сообщено... о судебном преследовании «Republique» за эту оскорбительную статью. Но этого не произошло и, как говорит Гирш, по следующей причине. Известный Стоффель, смертельный враг Мак-Магона, уволенный им из армии и имевший с ним крупное столкновение во время процесса Базена114, - явился к Гамбетте и вызвался, если дело дойдет до процесса, выступить в качестве свидетеля по поводу подвигов Мак-Магона во время битвы при Седане15. Это скоро стало известно в Елисейском дворце101, и мысль о процессе была оставлена.

Ad vocem*** Брольи. Как тебе известно, он при первом министерстве «нравственного порядка»115 погасил свои долги, но теперь опять погряз в новых, всему Парижу известных, затруднениях. Он ждал смерти своей старой, болезненной родственницы (колоссально богатой) в Швейцарии, некоей г-жи фон Сталь (родственницы знаменитой бой-бабы****). Особа эта умерла 13 марта 1877 г., оставила все свое состояние какой-то даме, а Брольи - ни гроша. Тут он сказал, как Доллешалль: «Теперь речь идет о куске хлеба. Теперь я перечеркиваю все!».


* - Р. Гейса. Ред.

** - задним числом. Ред.

*** - По поводу. Ред.

**** - А. Л. Ж. де Сталь. Ред.


51
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 25 ИЮЛЯ 1877 г.

Твой ответ берлинцам* был бы кстати. Эти молодцы должны почувствовать, что если мы долго были терпеливы, то умеем быть и настойчивыми.

Посмотрю, можно ли устроить поездку с Гиршем**. Сегодня он в Хрустальном дворце116, так что я вряд ли увижу его раньше, чем завтра днем (по утрам он пишет свои корреспонденции в «Vossische Zeitung» и т. д.)

Привет.

Твой Мавр Пример «большой проницательности» катедер-социалистов: «Даже при большой проницательности, какой обладает Маркс, нельзя решить задачу «сведения» «потребительных стоимостей»» (скотина забывает, что речь идет о «товарах»), «то есть носителей наслаждений и т. д., к их противоположности, к количествам усилий, к жертвам и т. д.» (скотина думает, что в стоимостном уравнении я хочу «свести» потребительные стоимости к стоимости). «Это - подмена чужеродным. Приравнивание друг к другу потребительных стоимостей различного рода можно объяснить только путем сведения их к одной общей потребительной стоимости». (Почему не сказать просто - к весу?)

Так глаголет г-н Книс, критический гений профессорской политической экономии117.

Выдержки из писем Гейба Гиршу: 1) Гамбург, 3 июня 1877 г. (по поводу основания Обозрения***): «Один товарищ, Карл Хёхберг в Берлине» (по мнению Гирша, «товарищ» знаменитого Евгения Дюринга), «родом из Франкфурта-на-Майне, обязался жертвовать партии ежегодно по 10000 марок на литературные цели. Окрыленные этим, мы решили в Готе издавать с 1 октября не только Обозрение108, но также и литографированную социал-демократическую Корреспонденцию - подобную той, о которой мы частным образом говорили в прошлом году в Готе118. Я сразу подумал о тебе, как о редакторе обоих изданий. Обозрение должно выходить два раза в месяц, а Корреспонденция два-три раза, а во время сессий рейхстага - шесть раз в месяц и т. д.

Хёхберг, который кой-чему учился и которому около тридцати лет, предполагает помогать редакции «Обозрения» по мере надобности, без права распоряжаться делами. Редактор обоих изданий должен получать годовой содержание в 3000 марок... Мы все, то есть я и те, кого я до сих пор спрашивал, сходимся на том, что редакция будет надежнее всего в твоих руках».

2) Гамбург, 5 июля 1877 года: ... «Обозрение будет выходить с 1 октября... При издании Обозрения будет помогать Хёхберг, который обратится, вероятно, непосредственно к тебе. Я представляю себе дело так. Ты поручаешь ему или договариваешься с ним по поводу специальных отделов, которыми он заведует, например отделы философии, истории, естествознания. Книжные новинки в этой области будет рецензировать Хёхберг...

Если окажется, что все свои силы ты должен уделять Корреспонденции, то легко можно будет устроить все иначе. Укажу, между


* То есть редакции журнала «Zukunft» (см. предыдущее письмо). Ред.

** К Энгельсу в Рамсгет (см. предыдущее письмо). Ред.

*** - журнал «Zukunft». Ред.


52
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 25 ИЮЛЯ 1877 г.

прочим, на д-ра Виде, который является ревностным партийным товарищем, говорит и пишет по-французски, по-английски и по-итальянски, много путешествовал и сам намеревался издавать в Цюрихе социалистический журнал*. Когда он недавно был здесь, я сообщил ему о плане и т. д.» (но он не отозвался).

3) Гамбург, 18 июля 1877 года: ...«Ты окончательно согласился взять на себя издание Корреспонденции» (то есть Гирш хочет проделать эксперимент в течение августа)... «В вопросе относительно Обозрения мы всё еще не нашли твердого решения. Так как ты отказался, то недавно мы здесь вели устные переговоры с Хёхбергом.

Было принято во внимание, что лейпцигцы единодушно против того, чтобы редакция Обозрения состояла из одних только новичков в партии. Хёхберг вполне устраивает всех, а Виде - нет. Опасаются, что слабая редакция - а неизвестная редакция может оказаться слабой - легко попадет в Берлине в дюринговский фарватер и таким образом может стать источником фатальных разногласий в партии. Я не смотрю, правда, так мрачно, но одно все же верно; Обозрение в первом квартале должно редактироваться и подписываться литературнообразованным, всесторонне известным в партии товарищем, одним словом - должно себя зарекомендовать.

Полагаю, что ты это вполне можешь сделать»... (на что Гирш, однако, отвечает, что он не станет этого делать).


* - «Neue Gesellschaft». Ред.

** См. настоящий том, стр. 221. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 26

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В ЛОНДОН [Рамсгет], 31 июля 1877 г.

2, Adelaide Gardens Дорогой Мавр!

Пишу наспех всего несколько строк, которые посылаю вместе с прилагаемым письмом В.

Либкнехта. Оно, возможно, повлияет на твой ответ редакции журнала «Zukunft»119. Непосредственно редакции я еще не ответил, а ответил только Либкнехту - по поводу оригинального предложения, чтобы мы доверили свои рукописи совершенно неизвестным людям, которые должны обладать научными знаниями только потому, что съезд так постановил. Далее я написал ему, что вообще буду писать статьи лишь в виде исключениями только тогда, когда сам сочту это настоятельно необходимым**.

Вильгельм, очевидно, не знает сам, как обстоят дела, иначе он не сделал бы промаха в истории с Виде. Недурной способ создания научного журнала! Хорошо, по крайней мере, что нет дюринговщины.


53
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 1 АВГУСТА 1877 г.

История с американскими стачками111 очень меня обрадовала. Американцы вступают в движение совсем иначе, чем рабочие по эту сторону океана. Всего только двенадцать лет после отмены рабства, а движение уже достигло такой остроты!

Книс очень хорош. Также и Дюринг, которого ты и на этот раз верно раскусил*. Последнее его слово, если перевести его путаницу на язык политической экономии, сводится фактически к определению стоимости заработной платой120.

Придется мириться с присутствием русских между Балканами и Дунаем, пожалуй, до осени. Турки из-за плохого снабжения погубили очень большую часть своих регулярных войск в боях с сербами и черногорцами, а в отношении оставшихся Абдул-Керим сделал все, что мог, чтобы погубить их. Сомневаюсь, есть ли у Мехмет-Али более 50000 человек, способных к наступлению, у Осман-паши должно быть около 25000, да к югу от Балкан имеется еще 25000; это, кажется, все, остальное - необученная милиция, которая в бою ничего не стоит.

Если турецкое правительство не заключит теперь преждевременного мира, то русские в этом году не дойдут до Константинополя, а в ноябре, пожалуй, снова перейдут обратно через Дунай; а так как они до сих пор даже не начали осаждать крепостей, то последние - если не считать непредвиденных обстоятельств, - вероятно, будут еще на время этой кампании в безопасности, так что весной они могут опять начать сначала - если вообще смогут!

Жалкий корреспондент «Standard» в Константинополе по поручению Лейарда бьет тревогу для того, чтобы английский флот был навязан туркам.

Твой Ф. Э.


* См. настоящий том, стр. 51 и 46. Ред.

** 28 июля. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается no рукописи Перевод с немецкого 27

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В РАМСГЕТ [Лондон], 1 августа 1877 г.

Дорогой Фред!

Прилагаю письмо Хёхберга Гиршу, который в субботу** возвратился в Париж. Верни, пожалуйста, по прочтении письмо, так как я должен отослать его обратно Гиршу.


54
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 1 АВГУСТА 1877 г.

Я думаю, письмо Хёхберга характеризует этого человека лучше, чем все, что Либкнехт (последний опять отличился своей рекомендацией путаника Аколла и дельца Лакруа) о нем говорит или может сказать. Хёхберг является первым человеком, который - по моему мнению, с самыми лучшими намерениями - вкупается в партию и хочет переделать ее по своему образу и подобию. Он, очевидно, весьма мало или совсем не осведомлен о том, что представляют из себя «заграничные» члены партии и писатели, которых он хочет «интернационально» сгруппировать вокруг себя. Достойного Б. Малона, которого даже бельгийская «Liberte» отвергла как пошлого компилятора, он принимает всерьез! Что касается Элизе Реклю, сына протестантского попа, то Хёхберг во всяком случае должен был бы знать, что он и его брат Поллукс* являются «душой» (говоря словами нашего бывшего инициатора издания «Neue Rheinische Zeitung»)121 швейцарской газеты «Le Travailleur»122 (прочие ее сотрудники: Жуковский, Лефрансе, Разуа и tutti quanti**), где, хотя и в более утонченно-иезуитской форме, чем это в состоянии сделать несчастный Гильом, ведется отчаянная борьба против немецкого рабочего движения и где в особенности его вожди (Либкнехт и другие, разумеется, не называются по имени) изобличаются как люди, которые... тунеядствуют за счет рабочих, препятствуют развитию движения и расточают силы пролетариата в мнимых боях и парламентской болтовне. И в благодарность за это Хёхберг хочет пригласить его из Берлина сотрудничать!

Несколько дней назад здесь появился - чтобы вскоре снова скрыться в Германию - веселый горбунчик Ведде. У него было настоятельное поручение Гейба привлечь тебя и меня в «Zukunft». Я отнюдь не скрывал нашего намерения воздержаться от участия в журнале и изложил наши соображения по этому поводу, - к его великому огорчению. Я объяснил ему при этом, что если время нам позволит или обстоятельства потребуют, то мы, как интернационалисты, снова сможем выступить с пропагандой, отнюдь не связанные обязательством к Германии, «к отечеству любимому примкнуть»***.

Он видел в Гамбурге д-ра Хёхберга, а также Виде; последнего он рисует как несколько поверхностного, по-берлински претенциозного человека; первый ему понравился, но он-де еще очень страдает «современной мифологией». Дело в том, что,


* - Эли Реклю. Ред.

** - им подобные. Ред.

*** Перефразированная строка из драмы Шиллера «Вильгельм Телль», действие II, явление первое. Ред.


55
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 1 АВГУСТА 1877 г.

когда паренек (Ведде) первый раз был в Лондоне, я употребил выражение «современная мифология» для характеристики вновь широко вошедших в моду богинь «справедливости, свободы, равенства и т. д.»; это произвело на него сильное впечатление, так как он сам немало послужил этим высшим существам. Хёхберг кажется ему несколько зараженным Дюрингом, а у Ведде чутье более тонкое, чем у Либкнехта.

Ты, очевидно, получил Меринга123. Посылаю тебе сегодня еще одну маленькую брошюру против Трейчке124, которая написана скучно и осторожно, но все же в некоторых пунктах представляет известный интерес.

Главное зло в Турции, это - старая история всех абсолютных монархий. Партия сераля, - которая вместе с тем является русской партией, подобно тому, как партии Карла I, Карла II, Якова II, Людовика XVI, Фридриха-Вильгельма IV, все старались продержаться с помощью интриг с заграницей, - гнется, но далеко еще не сломлена. В первом припадке страха Абдул-Керим и Редиф преданы военному суду, Махмуд-Дамад оказывается в немилости, а Мидхат-паше предложено вернуться. Но едва только проходит первая паника - и Дамад снова у власти, берет под защиту преданных ему людей, оставляет Мидхата в изгнании и т. д. Я убежден, что московская дипломатия с большим вниманием следит за маневрами в Константинополе, чем за маневрами по обеим сторонам Балкан.

По поводу «стоимости» Кауфман во второй (весьма неудовлетворительной, даже абсолютно ошибочной, но все же небезынтересной) главе своей книги «Теория колебания цен»*, после обзора всех эпигонствующих мудрствований современных немецких, французских и английских схоластов, делает о «стоимости» следующее абсолютно правильное замечание: «В нашем обзоре учений о ценности**... мы видели, что политико-экономы хорошо понимали важность этой категории... Несмотря на это... всем занимавшимся хозяйственной наукой известен тот факт, что на словах до крайности возвышают значение ценности, на деле же забывают ее скоро после того, как о ней было более или менее сказано в введении; нельзя привести ни одного примера, где бы то, что говорится о ценности, было в органической связи с тем, что говорится о других вопросах, - чтоб сказанное в введении о ценности влияло на последующие рассуждения. Конечно, мы здесь имеем в виду лишь чистую категорию «ценности», отдельную от цены»125.

Это в самом деле отличительная черта всякой вульгарной политической экономии. Ввел это Адам Смит; его немногие


* Название книги написано Марксом по-русски. Ред.

** В русской экономической литературе того времени термин «ценность» употреблялся для обозначения «стоимости» («Wert»). Ред.


56
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 1 АВГУСТА 1877 г.

глубокие и поразительные применения теории стоимости были высказаны между прочим, не оказав какого-либо влияния на развитие его теории как таковой. Великий грех Рикардо, сделавший его учение заведомо непереваримым, состоял в попытке доказать правильность своей теории стоимости как раз такими экономическими фактами, которые по видимости ей больше всего противоречили.

Мои господа племянники* подарили мне вчера пять толстых томов книги Банкрофта «Туземные племена тихоокеанских штатов Северной Америки». Для них оказалось весьма кстати, что книга появилась у Лонгманов; можно было просто произвести расчет между Лонгманами и стариком**.

Д-р Виде ответил весьма учтивым письмом на мое извинительное письмо***.

Что касается «Zukunft», то я даже не стану отвечать, полагая, что на анонимный, никем не подписанный циркуляр, уже в силу самого характера его, отвечать невозможно и не следует.

Ирландские стычки в палате общин очень забавны. Парнелл и т. д. сказали Барри, что самое худшее, это - поведение Батта, который добивается места судьи и пригрозил им сложить с себя лидерство. Это может причинить им в Ирландии большой вред. Барри говорил о письме Батта Генеральному Совету Интернационала126. Они очень хотели бы иметь этот документ, как доказательство того, что его неуступчивость по отношению к непримиримым одна лишь комедия; но где же мне теперь найти этот документ?

Привет. Твой Мавр


* - Генри и Чарлз Юта. Ред.

** - Иоганном Карлом Юта. Ред.

*** См. настоящий том, стр. 40-41. Ред.

Впервые опубликовано с сокращением в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 28

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В РАМСГЕТ [Лондон], 8 августа 1877 г.

Дорогой Фред!

Все еще никаких известий от семьи Лонге, это тем неприятнее, что мы сегодня выезжаем (сегодня вечером)127.


57
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 8 АВГУСТА 1877 г.

При сем «Экономическая таблица» с некоторыми замечаниями128.

Я не мог разыскать в чулане книг Оуэна (а также и книгу Фурье «Ложная хозяйственная деятельность»), так как там все в величайшем беспорядке (он служит одновременно спальней для Карри, а дамы разложили там все свои чемоданы со всякими вещами, необходимыми для поездки).

Ad vocem* Оуэн. Сочинение Сарганта** легко достать; важнее маленькая брошюра on private marriages***, но ее достать нельзя129. Два толстых тома130, которые имеются у Женнички, определенно не были у нее дома; я там все перерыл; возможно, что Лонге взял их с собой. В случае необходимости можно получить все сочинения Оуэна у старого Олсопа. Между тем я нашел у себя весьма важное сочинение Оуэна, в котором он дает резюме всего своего учения: «Революция в умах и практике человеческого рода», 1849. Я совсем забыл о нем. Эту вещь вместе с книгами Фурье «Теория четырех движений» и «Новый хозяйственный мир», а также сочинение Юббара о Сен-Симоне**** я отнесу сегодня к тебе домой131.

Состояние здоровья моей жены совсем неудовлетворительно. Надеюсь, что с мадам Лиззи дело обстоит лучше; надо думать, она скоро сможет купаться в море, это ей до сих пор ведь всегда помогало. Передай ей самый сердечный привет от нас всех.

А теперь, старина, до свидания. Проклятые пруссаки не могут прекратить своих безобразий, а старый фальшивый унтер-офицер***** будет делать все возможное, чтобы втянуть Франца-Иосифа в глупости. Последнему не хватает еще только венгерской революции.

Константинопольский корреспондент «Republique Francaise» пишет, что старый шейх-ульислам132, благодаря интриге Махмуд-Дамада, смещен ввиду своего революционного образа мыслей и заменен каким-то ослом. Он думает, что если дворцовые интриги не прекратятся, то в Константинополе предстоят волнения.

Прощай.

Твой Мавр


* - По поводу. Ред.

** У. Л. Саргант. «Роберт Оуэн и его социальная философии». Ред.

*** - о частных, неофициальных браках. Ред.

**** Г. Юббар. «Сен-Симон. Его жизнь и труды». Ред.

***** - Вильгельм I. Ред.

Впервые опубликовано в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und К. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913

Печатается по рукописи Перевод с немецкого


58
МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ, 17 АВГУСТА 1877 г.

29

МАРКС - ЭНГЕЛЬСУ В РАМСГЕТ Нёйенар, 17 августа 1877 г.

Hotel Flora Дорогой Фред!

Я написал бы тебе раньше, но продолжительные запоры, которые у меня всегда бывают в результате путешествия и усиливаются в результате питья минеральной воды в течение первой недели, лишают всякой активности. Отсюда почти не о чем писать127. Настоящая идиллия; к тому же вследствие не совсем благоприятной погоды (хотя тут, несмотря на дождь и бурю, воздух всегда остается прекрасным), а также, пожалуй, из-за продолжающегося кризиса в делах, число посетителей уменьшилось с 3000 до 1700-1800. Счастливая Арская долина! Она не знает еще железных дорог; впрочем, ее уже вымеряли и в будущем году ей угрожает начало строительства железной дороги от Ремагена до Арвейлера, откуда она затем должна пойти не по Арской долине, а левее, к Триру.

Здесь я нашел очень хорошего врача, д-ра Шмица (родом из Зигена), который, несмотря на то, что ему принадлежит здесь прекрасный дом с садом, умудряется практиковать зимой (с конца октября) в Италии. Он много ездил по свету, был, между прочим, в Калифорнии и в Центральной Америке. Внешностью и манерами он напоминает малыша Дронке в его лучшие годы.

Он в основном подтвердил мои предположения, о которых я писал тебе из Лондона*. Печень моя не обнаруживает признаков увеличения; пищеварительный аппарат несколько расстроен, но основное зло - это нервы. Шмиц повторил мне сегодня, что после трехнедельного пребывания здесь я должен пожить в горах Шварцвальда, чтобы подышать горным и лесным воздухом. Посмотрим. То же самое рекомендует он и моей жене, которая, впрочем, должна пройти курс лечения и приехала как раз вовремя, пока болезнь ее не усилилась. Аппетит у Туссиньки улучшается, а это у нее - лучший симптом.

Горы у Нёйенара расположены несколько далековато от курорта, по крайней мере для избалованных карлсбадцев.


* См. настоящий том, стр. 44. Ред.


59
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 25 АВГУСТА 1877 г.

Нас очень беспокоит, что мы еще не получили никаких сведений о том, что происходит в семье Лонге.

Как здоровье твоей жены? Надеюсь, что лучше. Погода у вас такая же капризная? Здесь в Арской долине люди к этому совсем не привыкли.

Здесь в курзале (где также принимают ванны, которые тут, как и везде, расположены рядом с местом, где пьют щелочную воду) имеется читальня, где наряду с немецкими и голландскими газетами есть «Times» и «Galignani's Messenger», «Figaro» и «Independance belge», следовательно, больше, чем мне нужно, ибо я здесь по возможности воздерживаюсь от чтения газет. Я тоже вижу, что турки, к сожалению, - по крайней мере на мой непросвещенный взгляд, - снова теряют время.

Здесь пьют вино, но вальпорцгеймер и другие красные арские вина - увы! - большинству больных, в том числе и мне, запрещены.

Шорлеммер обещал приехать сюда, но до сих пор я ничего об этом не «постиг», как выражается Рихард Вагнер.

А затем, старина, сердечный привет от наших вашим.

Твой Мавр Впервые опубликовано с сокращениями в книге: «Der Briefwechsel zwischen F. Engels und K. Marx». Bd. IV, Stuttgart, 1913; полностью опубликовано в Marx- Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 4, 1931 и в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XXIV, 1931 г.

Печатается по рукописи Перевод с немецкого 30

ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ В НЁЙЕНАР Рамсгет, 25 августа 1877 г.

2, Adelaide Gardens Дорогой Мавр!

Ты, наверно, уже получил через Шорлеммера позавчера или самое позднее вчера известия от Лонге, Лафаргов и от нас, а с тех пор, вероятно, уже непосредственно и от Женни, которая что-то уж очень испугалась из-за болезни мальчика*; к счастью, мальчик, как она пишет сегодня, вне опасности.


* - Жана Лонге. Ред.


60
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 25 АВГУСТА 1877 г.

Мы во вторник* уезжаем отсюда после семинедельного пребывания здесь, которое мне было очень полезно. Лиззи же далеко не так поправилась, как это было бы желательно. Если погода позволит, ей нужно, пожалуй, испытать еще более сильную перемену воздуха.

Поздравляю с излечением от болезни печени. Тебе, конечно, надо отправиться в горы Шварцвальда. Я просил Шорлеммера привезти тебе карту Бадена, которой я пользовался в 1849 г.133; надеюсь, он это сделал. Можешь ею воспользоваться, горы при этом масштабе как раз хорошо обозначены.

Погода у вас, вероятно, наконец улучшилась. Здесь нам очень повезло в этом отношении.

В то время как везде шли дожди, у нас здесь было только пасмурно. За семь недель всего два раза был дождь после полудня, и только сегодня первый настоящий дождливый день, но с большими перерывами - с этим можно уже мириться. Если и выпадали дожди, то это было преимущественно ночью.

Неподвижность турок объясняется по существу недостатком обоза. Сделать армию не только боеспособной, но и способной свободно передвигаться, - это, по-видимому, для всех варваров и полуварваров невозможно. С большим трудом организованная армия, приближающаяся к современным (в смысле боеспособности), вынуждена передвигаться при помощи средств старой варварской армии. Вводится современное оружие, но необходимые для него боевые припасы должны доставляться сами собой. Организуют бригады, дивизии, армейские корпуса, концентрируют их по всем правилам современной стратегии, но забывают, что они в таком случае не могут сами добывать себе пропитание, подобно ордам янычаров, спаги** или кочевников. Это замечается даже у русских, а у турок в гораздо большей степени, и поэтому для таких армий непригодны все расчеты, приписывающие подобным армейским корпусам западноевропейскую подвижность.

Ошибки, которые теперь делают турки, все основаны на страхе, вызванном наступлением Гурко на Константинополь134. Вместо того чтобы дать возможность Сулейману соединиться - через не занятые русскими проходы - с Османом или с Мехметом-Али, ему предписано непосредственно преградить путь русским, непосредственно прикрыть Константинополь.

Вследствие этого - бесполезное кровопролитие на Шипкинском перевале135; эта битва составляла часть заранее условленного


* 28 августа. Ред.

** - турецких кавалеристов. Ред.


61
ЭНГЕЛЬС - МАРКСУ, 25 АВГУСТА 1877 г.

и комбинированного с двумя другими армиями плана действий, по обыкновению не выполненного одновременно и потерпевшего поэтому неудачу. Впрочем, все это не имеет решающего значения и скоро опять войдет в колею.

Развал русской армии полнейший. Русские говорят о потере 15000 человек в боях (в Европе); их потери от болезней должны составлять вдвое больше или даже сверх этого. Транспорт полностью разрушен. Дороги нигде не построены. Полевой жандармерии не существует. Даже независимо от климата одна только грязь и гниение трупов могли бы вызвать массовые заболевания. Шесть русских армейских корпусов, а теперь восемь, стоят в Болгарии и в результате одного сражения отброшены на самую пассивную оборонительную позицию. Из 50 русских пехотных дивизий 16 стоят на Дунае, 9 на Кавказе и в Азии, по крайней мере 5 на подходе, 6 прикрывают берега Черного и Балтийского морей - всего 36. Остается 14 дивизий, из которых 2 в остзейских провинциях, без чего там нельзя обойтись. Итак, на всякие возможные случаи в резерве остается всего 12 пехотных дивизий = максимум 120000 человек, или вместе с кавалерией и артиллерией - 150000 бойцов! И это против «больного человека»136! К тому же новые формирования невозможны или не имеют значения, хотя бы из-за недостатка офицерского состава. Словом, положение хуже, чем в Крымскую войну. И при этом та же самая глупость: из-за ярости по поводу поражения под Плевной137 хотят немедленно бросить колоссальные подкрепления, хотя они смогут действовать самое большее в течение месяца, но как раз в это время будут бесполезны и должны будут еще ухитриться доб